Екатерина Трифонова
С 2022 года в России принято 168 законов о преференциях и льготах для участников СВО и их родственников. Фото с сайта www.izh.ru
В России сложилась отдельная категория юридических споров вокруг наследства погибших в ходе СВО. Проблемы есть и с признанием завещаний, написанных в окопах или госпиталях, и с упрощенными процедурами вступления наследников в свои права, и с защитой имущества от недобросовестных действий по доверенностям. Чтобы соответствовать нынешней государственной политике, как прежние, так и оперативно вводимые правовые новации требуют корректировки с точки зрения и законодательства, и судебной практики. По информации «НГ», все это 19 июня будут обсуждать на круглом столе в Московском государственном юридическом университете имени О.Е. Кутафина (МГЮА).
Как заявили сенаторы и депутаты Госдумы, предложившие законопроект о сохранении за родными погибшего военнослужащего права претендовать на социальное жилье, нынешняя ситуация «противоречит действующей государственной политике, которая направлена на оказание всесторонней поддержки участникам СВО и членам их семей». На круглом столе в МГЮА, как выяснила «НГ», планируется обсудить формирующуюся сейчас категорию наследственных споров в этой среде, чтобы выработать эффективные механизмы правовой помощи семьям погибших защитников.
Организаторами мероприятия выступают кафедра адвокатуры и кафедра нотариата этого госуниверситета совместно с Федеральной палатой адвокатов (ФПА) РФ, Федеральной нотариальной палатой, а также Центром медиации при Российском союзе промышленников и предпринимателей. В центре внимания ученых и практиков окажутся как предполагаемые поправки в законодательство, так и предложения по изменению судебных процедур. Например, предполагается дискуссия о новых правилах объявления недостойных наследников. Отдельным вопросом будут рассмотрены перспективы применения медиации, то есть переговоров с участием посредника, для мирного урегулирования наследственных конфликтов среди родственников погибших бойцов.
Как пояснил «НГ» советник ФПА, адвокат адвокатской палаты Московской области Сергей Макаров, тема наследственных прав членов семей погибших военнослужащих сейчас находится на пике актуальности. Государство делает многое для поддержки близких погибших бойцов, однако крайне важно, чтобы были полноценно защищены юридические права этих людей. Практикующим юристам – адвокатам и нотариусам – необходимо совершенствовать работу и задействовать для такой защиты все возможные механизмы. Он подтвердил и важность применения инструментов медиации, что позволяет не осложнять и без того тяжелую ситуацию. При этом, подчеркнул Макаров, защита прав членов семей погибших военнослужащих в целом служит стимулом для развития наследственного права России. В частности, это касается института недостойных наследников, который сейчас фактически переформатирован. И по его мнению, особенно ценно то, что обновление произошло на основе юридической оценки нравственных обстоятельств.
Напомним, что среди недостойных наследников могут оказаться не только те, кто, скажем, подделывал завещание или принуждал записать в нем определенное лицо, но и, например, недобросовестные отцы. Поэтому дела о наследствах участников СВО способны повлиять на правоприменительную практику и по семейным спорам.
Адвокат адвокатской палаты Московской области Ольга Каменская сообщила «НГ», что тема ее доклада на круглом столе назрела сама собой: по ее словам, в России складывается новая и эмоционально тяжелая категория наследственных дел. Допустим, речь идет о пресловутых «полевых завещаниях», то есть о своей последней воле, которую военнослужащие выражают в госпитале, в окопе. Законом в принципе это уже предусмотрено – к примеру, в ст. 1127 Гражданского кодекса (ГК) РФ, приравнивающей к нотариально заверенным те завещания, которые удостоверены командиром. А ст. 1129 ГК разрешает изложить свои пожелания в простой письменной форме при двух свидетелях при обстоятельствах, явно угрожающих жизни. Однако, напомнила адвокат, обе эти нормы требуют строгого соблюдения формальностей: «Допустим, документ составляет командир части без юридического образования. Или в документе не хватает подписей свидетелей, а сам текст человек пишет рукой, которая дрожит от холода или ранения». Поэтому, заметила Каменская, когда наследники пытаются защитить свои права привычным судебным путем, разбирательство упирается в доказательственный тупик.
