0
1878
Газета Печатная версия

10.02.2005 00:00:00

Внутреннее делание безъязыкого зверя

Тэги: стихи


Шаргунов. Центральная в этих стихах - тема смерти, которая своей значительностью застилает жизнь. В нашем предельно демократичном разговоре участвуют: Гейдар Джемаль, Алина Витухновская, и их секунданты - соответственно Ахмед Магомедов и Константин Кедров. Гейдар, сильнее всего у вас меня пронзило это: "...Когда тебя не будет на земле - Я под землей себе не буду нужен". Но все же у вас высока потребность писать стихи?..

Джемаль. Действительно, кто-то из великих французских поэтов - Рембо или Малларме - сказал, что истинный поэт не нуждается в том, чтобы писать стихи┘ Если он тем не менее пишет, то только затем, чтобы проверить, на какой стадии находится его "внутреннее делание". Эти поэты рассматривали свою физическую личность как реторту алхимика, в которой идет трансмутация элементов. Эта мысль поразила меня еще в юные годы. На самом деле поэзия есть управление собственным безумием (если таковое имеется, потому что обычный человек живет под прессом коллективного ума с его глубоко банальными императивами); это управление подобно своеобразному духовному серфингу: поэт скользит по волнам океана, который бушует внутри него, грозя поглотить и разрушить хрупкое присутствие его персоны. С чем работает поэзия? С кодами: она кодирует художественным образом так, чтобы "цепляло", невыразимые муки и страхи души. Каждое стихотворение есть обнаружение доселе невидимого "скелета в шкафу". Поэтому поэзия одновременно является иррациональной и рациональной - у нее внеразумные мотивы для появления, источники вдохновения, но, когда это написано, это становится совершенно прозрачным. В моем сборнике "Окно в ночь" наиболее близким к этому типу кодирования оказывается стихотворение "Пляшут пальцы по пяльцам┘". Я писал его в состоянии полной погашенности рацио, близком к коме. Однако постфактум смог расшифровать каждый образ и каждую строку, как точную запись вполне реальных состояний. Более того, оно оказалось в некоторых аспектах пророческим. Остров Родос, который там упоминается в конце, - я на нем действительно оказался через 30 лет в окружении "приплывших на лотосе народов": это была международная конференция, посвященная миру и согласию, а лотос, конечно же, символизирует мир!

Шаргунов. Твои стихи, Алина, многим кажутся вычурными, туманными. Тебя прельщает "крайняя оригинальность" в искусстве?

Витухновская. Стремление к исключительности - свойство закомплексованных посредственностей. Подчеркнутая особенность - есть обычность. Инаковость - есть агонизирующая заурядность. Особенный человек - декоративно нефункционален, бессмысленен. Человек должен быть правильным, адекватным, таким, как мы. Мы обычны, хоть и немногочисленны. А вы особенны - вы особенно слепы, особенно глупы, особенно омерзительны. Ничего особенного не должно быть. Только особый цинизм и особо тяжкие преступления. Зачем исключительность там, где необходима лишь функциональность? У нас отношения с реальностью простые, на уровне бандитских разборок. (Как посмели нас создать, осуществить здесь, засунуть в процессы?!) Извольте за это ответить. Уничтожить реальность, чтоб отомстить. Восстановить этакую "социальную справедливость", осуществить Диктатуру Абсолютного Ничто. В детстве мне тоже казалось, что я хочу не быть как все. (Хотя и так не была.) Я готова была принести уничтожение реальности во имя собственной исключительности. А теперь я готова принести собственную исключительность во имя уничтожения реальности. И, поверьте, это выгодный обмен.

Шаргунов. Слово имеет Ахмед Магомедов - о поэзии Джемаля.

