0
2059
Газета Печатная версия

16.06.2021 20:30:00

Рожденная в хтони

Поэзия Алины Витухновской не дает нам цепенеть в уюте

Тэги: алина витухновская, фауст, дьявол, нонконформизм, женщины, поэзия


22-15-2480.jpg
Стихи Витухновской ткутся из темной
материи…  Поль Гоген. Слова дьявола. 1892.
Национальная галерея искусств, Вашингтон
Иных уж нет, а те – далече, но Алина Витухновская, кажется, будет всегда. И не просто будет, но и останется.

Наша рваная, непричесанная, но по-настоящему злая и нонконформистская поэзия, рожденная в хтонические 90-е, каким-то цельным, оформленным «течением» не была никогда. Сейчас же исчезла и мнимая поколенческая общность: кто-то стал солидным и вялым, кто-то смешно продолжает быть «фармазоном и езуитом» на страницах толстых литературных журналов. Кого-то (часто самого непримиримого) уже давно нет с нами. Ушел – будто и не с нами, не у нас это было – Илья Кормильцев, и с ним ушло и его ершистое детище – издательство «Ультра. Культура», самый бескомпромиссный литературный проект в постсоветской России. Именно там, кстати, наряду с различной культовой запрещенкой в свое время выходил и сборник «Черная икона русской литературы» Алины Витухновской.

Так вот стихи и темы Алины Витухновской как-то не усыхают, не устаревают. Более того, обрастают новыми смыслами. Она чуть не в одиночку «зачистила поляну» русской темной, экстремальной поэтической деконструкции: ее последователь или подражатель немыслим. Жеманные длинноволосые мальчики, начинающие в 2021 году на голубом глазу писать о Юнгере, Эволе или Лени Рифеншталь, выглядят крайне комично: после Алины Витухновской (по крайней мере в ближайшее время) ловить там нечего.

Книга «Иной любовью», составленная из стихотворений и вариаций разных лет, прекрасно подойдет как для человека, хорошо знакомого с творчеством Алины Витухновской, так и для того, кто открывает его для себя впервые. Greatest hits разных лет соседствуют в этом сборнике с текстами новыми и широкому читателю не слишком известными, а преданные ценители могут сыграть в интересную игру – сравнить варианты одних и тех же стихотворений в предыдущих версиях и нынешних. Спойлер: дело это прелюбопытнейшее.

Название сборника отсылает, как можно было бы подумать, не к Пастернаку («Любить иных – тяжелый крест») и даже не к Лермонтову с его странной любовью к отчизне, но прямиком к Фаусту. Точнее, к Мефистофелю: скучный обыватель Фауст стать героем лирики Алины Витухновской едва ли смог бы, а вот эффектный и трагический диавол – пожалуйста:

«Валгалла зла. И, глодая волю,

Меня влекла к ледяной юдоли.

И Волга шла голубою кровью.

Я жаждал зла, но иной

любовью».

22-15-12250.jpg
Алина Витухновская. Иной
любовью. – Волгоград:
Перископ-Волга, 2021. – 96 с.
Лирический герой Алины Витухновской почти всегда антиобыватель. Он ковыряет наши раны, наглядно напоминая нам важную и подзабытую истину: уюта нет, покоя нет. Важная составляющая таких стихов – энергия, ведь где внимание (в том числе читательское – такой вот энергообмен), там без энергии никак. Стоит только помнить, что энергия эта – темная, что отмечал еще поэт Константин Кедров, и оттого подойдет не всякому. Не уверен – не влезай: убьет.

Кроме того, стихи Алины Витухновской очень литературоцентричны, они буквально нашпигованы перекличками, аллюзиями, отсылками – чтобы считывать все до конца, нужен увесистый культурный багаж. Но и неподготовленный читатель будет впечатлен: сложные литературные хитросплетения здесь скорее играют роль дополнительного, бонусного уровня в и без того увлекательной и страшной игре.

Пантеон персонажей лирики Алины Витухновской образует этакий цикл ЖЗГ – жизнь замечательных героев. Или даже так: ЖЗГ(иС). И смерть то бишь. Но героев, причем в самом высоком смысле, это условие обязательно, и оно соблюдается неукоснительно. Никакой пены дней и случайной накипи. Герои. Как Раскольников, Ницше или Маяковский.

Отдельно стоит сказать о женских образах сборника. Героини Алины Витухновской страдают, попадают в неиллюзорный, настоящий, а не плюшевый ад – и при этом трудно представить себе что-то более далекое от унылого феминизма эпохи Me Too. Это героини модерна – сильные, всесозидающие и всеразрушающие (в том числе и самих себя). Женщины самого высшего порядка, метафизического, религиозного даже – пусть и приходящие к этой религиозности в высшем смысле либо через грехопадение, либо через отрицание, либо через все вместе. Таковы и Эдит Пиаф, и Анна Каренина, и даже сама Лилит – первая подруга глупого Адама. И все они в чем-то те самые лисы из заглавного (и программного) стихотворения Алины Витухновской:

«Я затем даю себя убить,

Чтоб в шубийство кутаясь

в мороз,

Ты бы мог рукой пошевелить,

Как когда-то шевелился

хвост».

Сборник «Иной любовью» – хорошее противоядие против синдрома каменного гостя на празднике подлинной жизни, панацея от гаргулианства нашего – бессмысленного, но уютного. Чтоб не каменели, не цепенели.

Чтоб хотя бы шевелили рукой. Хотя бы изредка.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Женщин – в отдельные вагоны

Женщин – в отдельные вагоны

Фалет

Сказ о депутатах, которые в преддверии выборов новыми инициативами фонтанируют

0
3435
На мужском и женском кубках мира начинаются решающие сражения

На мужском и женском кубках мира начинаются решающие сражения

Сергей Макарычев

Марина Макарычева

Яркий поединок Карлсена и Есипенко окрестили "досрочным финалом"

0
1970
Все ж по профессии я – стихотерапевт

Все ж по профессии я – стихотерапевт

Евгений Сухарников

Кротость без понтов и едкая соль реализма

0
424
Не приглашать лохматого гостя

Не приглашать лохматого гостя

Татьяна Пискарева

Федор Тютчев, произвольный гений места

0
1667

Другие новости

Загрузка...