Стандартные инструменты дают сбой, скажем, посмертная психолого-психиатрическая экспертиза не сможет оценить состояние человека без подробных медицинских карт, которые в зоне боевых действий часто отсутствуют или вообще пропали. Так и почерковедческая экспертиза может не дать категоричного ответа, если подпись изменилась до неузнаваемости в силу опять же объективных боевых обстоятельств. Также и сослуживцев, которые видели составление завещания, вызвать на заседание суда чаще всего крайне затруднительно, а иногда – и уже невозможно. Кроме того, согласно ст. 1129 ГК, суд должен отдельно подтвердить сам факт совершения завещания в чрезвычайных обстоятельствах. Из-за этой правовой неопределенности исход спора становится непредсказуемым, а наследственное имущество семьи замораживается на длительное время. Поэтому, по словам Каменской, суд в таких делах часто «бьет по самим близким». И конечно, попытка выиграть процесс «растягивает разбирательство на годы и заново травмирует семью».
Адвокат коллегии адвокатов Московской области «Вячеслав Блинов и партнеры» Алексей Корябин подтвердил, что события последних четырех лет вынуждают корректировать не только законодательство, но и правоприменительную практику. Подавляющее большинство погибших граждан РФ имеют наследников, а значит, неизбежны судебные споры, число которых растет с каждым днем. Корябин считает важным обсудить упрощение процедуры вступления наследников в права, учитывая сложности соблюдения всех необходимых формальностей, которые в мирное время кажутся обыденными. Ведь специфика «военных наследств» проявляется и в том, что между моментом наступления смерти и ее официальным подтверждением в документах компетентных учреждений может пройти значительное время.
Нотариус города Москвы Евгения Ермолова подтвердила «НГ», что заявленная проблематика круглого стола более чем актуальна. Одной из наиболее насущных проблем наследственных дел по имуществу граждан, погибших в ходе СВО, до недавнего времени было восстановление срока для принятия наследства, поскольку информация о гибели или пропаже без вести поступает из зоны боевых действий с задержкой. И в ряде случаев факт смерти приходилось устанавливать уже через суд. Однако благодаря изменениям, внесенным в ГК в части применения положений ст. 1113 ГК об открытии наследства, был определен отдельный порядок для рассматриваемых случаев. Теперь члены семей погибших участников СВО могут оформлять наследственные права у нотариусов без обращения в суды за восстановлением сроков принятия наследства.
Ермолова также сообщила «НГ», что в настоящее время создан механизм межведомственного электронного взаимодействия между органами нотариата и Минобороны РФ. Но здесь необходимо дальнейшее совершенствование. Желательно, по ее словам, предусмотреть возможность получения нотариусами в онлайн-режиме справки о смерти участника СВО в случаях, когда это требуется для совершения нотариального действия и оформления наследственных прав. Отдельного внимания, по ее словам, требует разработка механизмов защиты наследственных прав не только наследников участников СВО, но и самих военнослужащих, которые выдавали своим супругам или родственникам так называемые генеральные доверенности. К сожалению, пояснила Ермолова, встречаются случаи, когда недобросовестные поверенные действуют не в интересах доверителей. Например, при отсутствии информации о гибели участника СВО продолжают распоряжаться его имуществом: снимать деньги со счетов или совершать сделки с недвижимостью. Наверное, в ряде случаев они просто не знают о смерти доверителя – и их действия все-таки остаются добросовестными. Однако нередко поверенные намеренно вводят в заблуждение третьих лиц (банки, контрагентов по договорам и т.д.) и незаконно распоряжаются имуществом погибшего участника СВО.
