Новая табель о рангах эмиграции

Иван Бунин и Александр Куприн (в центре в первом ряду) – двое из двенадцати героев книги. Фото 1933 года

В послесловии к своей книге Денис Краснов пишет: «завершая рассказ о (…) литераторах (…), ловишь себя на мысли, что вступил с ними в интереснейший разговор, который не очень-то хочется и заканчивать». Верно. Как говорил еще Новалис, настоящий читатель должен быть продолжением автора.

Сборник состоит из очерков о поэтах и прозаиках первой волны эмиграции – волны, давшей по сравнению с последующими наибольшее число талантов. На его страницах возникают образы Александра Куприна и Зинаиды Шаховской, Марка Алданова и Романа Гуля. Также есть статьи о философах Владимире Вейдле и Федоре Степуне. Напомню, что первый оставил немало незаурядных стихов, а второй напечатал две книги художественной прозы «Из писем прапорщика-артиллериста» и «Николай Переслегин».

Денис Краснов. От Алданова до Яновского. Двенадцать литературных портретов русского зарубежья.– М.: Nouveaux Angles: Бослен, 2025. – 144 с.

Вероятно, в академических кругах труд Краснова назовут поверхностным. Думается, в этом нет ничего плохого: книга адресована неподготовленному читателю и своим популярным (а точнее, увлекательным) изложением помогает ему войти в мир высокой литературы.

Но, к сожалению, недостатки в сборнике все-таки есть. Например, некоторые утверждения выглядят спорными. И тут проблема не в выборе представленных лиц. Не будем все сводить к известному русскому спору о том, кто выше: Толстой или Достоевский, Ахматова или Цветаева… В данном случае каждый имеет полное право создавать личную «табель о рангах», предпочитая того или иного персонажа, равно как и трактовки творчества (поэтому рецензент убрал бы как минимум двух беллетристов – Гуля и Василия Яновского, заменив их на Георгия Адамовича и Владислава Ходасевича).

Смущает другое. Повествователь оговаривается, что, кроме Куприна, остальные 11 писателей «менее известны». Это не совсем понятно в отношении того же Алданова или Гайто Газданова, у которых вышли три и два собрания сочинений соответственно. Есть собрания и у Амфитеатрова или Михаила Осоргина.

Представляется ошибочным и то, что автор ряд своих суждений не разъясняет. Например, рассказывая о повести Яновского «Челюсть эмигранта», он безо всякой конкретизации пишет: «В ней, на стыке философских идей Платона и Бергсона, в художественной форме развивается концепция «вертикальной» памяти». Также огорчает определенная неполнота. Краснов справедливо упоминает «моральный релятивизм» Осоргина, его приверженность до революции к партии эсеров и готовность оправдать развязанный ими террор: «Пусть эхо выстрелов прозвучит по всей стране и зовет народ к вооруженному восстанию (…) это делается в борьбе за благо народа». Но при этом не указывается, что еще в 1911 году Осоргин разочаровался в социалистах-революционерах, публично заявив: «Не столько дела плохи, как плохи люди… Дошло до того, что трудно отличить революционера от хулигана».

Впрочем, меньше всего хотелось бы, чтобы у читателя создалось отрицательное мнение о книге, а посему закончим рецензию надеждой, что во втором издании погрешности будут исправлены, а число поэтов и писателей зарубежья увеличится.