0
647
Газета Культура Печатная версия

11.01.2001

Болезни коллективной души

Тэги: кино, фестиваль


КОНЕЦ ГОДА, конец века, конец тысячелетия┘ Риторика давит на мозги, искажает истинные пропорции реальности, и вот уже всякое событие, имевшее место быть в нынешнем декабре, обретает масштабы космические, значение историческое. Мы по обыкновению ждем то ли второго пришествия, то ли чуда, и пропускаем события внутренние, что и впрямь нуждаются в осмыслении на развилке времен. К примеру, наши отношения с действительностью, подмененные в большей мере отношениями с виртуальной реальностью, проще говоря - с картинкой новостных программ телевидения. Тема глобальная, но я беру один лишь ее поворот, навеянный только что закончившимся ХI Российским фестивалем неигрового кино в Екатеринбурге. Я отправлялась туда в надежде, что свободный от коммерции документальный экран остается последним прибежищем духа. Среди 45 картин конкурса их было в избытке - фильмов, где духовная проблематика смутного времени сфокусирована в подлинных историях и непридуманных персонажах. Документальный объектив фиксирует болезни коллективной души, и достоверность его свидетельств пугающе убедительна. Когда после потрясений нашей "нежной революции" началось "хождение в народ", неонародничество принесло полноценные плоды - документальные телесериалы "Лешкин луг" Алексея Погребного, "Кучугуры и окрестности" Владимира Герчикова, а также явило авторское кино нового поколения - "Беловых" Виктора Косаковского, штучные фильмы Сергея Дворцевого. Паломничество в деревню продолжается, но чем дальше, тем очевидней, что это поиски утраченного рая, подсознательная попытка обрести новую утопию взамен утраченной. Вопреки здравому смыслу и собственному знанию, что крестьянскую Атлантиду давно пустили на дно яростные строители нового мира. Этот противоречивый, но полный щемящих смыслов тренд отечественной документалистики был щедро представлен на фестивальном экране.

Классик Дмитрий Луньков в новой работе "Фильм о фильме", римейке своей ленты тридцатилетней давности "Куриловские калачи", оплакал Русь уходящую. Деревенскую Россию, что послала на поля войны своих мужиков, их беззаветных и безответных жен и вдов, принявших свою жертвенную судьбу с христианским смирением. В трагически правдивой ленте мне не хватает авторского протеста, несмирения с такой вот народной долей. Да, эти женщины и их полегшие на войне мужчины вынесли все. Но где же она, широкая и ясная дорога, предсказанная поэтом? Ответ подсказывает Борис Лизнев. В "Неоставленных" (приз за операторское мастерство) деревенский уклад поэтизируется, высветляется влюбленным авторским взглядом. Автор и его герои - люди самодостаточные - счастливы уже тем, что живут в Боге, не оставлены им.

Фильм спорит с бытующей идеей нашей фатальной богооставленности. И с теми картинами, где жизнь предстает совсем не такой благостной, как в тамбовской деревне Малые Кулики. В "Сочинении о родине" Геннадия Седова (Западно-Сибирская киностудия) сам священник местной церкви говорит об "идиотизации деревенской жизни". Директор умирающего совхоза все беды села Кривояш объясняет мистически: рядом проходит разлом земной коры, и его негативная энергетика плохо влияет на сельчан. Те печалятся об утрате моральных стимулов и запивают это дело бормотухой. Единственного в округе фермера крестьяне ненавидят. Фермер же, "кулацкая морда", убежден, что если человек не хочет хорошо жить, работать его не заставишь. Игровой прием - школьники прямо на камеру читают отрывки из своих сочинений на тему "малой родины" - подтачивает веру в достоверность всей постройки. В сегодняшней документалистике субстрат документальности так размыт, что различия неигрового с игровым все чаще сводятся лишь к тому, что в первом случае действуют невымышленные герои. Сфера документального в строгом смысле слова отошла к телевизионной хронике, к прямым репортажам. Даже в картинах, сделанных на материале архивной хроники, - документальнее не бывает - есть постановочные сцены. Вводный эпизод "Старого альбома" Алексей Шипулин снял на Измайловском блошином рынке - якобы на чьем-то прилавке залежался раритет, оказавшийся уникальным собранием фотосвидетельств о ратных подвигах армии генерала Брусилова на фронтах 1-й мировой.

