0
3627
Газета Печатная версия

22.09.2021 20:30:05

Фантасты – самые честные из писателей

Исполнилось 155 лет со дня рождения Герберта Джорджа Уэллса

Тэги: фантастика, герберт уэллс, жюль верн, социология, неравенство, машина времени, будущее, война миров, марс, человекневидимка, предсказания, россия, ленин, сталин


36-9-3480.jpg
Герберт Уэллс не прогнозировал гаджетов,
но прогнозировал социальные проблемы. 
Фото Юсуфа Карша
Часто приходится слышать вопрос: с чего начинается фантастика? В том смысле, что можно ли считать фантастикой все мировые эпосы, начиная от «Махабхараты» и «Сказания о Гильгамеше» до скандинавских саг и рунических песнопений. Нет. Нельзя. Потому что те, кто слагали эти тексты, были уверены в их истинности. Для них это не было фантастикой. Мол, так все и было. А фантастика – вторичная выдумка. Фантасты – самые честные из писателей. Все писатели – лгуны. Все пишут о том, чего не было. Или было, но не так. И только фантасты честно и откровенно признаются: да, мы все придумали… А для этого признания необходимо рациональное миропонимание. А оно возникло не так давно. Элементы фантастики были в творчестве многих прекрасных писателей давних времен – Шекспира, Рабле, Свифта, Сирано де Бержерака… Однако по-настоящему литературная фантастика в том виде, в каком она существует сегодня, сформировалась в конце XIX – начале XX века. И связано это с двумя авторами: французом Жюлем Верном и британцем Гербертом Уэллсом, 155-летие со дня рождения которого любители фантастики да и все любители хорошей литературы отметили 21 сентября.

В связи с этим всплывает еще один часто задаваемый вопрос: а предсказывают ли писатели-фантасты что-либо? Вопрос сложный. Сложный и ответ: и да, и нет. Ну, во-первых, при таком количестве фантастических предсказаний, которые пишутся сейчас и писались за последний век с лишним, что-нибудь должно было бы сбыться уже по закону больших чисел. И сбывалось. Да, Рэй Брэдбери довольно точно описал беспроводные наушники и плоскоэкранные телевизоры, а Станислав Лем (см. о нем «НГ-EL» от 16.09. 21) – виртуальную реальность. Но это всего лишь технические атрибуты, всего лишь гаджеты, их изобретение напрашивалось и без предсказания фантастов. Гораздо важнее то, что Брэдбери предсказал то, что книги окажутся под запретом, а Лем – то, какое место эта самая виртуальная реальность займет в жизни человека…

Верн vs Уэллс… Часто приходится слышать, мол, сколько всего предсказал Жюль Верн: тут и космический корабль, и подводная лодка, и множество других технических мелочей… Это неправда. Ничего он не предсказал. Все это было придумано не им. Жюль Верн просто увлекался научно-популярными журналами, читал их все время, когда не писал. А это же был рассвет технических наук и научно-популярной журналистики. Верн находил в журналах описания невероятных, еще не сконструированных, но уже придуманных приборов и агрегатов и описывал их в приключенческих произведениях. В то время как Герберт Уэллс прогнозировал не технические изобретения, а психологические и социальные проблемы, которые могут возникнуть с их появлением. Или могут быть ярко и наглядно показаны с их применением. Из того, что придумал и описал Герберт Уэллс, в реальную жизнь воплотилось немного. Хотя и такое было: в рассказе 1903 года «Наземные броненосцы» он очень убедительно описал танк за 13 лет до его появления. Так, что даже многие специалисты сейчас думают: те, кто разрабатывал дизайн бронированной самоходки, определенно читали Уэллса… Но главное не это, главное в том, что умозрительные конструкции Уэллса прочно вошли в ассортимент писателей-фантастов последующих поколений. Это и машина времени, и невидимость, и нашествие из космоса… Трудно без всего этого представить сегодняшнюю массовую культуру. Так что Герберт Уэллс еще и писатель для писателей. Ну и, конечно, для кинематографистов.

Давно доказано, что на Марсе нет разумной жизни и нашествие на Землю марсиан невозможно, но приведенное Уэллсом в романе «Война миров» описание того, как общество и государство реагируют на вторжение извне, дорогого стоит. Полная невидимость пока не создана и вряд ли возможна вообще, но те психологические проблемы, которые поднял Уэллс в романе «Человек-невидимка», реальны и убедительны. Сегодня, как и на протяжении всего прошлого века, ни у какого безумного ученого не возникает идея делать разумных людей из животных, но те психологические и социальные вопросы, которые были поставлены в романе «Остров доктора Моро», так много говорят… нет, никак не о животных, а, конечно же, о людях. Ну и, наверное, самое главное: передвижения во времени, по всей вероятности, невозможны в принципе, по крайней мере на том этапе развития науки, на котором человечество находится и будет находиться еще много веков, но описанная в романе «Машина времени» ужасающая картина с мажорами-элоями и гопниками-морлоками, являющаяся прямым результатом развития того сословного общества, в котором жил Уэллс и живем мы все сейчас... С опаской приходится замечать, как в окружающей нас реальности все больше насаждаются феодальные отношения, как растет неравенство людей из разных слоев.

