Максим Гликин АЛЕКСАНДР ГЕНИС как-то заметил, что для каждой своей книги он придумывает новый жанр. Пока не придумает - писать не садится. Похоже, Анатолий Кудрявицкий стал придерживаться того же принципа. Его новая книга стихов совсем не похожа на все предыдущие. Такое впечатление, что Кудрявицкий, три года назад выпустивший "Граффити", и Кудрявицкий, сочинивший "Книгу для посетителей", - просто однофамильцы.
Дело не только в смене поэтической стилистики, в переходе от более-менее классических ритмов и рифмовки к верлибрам. Если прежде идеи и образы поэта хоть как-то укладывались в традиционные эстетические оси координат, то сегодня он сомневается в самом факте существования таких осей. Вообще каких-либо границ, рамок, дефиниций. Главный лирический герой поэта - "пограничный мыш":
Он живет на ничейной земле.
Если граница проходит по реке,
он рыба, по болоту - лягушка.
Но все равно это пограничный
Даже самые основные, обыденные вещи и понятия у Кудрявицкого "сдают экзамен на право называться вещами". В результате "любовь отправлена на переэкзаменовку".
Примечательна география книги. Автор в конце каждого опуса педантично обозначает населенный пункт, где сие произведение было сочинено. Получается причудливая топонимическая цепочка: Эппертсхаузен-Москва-Мюльхайм на Майне-Москва-Льеж-Москва-Монастеревин┘ Возникает ощущение, что малая родина для автора - как редкий минерал или экзотическое насекомое, которое он, желая получше рассмотреть, то подносит к самому носу, то - отводя руку - оценивает издалека.
В Россию автора хоть и тянет, но там, он признается, страшновато. По радио граждан предупреждают, что с постели вставать не рекомендуется. По улицам за писателями гоняются "чистильщики вакуума". За любым углом могут поджидать джунгли и тигры. Но самое неприятное, что к поэту однажды приходят и говорят: "Извините, мы дали вам не ту жизнь. Начнете сначала?"
Название книги не менее загадочно, чем ее содержание. Читатель - он посетитель чего? Этой страны? Мира искусств? Реальности - после долгих сновидений? Вообще этого дальнего мира?
На последнюю трактовку намекает прозостих "Письма с того света". Первая же версия пришла в голову, когда поэт в ходе очередного краткосрочного визита в Москву подписал автору этих строк свою книгу. Ключ к разгадке, возможно, содержался в дарственной надписи: "Собрату по поэтическому цеху от редкого теперь, увы, посетителя".
Впрочем, не исключен и самый прямой смысл. "Книга для посетителей" Кудрявицкого в чем-то сродни тем, что лежат на выходе из ресторана или дома-музея. Такая книга анонимна по определению, а также лишена наперед заданного содержания и вообще какой-либо фабулы. Она постоянно дописывается, при этом количество соавторов и соответственно смыслов ничем не ограничено.
