Арман Джилавян В "БОЛЬШОЙ" политике так бывает почти всегда. Результаты не превосходят ожиданий. Последний в ХХ веке саммит Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе поднял гораздо больше вопросов, чем дал ответов. Стамбульская встреча усилила геополитическую турбулентность на так называемых "Евразийских Балканах" - в исторически нестабильном регионе мира, включающем в себя не только Закавказье, но и российский Северный Кавказ, Южный Иран и Восточную Турцию. Расположенный на стыке трех империй - Российской, Персидской и Османской, этот регион на протяжении веков являлся ареной великодержавного соперничества. Ситуация не изменилась и в преддверии третьего тысячелетия. Однако сегодня в противостояние трех региональных "тяжеловесов" включилась четвертая сила - Соединенные Штаты. Подписание в Стамбуле пакета соглашений по строительству трубопровода для транспортировки каспийской нефти в турецкий порт Джейхан, кстати, состоявшееся при официальном участии президента США, доказало, что в "Большой кавказской игре" у Вашингтона явный перевес.
Очевидно, что Стамбульский саммит стал большой геополитической ярмаркой, где продавались, покупались и обменивались внешнеполитические интересы. Ясно и то, что основной "трейдинг" развернулся между Россией и США. Бесспорный успех Москвы в чеченском вопросе Вашингтон компенсировал явным успехом своей южнокавказской политики, антииранский характер которой был особо подчеркнут в Стамбуле. Сделано это было президентом Азербайджана. Гейдар Алиев выдвинул на саммите предложение о подписании Пакта о безопасности и сотрудничестве на Южном Кавказе.
С первого взгляда кажется, что своим заявлением Алиев фактически поддержал идею президента Армении Роберта Кочаряна о необходимости создания общекавказской системы безопасности, высказанную им как в своем выступлении на саммите, так и ранее в Ереване. Тем не менее более глубокое рассмотрение предложений показывает, что между инициативами Кочаряна и Алиева существуют принципиальные различия. Армения предлагает создать такую региональную систему, которая составляла бы часть панъевропейской системы безопасности и предотвратила бы возникновение новых разделительных линий в регионе. Эта идея приобретает особую актуальность в свете усиления армяно-российского военного сотрудничества, с одной стороны, и активных усилий Грузии и Азербайджана по вступлению в НАТО - с другой. Возможная реализация этих планов Тбилиси и Баку превратит Закавказье в арену противостояния двух военно-оборонных систем - Договора о коллективной безопасности СНГ, членом которого является Армения, и Североатлантического альянса, в двери которого стучатся Азербайджан и Грузия. Такая перспектива может еще более усугубить геополитическую уязвимость всех трех закавказских республик, взорвать ситуацию на Кавказе. Важно заметить, что по плану Кочаряна общая система безопасности должна включать Закавказье и все заинтересованные страны региона.
Гейдар Алиев оказался поконкретней. Именно в этой конкретике скрывается принципиальное отличие его предложения от плана президента Армении. Глава Азербайджана предлагает подписание Пакта о безопасности и сотрудничестве между Баку, Тбилиси, Ереваном, Москвой, Анкарой и Вашингтоном. Таким образом, азербайджанский лидер предлагает участие в общекавказской системе безопасности Соединенных Штатов, которые никак не являются региональным государством. Реализация этого плана будет означать юридическое закрепление американского патронажа над Закавказьем. С другой стороны, предложение Алиева предусматривает полную региональную изоляцию Ирана, что является стратегической целью политики Вашингтона. С третьей - абсолютное игнорирование существования в регионе таких военно-политических субъектов, как Нагорно-Карабахская Республика и Абхазия.
"Совершенно очевидна невозможность создания действенной системы региональной безопасности, если в нее не будут вовлечены Нагорный Карабах или Иран, то есть те элементы, которые реально воздействуют на весь регион и являются частями военно-политического баланса в регионе", - заявила армянскому информагентству "СНАРК" министр иностранных дел НКР Наира Мелкумян. Следует отметить, что еще год назад официальный Степанакерт выдвинул предложение о формировании субрегиональной системы безопасности с участием Тегерана.
Несмотря на отсутствие какой-либо официальной реакции иранских властей относительно выдвинутых на Стамбульском саммите предложений президентов Армении и Азербайджана, очевидно, что перспектива региональной изоляции не может прельщать Тегеран. Тем не менее следует отметить, что у последнего недостаточно возможностей для эффективного лоббирования своих интересов на Кавказе. Это объясняется характером взаимоотношений Исламской Республики Иран со всеми участниками "Большой кавказской игры". Очевидно, что решающую роль в вопросе отстаивания интересов Тегерана на Кавказе могла бы сыграть Россия. Однако нужно признать, что так называемая ось Москва-Тегеран в реальности не очень сильна и базируется лишь на тактическом элементе сотрудничества. А именно в противодействии Западу и, в частности, Соединенным Штатам. Нет стратегической базы и у партнерства между Арменией и Ираном. Армяно-иранские взаимоотношения могут ощутимо охладиться в случае уменьшения или же устранения конфронтации с Турцией и Азербайджаном. Именно этого сегодня активно пытаются добиться Соединенные Штаты, прекрасно осознающие, что в нынешней геополитической ситуации Иран не может особо полагаться на содействие своих "друзей по региону" - России и Армении.
Антииранская авантюра Стамбульского саммита может и сработать. Но от этого на "Евразийских Балканах" безопаснее не станет. Достижение долговечного мира и стабильности в столь взрывоопасном регионе более чем сложно.
