Анна Чепурнова
Секрет его молодости хотели бы узнать многие.
Фото Полины Королевой предоставлено пресс-службой «Ленкома Марка Захарова»
В «Ленкоме Марка Захарова» к 88-летию артиста появился спектакль режиссера Ильдара Гилязева с лапидарным названием «А. Збруев». Александр Викторович может себе позволить такое, ведь его никому не надо представлять. Из 99 лет существования театра Збруев проработал в нем 65. Но назвать его «старейшим на здешних подмостках» язык не поворачивается, он из породы вечных мальчишек, и это становится очевидно, как только актер, чья моложавая внешность – предмет зависти многих, выходит на сцену.
Появляясь перед зрителями, он надевает кепку, свистит и с наслаждением играет на ударной установке. Кроме нее на пустой сцене лишь вешалка с костюмами как свидетельство о сыгранных ролях. Этот стиль – минимализм и благородная сдержанность – отличает весь спектакль.
В его начале кадры из самых известных фильмов с участием Збруева промелькнут на большом, во весь задник сцены, экране. А потом он загорится темно-синим цветом ностальгии и воспоминаний. Прекрасный фон для путешествия по волнам памяти. И первая остановка – все тот же театр, только несколько десятилетий назад.
Забавно, но во время одного из первых выходов на сцену, где с годами Збруев нашел свое место в жизни, он заблудился на ней. В спектакле о войне молодой актер заменял заболевшего коллегу, игравшего фашиста. И не сумел уйти за кулисы, когда выключили свет, – потерял ориентацию в пространстве, а заодно и своего партнера – Леонида Каневского. Один из юных зрителей даже стал подсказывать, куда тот ушел.
Другой участник спектакля эту ошибку актера обыграл, но сам Александр переволновался не на шутку, а заодно понял, что значит «трагифарс».
Отдавая дань театру, Збруев называет имена важнейших из тех, кто когда-либо работал в нем: Михаила Булгакова, Ивана Бересенева, Софью Гиацинтову, Серафиму Бирман, Владимира Соловьева, Александра Пелевина, Аркадия Вовси, Николая Крючкова, Татьяну Окуневскую, Валентину Серову. Некоторых из них Збруев еще застал в театре. И эта часть спектакля напоминает, что в следующем году у «Ленкома Марка Захарова» – 100-летие.
С оглядкой на него худрук Владимир Панков в начале этого сезона поставил спектакль «Репетиция оркестра». Збруеву там предназначена роль Переписчика нот – почтенного и неравнодушного летописца коллектива. Но пока эту роль играет другой актер, а Збруев свидетельствует о том, что видел и слышал сам.
Коротким счастьем для него стала работа с Эфросом, возглавлявшим Московский театр им. Ленинского комсомола с 1963 по 1967 год. Актер был занят в нескольких его постановках, но самой важной для себя считает заглавную роль в спектакле «Мой бедный Марат». Ситуацию, когда Эфросу пришлось уйти из театра, актер называет «слезами с кровью». Но советы великого режиссера помогали ему всю жизнь. Например, слова о том, что «в каждом человеке есть 33 молодца, и важно вытащить того, кто нужен именно сейчас».
Слова благодарности звучат и в адрес Марка Захарова, которого Збруев помнит еще актером Театра миниатюр.
От родного коллектива рассказ актера переходит к улице, на которой он живет с рождения, – Арбату. Безэмоциональным тоном, как в спектаклях Константина Богомолова, в которых он играл, и очень уместным здесь, актер повествует о трагедии, случившейся, когда его мама Татьяна Александровна была беременна им. Тогда в их четырехкомнатную квартиру в дом № 20 приехали арестовывать отца, и жена, выйдя на балкон посмотреть, как мужа сажают в машину, увидела его в последний раз. После родов ее отправили на шесть лет в Рыбинск, где они с новорожденным ютились в бараке. А по возвращении в Москву в квартире их ждала только одна незанятая комната, где жил старший брат Александра Евгений, у которого был другой отец.
После ссылки мама-актриса с трудом устроилась на электроламповый завод, а младший сын оказался предоставленным сам себе. Пропадал во дворах и на голубятне, потому что со школой случилась взаимная нелюбовь. Дружил с блатными, говорил на их языке. А образование большей частью получал в Театре им. Вахтангова, где смотрел все спектакли, – маминой ближайшей подругой была жена его основателя Надежда Михайловна. И их переписка до сих пор цела – актер предлагает отдать ее в Театр им. Вахтангова.
Рассказывая о дворовых друзьях, актер поет «блатную» песню «Марьяна». А дальше в его исполнении звучат несколько композиций еще одного знаменитого арбатского жителя – Булата Окуджавы: «Полночный троллейбус», «Песенка о голубом шарике», «Песенка о пехоте», «Дежурный по апрелю». Некоторые зрители даже тихонько подпевают. Как напоминание о времени, когда все это было написано, на сцене танцуют две блондинки в длинных платьях (Валерия Тарелкина и Елизавета Коровина), а актер получает недолгую передышку.
С Окуджавой у Збруева много общего: оба родились в роддоме Грауэрмана, нежно любили свою улицу, у обоих были репрессированы отцы. А познакомились они на съемках фильма «Храни меня, мой талисман».
На сцене постоянно находится чудесный гитарист Юрий Нугманов, под чью музыку в исполнении Збруева звучат не только песни, но и стихи его любимого поэта – Бориса Пастернака.
Из знакомцев в литературном мире кроме Окуджавы с большой любовью произносятся еще две фамилии. Белла Ахмадулина создавала сценарий к фильму «Чистые пруды», а Аксенов, которого Збруев называет папой Васей, – к картине «Мой младший брат». Именно на ее съемках на пляже Таллина герой спектакля вместе с двумя другими зелеными юнцами-дебютантами – Олегом Далем и Андреем Мироновым – устроили дирекции картины бунт с целью улучшения жилищных условий в командировке. И он увенчался успехом.
С особой нежностью актер рассказывает об Олеге Дале, о том, как именно в период работы над «Моим младшим братом» Олег Ефремов пригласил его к себе в театр.
И это отдельная тема постановки – в свой юбилей Збруев спешит признаться коллегам в любви и сказать им спасибо. О знаменитых партнерах по «Ленкому» он рассказывает короткие яркие эпизоды из жизни. Особенно трогательно – о том, как Александр Абдулов восстанавливал храм около театра и ради этого затеял фестиваль «Задворки». Збруев кричит со сцены: «Саша, зачем ты ушел?!»
А потом молча стоит, склонив голову, перед высвечивающимися на экране под песню «Осенние журавли» фотографиями ушедших из жизни режиссеров и коллег по театру.
Но после звучит и мажорная нота – из динамиков слышится песня «Как прекрасен этот мир». В финале актер не забывает поблагодарить и зрителей: «Без вас мы никто. Спасибо за то, что вы есть».
А в самом последнем произносимом им стихотворении Пастернака Збруев энергично акцентирует строки: «Но быть живым, живым и только, живым и только до конца!»