Неигровое кино ищет новую поэтику, не чураясь игровых приемов. На этом пути удача дается лишь тому, кто владеет своим материалом, как творец - вселенной. Тут первым оказался Анатолий Балуев. Его "Быкобой" (производство Екатеринбургской ГТРК) получил Главный приз фестиваля. Балуевская песня о родине отличается концептуальным поэтическим строем, дивной красоты картинкой и жесткой драматургией. С помощью героя-медиатора он открывает зрителю свой заповедный край - землю Коми. Встречи с земляками и с родней, прогулки по деревне в обществе старых знакомых - и перед нами галерея уникальных типов, каждый на особицу. Этнографический акцент мне не мешал - я ничего не знаю об этом этносе, открываю другой мир, и мне интересны и песни, и танцы, и костюмы, и ритуалы. На последнем слове я запнулась - и запнулся фильм, резко поменявший идиллический строй. Оказывается, сельчане вернулись к древнему обычаю ритуального заклания быка. Для них это мистерия связи времен. Для деревенской детворы и для зрителя вроде меня - шок. Для автора - испытание на профессиональную честность. Катарсис наступает в этом же эпизоде. Короткая перебивка, и мелодия "Жертвы вечерней" снимает напряжение, уверенно переводит фильм в бытийный регистр.

А вот еще песня о родине. Между прочим, чистый документ. Режиссер укрепил незаметную камеру на задворках неказистого строения в спальном районе родной столицы. И смонтировал то, что камера наснимала за полгода наблюдения. Короткометражка "Мой дом" - дебют Андрея Зайцева - радикально зачеркивает искания и рефлексии деревенщиков. Страшно далеки они от народа. Его, народа, истинное бытие надо наблюдать на заднем дворе магазина, где дружно распивают и тут же отливают, где опасливо присаживаются женщины, прячутся от стороннего глаза парочки┘ Одна радость, что сюита человеческих отправлений снята на общих планах. Хоть лиц не видно.

Но не этот беспомощный опус накалил фестивальные страсти - другая песня о родине под названием "Полустанок" (приз за лучший короткометражный фильм). Я так и не взяла в толк, чем достала коллег трехчастевка Сергея Лозницы. На мой вкус, самый стильный фильм конкурса, прозрачный по смыслу, мастерски смонтированный. Подозрение в инсценировке недоказуемо без показаний свидетелей. Про что кино? Представьте себе заброшенный полустанок. Люди ждут поезда сутками и засыпают, сломленные усталостью и безнадежностью ожидания. Оргия сна, озвученная храпом, причмокиванием, тяжелым дыханием┘ Камера панорамирует, выхватывая из полумрака лица, фигуры, части тел. Стиль "Капричос" Гойи, но это и гончаровская Обломовка, и страдалец за народ Некрасов: "Ты проснешься ль, исполненный сил?"

В номинации "лучший полнометражный фильм" конкурс выиграл лидер латвийской документалистики Ивар Селецкис с городским эпосом "Новые времена на улице Поперечной" (фестиваль в Екатеринбурге - открытый). Это высочайший профессиональный класс и социологически достоверный документ. Срез жизни, наблюдаемой на рижской окраине, можно экстраполировать на всю республику - не ошибешься. "Новые времена..." - тоже песня о родине, только ее лад резко отличается от нашего, российского. Здесь прагматика подчиняет себе "духовку". Внутренняя авторская установка - показать, как люди выживают, что делают для того, чтобы жить. Акцент на действие, на поступок - требование культуры. Мы же своей культурой закодированы на рефлексию, на самокопание.

И все-таки что-то меняется. Москвичка Светлана Быченко в фильме "Побег слонов из России" (специальный приз жюри) предъявила свежий подход к теме родины. Вдохновленная ныне забытой хохмой "Россия - родина слонов", она основательно перетрясла киноархивы и откопала забытые свидетельства пребывания этих животных в России. Документальные кадры оказались прямо-таки неправдоподобными. Быченко ничего не оставалось, как назвать свое исследование документальной сказкой. Какая ж сказка без притчи?

Советская власть не отказывалась от дареных слонов, но присных своих сильно не одобряла за пристрастие к слоникам на комоде. Слоники на счастье были объявлены символом мещанства. Гонения на них закончились тем, что счастье и впрямь покинуло Россию. Таков круговорот вещей в природе.

┘А не попробовать ли выставить на том же компьютере семерку слоников? Глядишь, все и наладится.

Екатеринбург-Москва


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Госдума разрешила некоммерческий показ старых отечественных фильмов без прокатного удостоверения

Госдума разрешила некоммерческий показ старых отечественных фильмов без прокатного удостоверения

0
695
Выжить в Дюнкерке

Выжить в Дюнкерке

Наталия Григорьева

Кристофер Нолан снял фильм про Вторую мировую войну

0
1603
По белой дороге

По белой дороге

Татьяна Маргулис

Человек с "калашниковым" и мифологический царь-злодей в постсоветском Таджикистане

0
499
Правда торжествует потом

Правда торжествует потом

Юрий Кувалдин

Драматург Александр Володин и свобода от общества, в котором нельзя жить и быть свободным от него

0
1444

Другие новости

Загрузка...
24smi.org
Рамблер/новости