Герберт Уэллс приезжал в Россию после революции 1917 года. Что он хотел в ней увидеть? Вероятно, общество, не разделенное на элоев и морлоков. Уэллс встречался с Владимиром Лениным. Виделся он и с Иосифом Сталиным. Сталин ему понравился больше. И СССР 1934 года ему понравился больше, чем Россия 20-х, чем «Россия во мгле». Что, в общем-то, совершенно неудивительно. Футуролог и технократ, он должен был оценить индустриализацию. Россия 20-х и СССР начала 30-х – это примерно как Россия 90-х и Россия нулевых и 10-х. Разруха и свобода – это 90-е. Относительное благополучие и, скажем аккуратно, некоторое урезание свобод – это 10-е и нулевые. Но кому они нужны, эти свободы? Кому дело до репрессий, пока это не коснулось лично тебя? Так было 100 лет тому назад, так и сейчас. А вот индустриальные успехи – они заметны, они на виду, и они, извините, касаются всех, всего народа.

36-9-2480.jpg
Вероятно, в постреволюционной России
Уэллс искал общество, не разделенное
на элоев и морлоков.  Кадр из фильма
«Машина времени». 1960
Вот что писал Уэллс про СССР 1934 года: «Москва очень преобразилась, это видно даже с воздуха. Под нами было не тяжеловесное, живописное, черно-золотое, окруженное, как во времена варваров, стенами, расположенное возле огромной крепости военное поселение, которое я видел в первый мой приезд 1914 года. Не осталось и следа от запущенного, полуразрушенного, тревожного города, каким Москва была при Ленине; сейчас он беспорядочно и деловито возрождался. Повсюду царила строительная лихорадка – возводились заводы, фабрики, рабочие кварталы, в пригородных лесах строили дачи и клубы. Никакой план с воздуха не просматривался; так и казалось, что город разрастается сам собой – это свойственно скорее городам, где царствует индивидуализм. Мы пронеслись над лоскутным одеялом посадочных площадок и увидели множество аэропланов, стоявших возле ангаров. Быть может, у Москвы сосредоточена вся русская авиация; во всяком случае, такая мощь воздушного флота оставляла сильное впечатление. Двадцать шесть лет назад в своей «Войне в воздухе» я изобразил широкие поля, усеянные самолетами, но даже самые отчаянные потуги моего воображения не подсказали бы мне, что я их увижу».

И про Сталина: «Признаюсь, я ехал к Сталину не без подозрительности и предубеждения. У меня к тому времени сложилось представление о скрытном и эгоцентричном фанатике, лишенном слабостей деспоте, ревниво взыскующем абсолютной власти. В его противостоянии с Троцким я склонялся на сторону Троцкого.

Начал я с того, что рассказал ему, как Ленин в конце разговора заметил: «Возвращайтесь и посмотрите на нас через десять лет». Я протянул все четырнадцать, но теперь повстречался в Вашингтоне с Франклином Рузвельтом и, пока мои вашингтонские впечатления еще свежи, захотел встретиться с мозговым центром Кремля, поскольку считаю, что именно эти два человека, и только они, определяют будущее человечества.

Я никогда не встречал более искреннего, прямолинейного и честного человека. Именно благодаря этим качествам, а не чему-то мрачному и таинственному, обладает он такой огромной и неоспоримой властью в России. До нашей встречи я думал, что он, вероятней всего, занимает такое положение потому, что его боятся; теперь же я понимаю, что его не боятся, ему доверяют».

А вот о конвергенции, кстати, задолго до Андрея Сахарова: «…надежда, что человек, управляющий Россией, хотя бы частично поймет преимущества конвергенции, которая помогла бы создать коллективный капитализм на Востоке и на Западе, была подорвана».

Сталин умел быть обаятельным, в конце концов это его профессия, его прямая обязанность. Вот небольшой фрагмент из беседы Уэллса и Сталина:

«Сталин: «Большому кораблю большое плавание».

Уэллс: «Да, но для большого плавания требуются капитан и навигатор».

Сталин: «Верно, но для большого плавания требуется прежде всего большой корабль. Что такое навигатор без корабля? Человек без дела».

Уэллс: «Большой корабль – это человечество, а не класс».

Сталин: «Вы, господин Уэллс, исходите, как видно, из предпосылки, что все люди добры. А я не забываю, что имеется много злых людей...»

Да уж, Сталин не забывал подобных вещей. И он не обманывал английского писателя. Зачем обманывать? Каждый все равно видит то, что хочет видеть, и то, что на поверхности. Большой террор в 1934 году еще не начался, а вот Гитлер к власти в Германии уже пришел. И с Гитлером-то все было ясно с самого начала.

Уэллс назвал Ильича кремлевским мечтателем. Но настоящим мечтателем, конечно, был именно он – Герберт Джордж Уэллс. Он был левым, был социалистом, и ему нужна была Утопия. Советский Союз, по крайней мере издалека, вполне мог сойти за такую Утопию.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Россия и Израиль утопили противоречия в стакане виски

Россия и Израиль утопили противоречия в стакане виски

Игорь Субботин

Первая встреча Путина и Беннета вышла за рамки графика и правил

0
2386
С НАТО расстались без боли, клич самураев холодной войны

С НАТО расстались без боли, клич самураев холодной войны

Североатлантический альянс поставил точку в отношениях с Россией

0
4194
Беда на Тихом океане

Беда на Тихом океане

Александр Храмчихин

Российский Тихоокеанский флот стал игроком второй лиги

0
5817
Тендер на индийские подлодки –ловушка для неразборчивых

Тендер на индийские подлодки –ловушка для неразборчивых

Владимир Карнозов

Нью-Дели теряется в выборе партнеров

0
3205

Другие новости

Загрузка...