0
1250

23.09.2004

Итальянцы, капут!

Тэги: италия, история, поход


Mario Rigoni Stern. Storie dall"Altipiano. - Milano: Mondatori, 2003, 1828 p.

Maria Teresa Giusti. I prigionieri italiani in Russia. - Bologna: il Mulino, 2003, 334 p.

Alfio Caruso. Tutti i vivi all"assalto. - Milano: Longanesi, 2003, 396 p.

Italo Rufino. Bianco Rosso e Grigioverde. - Torino: Fragola, 2003, 240 p.

В России как-то забыли об итальянском экспедиционном корпусе эпохи Второй мировой войны: врагом был немец, а вовсе не голодный небритый "макаронник". Не могут забыть о Русской кампании итальянцы - для них разгром в заснеженных степях стал трагическим воплощением мифа о бескрайних просторах, "сибирских морозах" и загадочных русских (зачастую спасавших от смерти незадачливых оккупантов).

О Русском походе итальянцы уже написали много. Первой фундаментальной книгой стала монография "Italianzy Kaputt" (1959). Обильно документированная, она страдала тенденциозностью, ибо создавалась в разгар холодной войны. За ней последовало множество других исследований: назову лишь несколько имен историков, глубоко занимавшихся этой темой, - Арриго Петакко, Пьер-Луиджи Бертинариа, Альдо Разеро. Они воссоздали ход событий - от отправки первого солдата на Восточный фронт в июле 1941 г. до возвращения последнего военнопленного в феврале 1954-го.

Выделяют четыре этапа кампании: победоносное продвижение итальянцев к Дону; их стойкое сопротивление во время контратаки Красной Армии; разгром и отступление; плен. О масштабах национальной драмы может свидетельствовать хотя бы такой факт: в СССР из Италии отправилось 700 железнодорожных составов с солдатами, а вернулось лишь 17.

Марио Ригони-Стерна признавался, что "стал писателем не по призванию, а по необходимости". Его повесть "Il sergente nella neve" ("Сержант на снегу"), написанная в 1953 г., поражает сдержанной мощью и искренностью. Первая мировая, затем Вторая, распадающаяся на албанскую, греческую, русскую кампании, плен. Причем плен не русский, а немецкий - после одностороннего нейтралитета, бывший союзник Италии Гитлер пошел на нее войною. В нацистском плену, в 1943 г., Ригони-Стерн стал вспоминать Дон и бессмысленную гибель своих соотечественников.

Его сочинения удивляют своей обращенностью к России. В эссе "Волшебный колобок" он отправляется в путь по Руси вместе с воображаемым компаньоном - Пришвиным! Спутники ведут долгие беседы, и наш "Михаил Михайлович" величает итальянца "Марием Ивановичем". Им встречаются разные персонажи, из которых более остальных они общаются с протопопом Аввакумом.

Пролив кровь в русской степи, Ригони-Стерн как будто с нею породнился. Как он рассказывал, выжить после войны ему помогла поэзия Есенина. Очень точно замечает автор введения Эральдо Аффинати: "Дабы познакомиться с писателем Ригони-Стерном, мне пришлось отправиться в Волгоград". Сам Ригони-Стерн поехал туда же, на встречу с самим собою, еще в 1971 г., став первым бывшим итальянским военным, которому советские власти дали визу на въезд в СССР.

Именно Ригони-Стерну доверили в национальной прессе представить новую монографию - исследование Марии-Терезы Джусти "Итальянские пленники в России". Отличие от других книг на эту печальную тему - новая архивная база, а также обширная мемуарная литература.

...Большая часть итальянских солдат погибла не на полях сражений, а в лагерях. Согласно официальным сведениям НКВД, там содержалось 50 тысяч итальянцев, по данным ООН - 70 тысяч. На родину вернулись 10 087 человек. Почему же такая высокая смертность? Джусти, анализируя данные, показывает, что русские относились к итальянцам много лучше, чем к другим пленным. Основная же причина смерти - тяжкая зима 1942/43 г.

