Константин Радзиванович
Фото Reuters
2026 год – самый тяжелый за всю историю социалистической Кубы. По прогнозу Экономической комиссии ООН для Латинской Америки и Карибского бассейна, опубликованному недавно, предполагаемое снижение ВВП Кубы в 2026 году составит 6,5%. Страна окажется в тройке неудачников с отрицательным ростом ВВП (Гаити –1,4%, Ямайка –1%), хотя Латинская Америка будет расти в среднем на 2,2% в 2026 году.
Снижение роста ВВП для Кубы стало устойчивой тенденцией последних лет – с 2021 по 2025 год он снизился в целом на 15%. К сожалению, реформирование кубинской экономической модели с ее государственным контролем над ключевыми секторами экономики, плановым регулированием и стремлением развивать частный сектор так и не смогло переломить эту негативную тенденцию. Сказались и пандемия, и сокращение доступа к внешним источникам финансирования. А тут грянул еще 2026 год с похищением Николаса Мадуро, топливной блокадой и угрозой военного вторжения.
Конечно, Кубе не привыкать к стрессам. Один «Особый период в мирное время» (1991–2000) чего стоил. За первые три года того периода, когда экономика Кубы вынуждена была адаптироваться к последствиям внешнего шока из-за распада Советского Союза, падение ВВП составило аж 36%. Но в начале 90-х не было такой изнурительной топливной блокады, как сегодня. Не было такой явной угрозы военного вторжения со стороны США. Не было такого пугающего всех и вся давления на компании, работающие с Кубой.
Да, импорт Кубы из Советского Союза тогда упал с 8,1 млрд долл. в 1989 году до 0,5 млрд в 1994-м. Да, объем поставок советской нефти снизился с 13 млн до 3 млн т, что шокировало и кубинское сельское хозяйство, и кубинскую промышленность. Да, снижение ВВП Кубы в 1993 году составило исторические 14,9%. Но при всем этом не было таких жестоких внешних ограничений, какие существуют сегодня и которые с каждым месяцем становятся все более и более удушающими и для экономики Кубы, и для ее жителей.
Фиделю Кастро удалось выправить ситуацию к середине 90-х, и в 1996 году Куба показала уже рост ВВП в 7,84%. А затем кубинцы смогли стабилизировать положение, найдя нового союзника и поставщика топлива в лице Венесуэлы. В 2006 году рост ВВП Кубы составил уже рекордные 12,1%. Примерно 15 лет Куба выбиралась из кризиса.
А что сейчас? Нынешние оценки экспертов ООН, оценивающие падение кубинской экономики в 2026 году в 6,5%, представляются весьма оптимистичными. Даже несколько странно видеть такую оценку. Ведь сейчас Кубе требуются хотя бы 110 тыс. барр. нефти в день, притом что своей добычи нефти у нее около 30 тыс. барр. Следовательно, как минимум 60% экономики стоит просто потому, что нет топлива. Министр энергетики Кубы так прямо и сказал: «У нас совсем не осталось дизеля и мазута». Российский танкер «Анатолий Колодкин» доставил на Кубу 730 тыс. барр. сырой нефти и несколько облегчил ситуацию. Но таких танкеров для нормального функционирования экономики страны необходимо восемь в месяц. При этом 95% генерации электроэнергии на Кубе обеспечивается теплоэлектростанциями, которые устарели и уже латаны-перелатаны, как, впрочем, и остальная энергоинфраструктура. Сейчас Кубе удается генерировать менее 1000 МГв при потребности в 2500 МГв в сутки. Даже в Гаване электричества нет 20–22 часа в сутки. Были два отключения национальной энергосистемы.
Нет керосина – нет авиарейсов. Российские, канадские авиалинии прекратили полеты на Кубу. А туристы именно из этих стран составляли большинство гостей острова. Нет электричества – сфера услуг затухает. Сфера услуг в экономике Кубы играет ключевую роль, на нее приходится 70–75% ВВП страны. Количество туристов в феврале 2026 года сократилось на 56,6% по сравнению с тем же периодом прошлого года. Такие глобальные гостиничные сети, как испанские Melia и Iberostar, канадская Blue Diamond, существенно сокращают деятельность на Кубе.
Доля горнодобывающей промышленности в ВВП Кубы составляет около 10%. Канадская компания Sherritt International Corp., которая совместно с кубинским предприятием Moa Nickel S.A. занимается разработкой никеля и кобальта на Кубе, заявила о приостановке прямого участия в деятельности совместного предприятия из-за боязни американских санкций. Экспорт никеля рухнул в девять раз. Минфин США внес компанию Moa Nickel S.A. в черный список SDN. В этот же список попадает и крупнейший бизнес-конгломерат Кубы, компания GAESA S.A. Эта многопрофильная компания принадлежит и управляется Революционными вооруженными силами Кубы и контролирует до 40% экономики Кубы.
Международные услуги медицинской поддержки – важнейшая статья экспорта Кубы, до 40% экспорта страны, около 10% ВВП – и здесь удар под дых. Госсекретарь Марко Рубио активно продвигает идею запрета Кубинской медицинской миссии, которая следовала девизу Кастро: «Врачи, а не бомбы для любой страны мира». Из 34 стран, где работали кубинские медицинские бригады на начало 2026 года, больше половины поспешили прервать сотрудничество с Гаваной.
Даже такой сокращенный перечень серьезнейших проблем, которые навалились на Кубу в 2026 году, указывает, что снижение ВВП отнюдь не составит прогнозируемые 6,5%. Как бы не все 65%.
И все же феномен системы управления Кубы заключается в том, что она почти все 70 лет должна была строиться с оглядкой на угрозу со стороны соседа. Санкции, торговое эмбарго, политическое давление – это постоянные переменные в уравнении кубинского народного хозяйства. С приходом к власти в 2007 году Рауля Кастро в стране предпринимались различные меры по реформированию экономики. Что-то удалось, что-то не очень. Уже больше трети населения имеет доходы от негосударственного сектора. Однако централизованная система позволит эффективно распределять дефицитные ресурсы и поддержать чем возможно наиболее страдающие слои общества. Так происходило в начале 90-х годов, так происходит и сейчас. Удивляет недальновидность американской администрации, которая от эйфории от успеха операции в Венесуэле полагает, что ей легко удастся покорить Кубу и сделать ее 52-м штатом. Полагаю, что почти все кубинцы, кто мог бы поддержать вторжение США изнутри, уже давно переехали в Штаты – кубинская диаспора там составляет почти 2,5 млн человек. А если США начнут войну, то им придется пролить очень много кубинской крови, прежде чем они «разнесут все к чертям», как обещает американский президент.
