Надежда Мельникова
Встреча двух глав стран потенциальной коалиции «средних держав» – премьера Австралии Энтони Альбанезе и его канадского коллеги Марка Карни прошла в дружеской атмосфере. Фото Reuters
О необходимости снижения зависимости от крупных игроков международной арены Карни говорит не в первый раз. Все началось в январе в Давосе на Всемирном экономическом форуме. Тогда глава канадского правительства произнес впечатляющую речь, в которой отметил, что прежние правила, регулировавшие систему международных отношений, больше не действуют. В условиях, когда «мировые гегемоны» ведут себя неразумно, «средние державы» должны объединиться – это единственная возможность сохранить независимость и иметь вес на политической арене, считает Карни. Эти мысли премьер не раз повторял с трибун в собственной стране, намекая, что готов предложить стране новый независимый внешнеполитический курс, не связанный с ориентацией на США.
«Да, миром всегда будут управлять великие державы, но он также может формироваться средними державами, которые доверяют друг другу и действуют быстро и целенаправленно. В постконфликтном мире страны, которым доверяют и которые могут сотрудничать, будут действовать быстрее, эффективнее реагировать на вызовы времени и проявлять большую инициативу в достижении результатов. В итоге эти страны будут более безопасными и процветающими», – сказал Карни в своей речи в Канберре.
У терминов «великие державы» и «средние державы» нет четкого определения. Сам премьер-министр напрямую никогда не говорит, какие именно страны имеет в виду. Его слушателям остается только догадываться, что под гегемонами, «диктующими условия», Карни подразумевает в первую очередь США и Китай, хотя тактично не называет их. Также к великим державам традиционно относят государства, имеющие постоянные места в Совете Безопасности ООН. Помимо КНР и США это Франция, Россия и Великобритания. Средние же державы – менее влиятельные игроки на международной арене. С точки зрения британского премьера, это, например, Австралия, Индия и Япония, столицы которых вошли в азиатское турне Карни. Кого к «средним державам» он относит в Европе, остается загадкой. В августе 2025 года глава правительства Канады посетил европейских союзников по НАТО – Германию, Польшу, Латвию. Возможно, присоединиться к будущей коалиции он предложит и им.
Важнее определений то, какое конкретное содержание будет вложено в идею Карни. В чем должно заключаться сотрудничество «средних держав» против «великих держав»? Практические результаты визита Карни в Австралию не выглядят как нечто принципиально новое. В Канберре стороны договорились об обмене техническим опытом в области картирования месторождений, добычи и переработки минералов, а также о сотрудничестве в сфере инвестиций. Австралия также присоединится к альянсу «большой семерки» по критически важным минералам – инициативе США, призванной снизить зависимость от КНР в этой сфере. Все это не похоже на создание коалиции или союза между Австралией и Канадой, уж тем более на антиамериканской основе.
Встреча Карни с индийским премьером Нарендрой Моди тоже оказалась продуктивной, но только с точки зрения отношений двух стран. Визит канадского премьера стал первым с 2018 года. Он знаменует собой окончание сложного периода, в процессе которого Канада и Индия были в состоянии как минимум дипломатического конфликта. В 2023 году Оттава обвинила Нью-Дели в организации убийства на канадской территории активиста сикхского сепаратистского движения, в результате чего сотрудничество двух стран было фактически приостановлено.
В Японии, куда Карни приедет 6 марта, по данным СМИ, премьер сосредоточится на укреплении сотрудничества в сферах, касающихся энергетики, аэрокосмической промышленности, сельского хозяйства. Особое внимание планируется уделить критически важным полезным ископаемым: за счет них может развиваться оборонный сектор.
И все же новые акценты в политике Канады, после того как Карни заговорил о коалиции «средних держав», появились. Они касаются обороны, той сферы, где зависимость страны от своего южного соседа особенно велика. Наравне с попытками укрепить сотрудничество с союзниками в Оттаве отказались от планов присоединиться к оборонному пакту AUKUS, в который входят Австралия, Великобритания и США. Ранее канадское правительство проявляло большой интерес к этому объединению, но переключилось на развитие более широких связей. Это подтвердил министр обороны Канады Дэвид МакГинти в интервью телеканалу ABC. Не вызывает сомнений, что сменить планы канадцев вынудила непредсказуемая политика администрации Дональда Трампа.
Наконец, наряду с укреплением внешнеполитических связей канадское правительство намерено укреплять собственный оборонный сектор и для этого выделило 6,6 млрд долл. на реализацию новой стратегии военной промышленности. Научный сотрудник сектора внешней и внутренней политики США ИМЭМО им.Е.М. Примакова РАН Мария Солянова в комментарии «НГ» отметила, что это амбициозный план, призванный решить главные проблемы канадской оборонной отрасли: избыточную зависимость от иностранных, в особенности американских, технологий, низкую эксплуатационную готовность техники и крайне нестабильный график государственных заказов. «Стратегия может стать мощным импульсом к развитию, если удастся ускорить бюрократические процедуры. «Основным риском остается административная инерция, так как без радикального упрощения процессов через новое специализированное Агентство оборонных инвестиций (DIA) стратегия может столкнуться с внутренними барьерами. Сохраняются сомнения в полноте реализации данных бюджетных обязательств. Многолетний опыт показывает, что существенная часть выделенных на закупку вооружений средств остается неосвоенной из-за систематического срыва графиков и затягивания сроков выполнения проектов», – объяснила эксперт.
Канада также стала первым государством вне Европы, присоединившимся к механизму льготного кредитования совместных оборонных закупок ЕС. Для канадской промышленности это открывает выход на новые рынки сбыта. «Тем не менее реальная эффективность этого взаимодействия пока ограничена объективными факторами. Европейское направление значительно уступает по масштабам американскому рынку. Для сравнения: в 2024 году экспорт оборонной продукции в США составил около 1 млрд долл., тогда как поставки в Германию едва превысили 186 млн. Кроме того, в ЕС сохраняется приоритет закупок у собственных производителей, что создает дополнительные барьеры», – отметила Солянова. По ее словам, все эти меры стоит рассматривать как инструмент укрепления позиций страны внутри Североатлантического альянса, а не как попытку создать автономную систему безопасности с Европой в обход США. «Европейское направление выступает не универсальным решением, а лишь необходимым дополнением к трансатлантическим связям, позволяющим снизить риски в условиях растущей неопределенности в отношениях с Вашингтоном», – подчеркнула эксперт.
Марианна Власова 
Константин Ремчуков 