0
4775
Газета Печатная версия

10.03.2016 00:01:05

Державин, Ахматова, Горфинкель и Наппельбаум

Учебник поэзии: как отличить «профессиональную» от «любительской» и почему надо писать без рифмы

Тэги: поэзия, учебник, высшая школа, бродский, гумилев, саша черный, владимир вишневский, ахматова, маяковский, брюсов


поэзия, учебник, высшая школа, бродский, гумилев, саша черный, владимир вишневский, ахматова, маяковский, брюсов Поэт Родионов читает поэта Емелина. Фото Екатерины Богдановой

Поэзия: Учебник. – М.: ОГИ, 2016. – 886 с.

Все, с кем я говорил про «учебник для старших классов школы (гуманитарных классов или гимназий и лицеев)», а также для «студентов первых курсов гуманитарных факультетов филологических и нефилологических специальностей и зарубежных студентов, изучающих славистику», который скромно называется «Поэзия», отзываются о нем, с одной стороны, одинаково, а с другой – прямо противоположно.

Хороший учебник, говорят одни, я там есть.

Плохой учебник, возражают другие, меня там нет.

Ребята, перед вами не хрестоматия, не антология, а именно учебник. Во всяком случае, авторы считают его учебником. И печатается он «по решению Ученого совета Института языкознания РАН».

Так что, как ни крути, учебник. Кстати, о презентации его см. на стр. 3 сегодняшнего номера «НГ-EL».

Главный недостаток: объем. В метро такую книжищу читать трудно.

Примерно половина книги – все-таки хрестоматия. После каждой подглавки идет рубрика «Читаем и размышляем», и в ней – собственно, стихи: «В учебнике соединены разделы и обширная хрестоматия, где представлены тексты около 300 русских поэтов XVIII–XXI веков: половина приводимых стихов написана до 1960 года, а половина – после. Доля современной поэзии была сознательно увеличена, чтобы показать применимость фундаментальных принципов устройства поэтических текстов не только к «классической» поэзии, но и к поэзии последних десятилетий…» 

Отчего бы и не показать применимость? Но зачем же так увеличивать долю современной поэзии? «Классической»-то поэзии можно было помещать не так много, а уж современной актуальной, как ее любят иногда называть, и подавно. Вот если бы было два тома, первый – «Поэзия», а второй – «Современная актуальная поэзия»... Точнее бы тогда было.

Авторы учебника, впрочем, предпочитают говорить о поэзии «профессиональной». В отличие от любительской или, допустим, прикладной: «Другой непредвиденный эффект новых сетевых возможностей – появление «параллельных» сообществ: у широкого круга малоквалифицированных авторов впервые за всю историю поэзии появилась практическая возможность объединяться в союзы, учреждать собственные издания, фестивали, премии и другими способами участвовать в литературной жизни. И читателей, и начинающих авторов эти структуры, довольно-таки похожие на «настоящие», могут вводить в заблуждение…»

картина
Идеальный поэт?..
Александр Трифонов.
Мандельштам. 2015

Что тут сказать? Союзов, фестивалей и изданий действительно много. Часть из них вполне профессиональны, наследники СССР. Другие – ну да, самые разные. От очень интересных до и впрямь любительских. Но ведь ВСЕ они считают себя, и чаще всего только себя – профессиональными и «настоящими».

Проведу тут пусть и немного энигматическую, но все же аналогию из мира прекрасного. Допустим, Гумилев и несколько его ученых коллег решили написать учебник поэзии. Подошли к делу серьезно (Николай Степанович вообще был серьезным человеком). Написали. А в качестве примеров взяли бесспорную классику прошлого, несколько столь же бесспорных авторитетов своего времени и недавнего прошлого плюс студию «Звучащая раковина» в полном составе. И вышло бы у них примерно так: «О весне и небе в русской поэзии писали Державин, Пушкин, Фет, Ахматова, Горфинкель, Никаноров, Рагинский-Корейва и Наппельбаум». Ну, и в рубрике «Читаем и размышляем» стихи располагались бы схожим образом. Тоже, в общем, стиль и подход.

Впрочем, может, я зря? Ну,  ладно, если примеры стихотворений были бы совсем неподходящими. Нет же, нормальные примеры. Действительно иллюстрируют то, что хотят сказать авторы. Но все-таки можно было бы и поменьше. 

