Пустая игра воображения

Современные философы не мыслят, хотя они, видимо, и умеют анализировать мысль. Они – читатели, а не писатели. Их предмет – текст. Современный философ – буквоед, книгочей. Для него философия не судьба, а профессия, техническая специальность, интеллектуальный ресурс. Современный философ – это философ без философии. Это эрузит, для которого философия существует как репрезентация, как надгробие над могилой, как близкий сердцу хлам, место которому на пыльных антресолях.

Современным философам нечего сказать людям. Но им нечего сказать и друг другу. Они не сообщены ни с истиной, ни со смыслами. Они дружат только со знаками. Их не посещает озарение, они не впадают в безумие пророчества. Речи современных философов отличаются интеллектуальной скукой и тупым однообразием.

Современная философия стала средоточием неподлинного, неискреннего. Ей не хватает боли, без которой невозможно наивное усмотрение очевидного. В ней сохранилась хитрость ума, перехитрившего чувства.

Пустая игра воображения заставляет философа идти к художнику, к современному искусству. Но и современному художнику нечего сказать, ибо он не пророк, и через него не говорит с нами Бог.

Современное искусство не приносит нам вести из надлунного мира. Оно перенасыщено интеллектуальными фантазиями и перформансом. И поэтому от него тошнит. Современный художник либо самовыражается, либо отождествляет искусственное и искусство.

Искусство вообще основано не на мимесисе, не на подражании реальному, а на синтезах воображения, которыми залатывается дыра на месте отсутствующего сверхреального. В отсутствие сверхъестественного человеку впервые показывает себя физиономия естественного, которому он противопоставляет неестественное, нечто искусственное. Искусство, возникающее как модус реального, имеет смысл, если оно указует на сверхреальное, выражая его и переживая.

Современное искусство, чтобы быть искусством, должно найти точку совпадения знака и образа, активных и пассивных синтезов сознания, сложив в этой точке свои полномочия перед первобытной эмоцией, перед изначальным опытом взаимодействия человека с самим собой. И потом уже с миром. В этом архаическом опыте общение не предполагает сообщения, а сообщение не предполагает обобщения.