Особая глава посвящена коммунистической пропаганде, распространявшейся среди заключенных. Ее главным инструментом служил журнал "Alba" ("Восход") под редакцией членов Итальянской компартии. Джусти уделила внимание и так называемым письмам Тольятти, публикации которых всколыхнула общественность Италии в начале 90-х, - в них коммунистический лидер отрекался от соотечественников, попавших в беду. Вырванные из контекста и "подправленные", "письма", однако, не могут служить доказательством "бессердечности и цинизма" Тольятти, как громко заявляли в правой прессе.

Популяризаторской следует считать книгу плодовитого исторического писателя Альфио Карузо "Все живые - в атаку". Ее главный герой - корпус альпийских стрелков, действительно героический. Стрелки, подготовленные к холоду и снегу, умелым сопротивлением зимой 1942/43 г. позволили части итальянской армии вырваться из фатального "мешка". Контрнаступление Красной Армии началось 16 декабря 1942 г. Тогда же на помощь пришел и дедушка мороз: температура опустилась ниже 30 градусов. Спустя месяц пришел приказ Муссолини к отступлению, при этом альпийским стрелкам отводилась роль арьергарда. Особую известность получило сражение "альпийцев" у Николаевки 26 января 1943 г. (эта бессмысленная малая победа описана и в мемуарах фронтовика Эдисто Корради, опубликованных посмертно в 1999 г.). В книге Карузо анализируются итоги самой бесславной кампании Муссолини: 230 тысяч мобилизованных, 100 тысяч павших, 50-70 тысяч военнопленных. Остаток от армии подсчитать нетрудно. Так закончился поход на "защиту тысячелетней европейской культуры", поход, которого не желал даже Гитлер, не говоря о военных специалистах, знавших, как завязла Италия на других фронтах. Смертью своих солдат Муссолини подписал и смертный приговор самому себе.

Военные мемуары не перестают выходить. 90-летний туринский капеллан дон Итало Руффино был в России вместе с дивизией "Торино" всего три месяца, но этот небольшой срок стал, вероятно, самым большим его жизненным опытом. На обложку мемуарист поместил картину своего фронтового товарища, Ивана Курача, уроженца Львова, эмигрировавшего в Италию. Курач более всех боялся плена, так как был уверен, что красноармейцы его расстреляют как изменника, несмотря на итальянское подданство. Бог миловал, Курач и Руффино, прибывшие на Дон к моменту разгрома армии, получили приказ вернуться...

На титуле триколор: "Белый, красный и серо-зеленый". Белый - цвет зимних степей, красный - цвет пролитой крови, серо-зеленый - цвет итальянской формы. Рассказчик начинает повествование с 14 ноября 1942 г., когда он сел в Болонье в военный состав, двигавшийся на восток. С собой священник взял дары для причастия и пять больших бутылей кьянти. Кьянти, как пишет падре Итало, "закончилось еще до приезда в Венецию", а вот запасные дары ему пригодились позднее - когда священник причащал солдат, сотнями умиравших на белом снегу.

Последний мемуар, фронтовика Одоардо Аскари, опубликован в журнале "Nuova storia contemporanea", в # 5 за 2003 г. Его название - "Долгий поход альпийских стрелков по русскому аду" - не нуждается в особых комментариях.

Неаполь


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Напиток императоров и римских пап

Напиток императоров и римских пап

Современное итальянское виноделие берет корни из невероятного исторического наследия

0
806
Слон и слепцы

Слон и слепцы

Андрей Щербак-Жуков

85 лет со дня рождения Игоря Можейко, известного как Кир Булычев

0
1377
Курский казак из Сербии

Курский казак из Сербии

Виктор Леонидов

Благодаря художнику Сергею Соловьеву на Балканах узнали роман  «Тихий Дон»

0
180
Красное и зеленое

Красное и зеленое

Александр Стрункин

Москва в длинной тени Гоголя

0
1092

Другие новости

Загрузка...
24smi.org