А вот примеры, так сказать, перечислительные: «Некоторые критики стараются вписать того или иного автора в широкий контекст научной мысли и мировой литературы (как Кирилл Корчагин или Денис Ларионов)». Корчагин – один из авторов, кстати. Мне «перечислительные» примеры кажутся если не излишними, то не вполне нужными. Или не всегда нужными. Здесь-то, к примеру, все к месту: «…у Анны Ахматовой – лайм-лайт (тип сценического освещения), у Владимира Маяковского – шаири (стихотворный размер в грузинской поэзии), у Андрея Таврова – мальштрем (норвежское название водоворота)» (о редких словах в стихах). Но здесь и пример не исключительно «перечислительный».

Я упомянул Кирилла Корчагина. Кроме него авторами учебника выступают также Наталия Азарова, Светлана Бочавер, Дмитрий Кузьмин, Борис Орехов, Владимир Плунгян и Евгения Суслова. Кандидаты и доктора наук. Все.

Несколько мелких замечаний.

В главке про моностих. Примечание: «Стихом Брюсов называет стихотворную строчку». Только ли Брюсов? А может, как раз только так и надо? Еще оттуда же: «И кожей одной и то ты единственна – этот известный моностих Самуила Вермеля…» Притом что, допустим, Владимир Вишневский (действительно известный и действительно именно моностихами – даже не упомянут). Ну а зачем вообще употреблять здесь слово «известный»? Если известный – так он и без того известен.

В предисловии: «Сайт учебника (poesia.ru) содержит большое количество дополнительных материалов, которым не нашлось места в бумажной версии». Зашел я на сайт, там картинка, оглавление и надпись «Сайт в разработке». Ну, может, еще и сделают.

О премиях: «Есть премии «пантеона», задача которых – отметить имена и явления, уже выглядящие бесспорными. В России сегодня на этот статус претендует премия «Поэт», формирующая, по словам ее председателя Сергея Чупринина, «высшую лигу поэзии»… Среди наиболее заслуженных российских премий – Премия Андрея Белого». Замечаете разницу? Премия «Поэт» только «претендует», а Премия Андрея Белого – «среди наиболее заслуженных». Я к обеим премиям отношусь с уважением. А вот авторы учебника, пусть и тонко, но – подчеркивают. Тенденция-с.

Об эпиграмме: «Давид Самойлов пытался задеть тех поэтов, которые считали, что свободный стих – это будущее русской поэзии в эпиграмме, в которой узнаются их имена (Крутоямов – это Вячеслав Куприянов, а Вздорич – Владимир Бурич):

Поздно учиться играть 

на скрипке,

Надо учиться писать 

без рифмы.

С рифмой номер как будто 

отыгран.

Надо учиться писать 

верлибром…»

Мне нравятся и Бурич, и Куприянов, но эпиграмма-то хорошая. Почему «пытался»? Задел.

О Саше Черном: «…если в начале ХХ века употреблять имена вроде Саша или Света в печати считалось не вполне допустимым, то сейчас это почти норма, и поэтому Света Литвак вовсе не обязана писать только сатирические стихи, как Саша Черный». Не обязана, да, но разве Саша Черный писал только сатирические стихи?

О Бродском: «Некоторые поэты начинают развивать в себе идентичность пожилого (или стареющего) человека уже в относительно раннем возрасте. Например, Иосиф Бродский на 32-м году жизни пишет:

Птица уже не влетает

в форточку.

Девица, как зверь, защищает 

кофточку...

И далее, уже в следующей строфе:

Старение! Здравствуй, 

мое старение!..»

Ну да. Старение. Но вообще-то речь у 32-летнего Бродского о том, что девица защищает кофточку. Видимо, от лирического героя. Идентичность молодого мужчины, все нормально.

А теперь в целом. Хороший учебник. Действительно учебник, действительно в каком-то смысле даже название верное. 

А как еще назвать? Поэзия же. 

Продолжение темы


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Лирический поэт лежит в канаве

Лирический поэт лежит в канаве

Евгений Лесин

К 70-летию со дня рождения поэтессы Татьяны Бек

0
1364
А рассказывать гораздо интересней

А рассказывать гораздо интересней

Зоя Межирова

Памяти Тани Бек

0
486
Mea culpa

Mea culpa

Владимир Соловьев

Аэропортовские сатурналии

0
580
«Дух» и «материя»

«Дух» и «материя»

Андрей Краснящих.

Харьков, Северянин, эгофутуризм. К 125-летию Георгия Шенгели

0
420

Другие новости

Загрузка...
24smi.org