Магомедов. В Коране сказано "...И поэты... - следуют за ними заблудшие..." (26:224). Это не абсолютный запрет - это предупреждение поэтам об их ответственности и предостережение нам. Стихи Гейдара - мужской ответ на диктат женского недоверия в современной поэзии - недоверия к философии воли, или, как сказал бы сам автор, неверия в мужской нарратив. Всеобщий скепсис, рожденный постмодернизмом, загнал в сумерки современную поэзию. Поэзию-восстание, поэзию-вызов, казалось, уже не рассмотреть за всеохватной и всеядной поэзией Универсального - растворяющей и кастрирующей стихии. Сборник назван "Окно в ночь". Ключ к названию, по-моему, в определении (по Джемалю) философии смерти как "изначального критерия внутренней подлинности человека". В противовес эстетизации смерти с ее декоративной атрибутикой, в которой нет ничего, кроме потаенного "заклинания ужаса". Отсюда и настораживающе-завораживающее начало: "Смерть - веселая улыбка... Ах, как весело и зыбко наводить на кость румянец..." Вообще постоянное возвращение мысли о смерти в пределы нашего сознания - главная особенность этих стихов. Гейдар через свою поэзию дает возможность обычному непробужденному человеку примкнуть к тому, что он сам определяет как "титаническое восстание".

Шаргунов. Слово имеет Константин Кедров - о поэзии Витухновской.

Кедров. Ее творческая лаборатория похожа на тайную канцелярию Петра I или Анны Иоанновны. Кто-то там корчится на дыбе - не то сын Петра, не то сам Петр. Всюду банки с заспиртованными, но живыми уродцами. Ее сквозной образ - метафизический Гитлер и гестапо пустоты. Адорно сказал, что после Аушвица писать стихи безнравственно. Алина пишет стихи, но не после Аушвица, а во время него и в нем. Она и есть Аушвиц. Она в одном лице палач и жертва, пытающая палача своими стихами под "дивный вальсадор Дали". "Я не могу поддерживать не деструктивные структуры!" - это как "пролетарии всех стран, разъединяйтесь". Полная метафизическая мобилизация в словесном метаармагеддоне, где наконец-то окончательно уничтожена вся реальность - вот что такое текст Витухновской. Я бы сказал, что для Алины подлинность и подлость - явления одного корня. Если слова не зияют воронками пустоты, как уши, глаза, рот и другие отверстия в мировое Ничто, стало быть, их не стоит произносить и читать. "Промолчу, как безъязыкий зверь, чтоб узнать, что у меня внутри". Считайте, что любая строка, любое высказывание в этих текстах есть "не что иное", как промолчание. Тогда, возможно, вы в чем-то и поучаствуете. Это вовсе не стихи, а некие пыточные устройства, на которых от автора и читателя можно добиться признания. Каждый стих и каждая строка здесь являются такими признаниями, выпытанными автором. Как бы ни провинился человек, реальность, породившая человека, провинилась еще больше. "Говорят, что я служу злу. Это неправда. Я и есть зло". И это не кокетство, а символ веры или, если хотите, символ неверия.

Шаргунов. Итак, сегодня полоса отдана необычным стихам, хотя настоящие и не бывают другими. В прицеле представленных поэтов - то, что иногда зовут метафизикой. Внутренние странствия человека, нежели реальные события, душевные пытки, нежели фактические крюки, тайная отрада, а не внешние успехи┘ Все это свежо, как ночь и заря, как тюрьма, как психбольница, как русское поле экспериментов.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Казна получила профицит за счет экономии на социальных проектах

Казна получила профицит за счет экономии на социальных проектах

Анатолий Комраков

Правительство называет сокращение расходов улучшением финансовой дисциплины

0
706
Недовольство США повысило интерес Судана к военно-морской базе России

Недовольство США повысило интерес Судана к военно-морской базе России

Игорь Субботин

Хартум вынужден искать новую точку опоры

0
604
Москва и Вашингтон заключили сделку

Москва и Вашингтон заключили сделку

Геннадий Петров

Переговоры Путина и Байдена похожи на договоренность о размене Украины на "Северный поток – 2"

0
987
Левые требуют от власти раскрыть QR-код

Левые требуют от власти раскрыть QR-код

Дарья Гармоненко

КПРФ с круглого стола в Госдуме грозит уличными протестами

0
679

Другие новости

Загрузка...