Без фриков можно было бы и обойтись

Михаил Кузищев, Евгений Рейнгольд. Панк-рок. Предыстория. Прогулки по дикой стороне: от гаражного рока до Игги Попа. – М.: Омега-Л, 2026. – 400 с.

Первая же глава, написанная соавтором Кузищева Евгением Рейнгольдом, выглядит особенно удачной. Во-первых, Рейнгольд пишет здесь об истории американского гаражного рока 60-х, который, с его прямолинейностью, нелепыми и подчас женоненавистническими текстами, ярко выраженной агрессией, и был главным предшественником настоящего панк-рока, появившегося в США в 1974 году с первым выходом на нью-йоркскую сцену группы Ramones. Это полчище молодых шестидесятников, успевавших порой выпустить одну-две песни и благополучно сгинуть, ныне можно обнаружить на замечательных ретроспективных сборниках Nuggets, Back from the Grave и т.п. Кстати, все необходимые антологии и отдельные релизы перечислены автором, так что в книжке есть необходимое руководство по освоению раннего гаражного панка, что крайне удобно для неофитов. Ну а про группы, оставившие после себя не синглы, а целые дискографии, Евгений Рейнгольд пишет подробнее. И, насколько мне известно, это первая книга на русском языке, где сообщается об истории легендарных The Seeds, 13th Floor Elevator и особенно превозносимой (совершенно справедливо) зарубежной критикой группы Love. «Фэнам» отечественного варианта панк-музыки стоит знать, что Love – одна из самых любимых формаций Егора Летова. Написана глава про гаражный рок и панк легко, остроумно и, пожалуй, без главного недостатка остальных частей книги.

Дело в том, что один из любимых приемов Михаила Кузищева – это утомительные потрековые описания всех альбомов групп-героев. Особенно странно читать залихватские и красивые описания каких-нибудь сумбурных какофоний, записанных, к примеру, группой The Stooges явно в чаде кутежа и угаре, дабы заполнить хронометраж. Спору нет – написано красиво и мастерски, только вот впечатление от этих пространных и несколько пафосных описаний как от стрельбы из пушки по воробьям. Подобных разборов в главе Рейнгольда нет, и это прекрасно.

Михаил Кузищев по-прежнему чрезвычайно увлекательно пишет даже про те факты, которые, возможно, читатель знает. Например, в главе про The Stooges автор вступает в, казалось бы, неравный поединок, поскольку на русском в отличном переводе была выпущена биография Игги Попа под названием «Вскройся в кровь». Но из этого поединка Михаил Кузищев выходит с честью: он очень остроумно описывает приключения Игги и его команды, куда более иронично (что абсолютно правильно!), нежели зарубежный коллега, относится к влиянию Дэвида Боуи на позднее творчество The Stooges, да и атмосфера московского концерта нестареющего Джеймса Остерберга (настоящее имя Игги) во вступлении к главе передана просто потрясающе. Аж зависть берет.

Глава про MC5 – это практически политический триллер. Пятерка из Детройта, связавшись с активистом Джоном Синклером, оказалась втянута в водоворот революционных событий, порой – против воли музыкантов. Эта и остросюжетная, и трагическая история вряд ли когда-нибудь потеряет актуальность, пока есть музыканты и менеджеры, уверенные в том, что политический акционизм – неплохой PR-ход для продвижения музыки. Правда, для MC5 все эти заигрывания и скандалы ничем хорошим не кончились, хотя музыка после них все же осталась, и без них не было бы впоследствии таких бунтарей, как Rage Against the Machine и At the Drive-In.

Удачными получились главы и про менее известные коллективы. Михаил Кузищев с юмором пишет как про поиски Flamin’ Groovies своего стиля, так и про издевательства любителей безумных шумов Red Crayola над своими несчастными слушателями. А вот без глав про откровенных фриков – Хэсела Эдкинса и Звездного Ковбоя – можно было бы и обойтись ну или объединить эти крохотные «прогулки» (прогулками именуются все главы/части книги) в одну, присовокупив к двум этим анекдотам не менее замечательную историю Скримин Джея Хоукинса – чудесатого маньяка-блюзмена, сделавшего для панка (особенно в плане шоу) куда больше, чем упомянутые Кузищевым персонажи. Впрочем, тут я уже перехожу в субъективную область сомнительных советов.

В следующей книге, судя по анонсу в эпилоге, мы уже окажемся в старушке-Англии. Что же, надеюсь, в третьих «Прогулках…» найдется место новым главам от Евгения Рейнгольда, а описаний альбомов станет меньше – уж больно это утомительное чтиво, из-за которого повествование ощутимо проседает.

Самара