Наталия Григорьева
Пройдя через стену, попадаешь в чертоги разума. Кадр из фильма
В российском прокате продолжается показ «Закулисья реальности» – дебютного фильма 21-летнего американца Кейна Парсонса, снятого им по мотивам собственного YouTube-сериала и одноименной интернет-крипипасты (так называют циркулирующие онлайн страшные «городские легенды»). Вышедшее в США в мае «Закулисье» мгновенно стало самым кассовым проектом студии A24, а Парсонс превратился в самого молодого режиссера, чей фильм когда-либо возглавлял американский прокат. 4 июня картина добралась до кинотеатров России, а теперь вышла и ее расширенная версия – со сценой после титров, смонтированной Парсонсом уже после выхода и внезапного успеха оригинальной.
В прологе, снятом в жанре «найденных пленок» – к слову, именно такие видео и публиковал на своем канале Парсонс, – неизвестный человек бродит по безлюдным коридорам с желтыми стенами и в итоге становится жертвой неизвестного монстра, догнавшего его в одной из комнат. Пленка обрывается, после чего главным героем повествования становится Кларк (Чиветель Эджиофор), несостоявшийся архитектор и владелец убыточного мебельного магазина, в котором, несмотря на скидки, нет ни одного посетителя. После расставания с девушкой он живет тут же, в подвале, занимая одну из выставленных на продажу кроватей, и посещает психотерапевта, пытаясь разобраться в причинах своих неудач и тотального одиночества. Врача зовут Мэри (Ренате Реинсве), и в профессию она, думается, пришла, чтобы в том числе проработать и собственные травмы, связанные с детством и психической болезнью матери.
Однажды Кларк, в очередной раз ночуя в своем магазине и в очередной раз пытаясь тщетно починить барахлящую проводку, замечает странное свечение – и, буквально пройдя сквозь стену, попадает в странное пространство. Лабиринт пустых коридоров с комнатами, некоторые из которых заставлены, а то и завалены мебелью, другие отличаются причудливой геометрией, кое-где и вовсе будто не действуют законы физики, порождая визуальные иллюзии. Он исследует пространство день за днем, рисует карту, с которой приходит на очередной прием к Мэри. Та не слишком верит рассказам Кларка, но через несколько дней получает от него послание на автоответчике, где он говорит, что открыл окно – именно так называется книга Мэри – и больше не вернется. Заинтересованная, девушка отправляется в магазин Кларка – и находит проход в Закулисье.
Успех «Закулисья» уже и сам стал определенной легендой – и благодаря истории своего создания, и из-за возраста создателя, и, конечно, из-за самого качества фильма, который держится не только на упомянутых выше сопутствующих факторах. Парсонсу удалось перенести на экран необъяснимое – как говорят сами герои, «описать собаку человеку, который никогда не видел собак». Визуализировать чувство тревоги, которое невольно возникает у человека при виде пустых пространств – в интернете и в связанных с легендой о «Закулисье» обсуждениях их называют лиминальными, описывая этим термином обычно людные, но внезапно безлюдные пространства. Декорации – вроде бы минималистичные – создают целый мир (все эти коридоры и правда строили в павильонах), желтый, дээспэшный, с дешевым ковровым покрытием и с потрескивающими лампами дневного света на потолке. То ли склады, то ли офисы, связанные с реальностью будто бы застрявшими здесь артефактами – в прямом смысле, ведь некоторые предметы торчат из стен, полов, потолков, утопают в них или собираются в причудливые конструкции, создающие преграды.
Разобраться в законах этого мира кажется невозможным, однако сама городская легенда подсказывает, что они так или иначе связаны с болезненными воспоминаниями, теми, что прячутся глубоко в подсознании и невольно управляют сознанием. На примере Мэри, выросшей с мамой, страдающей агорафобией и забаррикадировавшей себя и дочь в захламленной квартире, эта теория получает все больше доказательств и обретает хоть и зачастую весьма абстрактные, но отчетливые очертания. Хоррор, каким бы запросто могло стать «Закулисье», пустись герои в бесконечные блуждания по лабиринту и порой натыкаясь на его жутких обитателей, трансформируется вместе с вечно меняющимся Закулисьем в психологическую головоломку и иллюстрацию игр больного разума. А бывает ли вообще здоровый ум?
Чертоги разума, представленные на экране обманчиво пустующим пространством, уходящим в никуда и оживляющим все возможные человеческие страхи – одна из сцен будто специально нацелена на людей, панически страшащихся высоты, другая похожа на распространенный сновидческий кошмар, в котором ты хочешь, но не можешь убежать, потому что не слушаются ноги, – вызывают то дрожь, то нервный смех. Ведь и комичного (юмор, конечно, специфический) тут не меньше, чем психоделического, – а иногда и то и другое сходятся в единой точке. А сон разума, как и полагается, рождает пусть немногочисленных, но уникальных чудовищ.
Рамочным сюжетом становится запечатленная на якобы найденную пленку – еще один весьма популярный поджанр хоррора – обрывочная история загадочной организации, изучающей Закулисье. Вопросов – даже, а то и особенно после добавленной финальной сцены – остается куда больше, чем ответов. Как и задела на продолжение проекта, который выглядит потенциально бесконечным – под стать самому миру Закулисья.
