0
2930
Газета Печатная версия

10.09.2015 00:01:00

В стране невыученных уроков

Собрания, на которых прорабатывали Пастернака, до сих пор идут полным ходом

Лариса Миллер

Об авторе: Лариса Емельяновна Миллер – поэт, прозаик, эссеист.

Тэги: история, великая отечественная война, эвакуация, детство, пастернак, гулаг, ссср


история, великая отечественная война, эвакуация, детство, пастернак, гулаг, ссср Боже, как грустна наша Россия! Фото Владимира Захарина

Помните детскую книжку «Страна невыученных уроков»? Это как раз про нас, про нашу с вами страну, где не просто ленятся делать уроки, а категорически не желают, считая, что и так все ясно. Например, ясно что такое любовь к родине и каким должен быть патриот. Патриот должен бдеть и ненавидеть. Ненавидеть кого? Врага. А где враг? Везде. Враг внешний – за границей, внутренний – соответственно внутри страны и называется «пятая колонна». Я тоже в самом раннем детстве любила, когда по нашей черной тарелке передавали песню «Возьмем винтовки новые./ На штык флажки!/ И с песнею в стрелковые/ Пойдем кружки». Песня звучала воинственно и очень мне нравилась.

Но вот рядом со мной который день живет книга под названием «Странники войны. Воспоминания детей писателей. 1941–1944», автор-составитель Наталья Громова. И книга эта полна любви. Дети самого разного возраста вспоминают годы эвакуации, проведенные вдали от дома где-то на Каме в интернате или в детском саду, или в пионерлагере, но сколько же у них оказалось объектов любви, начиная от друзей и кончая оврагами, ручьями, быстрыми реками. Было холодно и голодно, иногда сиротливо, часто тревожно, но были любимые взрослые, еще недавно чужие дяди и тети, которые за три года на Каме стали родными, помогали и спасали. А тем самым учили любви. А ведь то была эпоха, когда насаждали ненависть, велели бдеть, когда всюду находили «вредителей», когда процветала шпиономания. И чистопольским детям то и дело велели искать шпионов. Они и искали. Правда, каждый раз неудачно. Тем замечательней, что победила любовь. Почти все они были из семей, где их любили. И в военные годы тоже оказались среди взрослых, которые умели любить.

В какой-то пьесе Виктора Розова один из героев говорит другому: «Учись любить и ненавидеть». Помню, что мне в мои тогда юные годы понравилась эта реплика. Но почему-то в нашей стране всегда упор на второй глагол, который то и дело становится руководством к действию. Читая воспоминания бывших детей о чистопольских годах, я ловлю себя на том, что мне хочется читать эту книгу вслух всем, кто оказался рядом. Но рядом в основном оказываются единомышленники. И я совсем не уверена, что эта книга попадет в руки к тем, кто в ней крайне нуждается. Получается, что я опять ломлюсь в открытые двери, чтобы еще раз сказать, что дважды два четыре.

И все же послушайте этих бывших детей: «Жизнь в Чистополе неразрывно связана для меня с памятью о маме, пианистке Елизавете Эммануиловне Лейтер, – пишет ее дочь Марианна Ковальская-Френкель. – В интернате она на протяжении 1941 – начала 1942 года работала воспитательницей старших девочек, среди которых были Наташа Чалая (будущая Наталья Крымова), Гедда Шор, Мура Луговская и многие другие. Маму очень любили, ласково называли Елэмчик. Дружба с воспитанницами продолжалась и после возвращения интерната в Москву». Несмотря на тяжкие бытовые условия, взрослые и там устраивали детям праздники – отмечали детские дни рождения, пекли невесть из чего пироги, ставили с детьми спектакли, давали музыкальные концерты, читали им стихи. То есть делали для детей то, что сами ценили и считали важным. «Сейчас нас осталось мало, – пишет еще одна чистопольская воспитанница Елена Левина. – Время спрессовало тогдашнюю разницу в возрасте, снивелировало ее. Мы все как одногодки, как одноклассники, как из одного гнезда... Жизнь разметала нас даже по разным странам, но осталось роднящее прошлое – военное детство в Чистополе. А это много значит».

Роднящее прошлое возникает лишь у тех, кто умеет любить. Если чему-то и надо учить, то именно этому. И страшно подумать, что люди, умеющие любить, и помнить, и ценить то, что достойно любви и памяти, уйдут, не оставив после себя себе подобных. А оставить мудрено. Читая книгу чистопольских воспоминаний, то и дело наталкиваешься на имена людей, сгинувших в ГУЛАГе, погибших в ополчении и на фронте, покончивших с собой, умерших от болезней, голода и лишений. «Жизнь разметала нас даже по разным странам», – пишет Елена Левина. Да, некоторые из тех, чьи воспоминания есть в книге, покинули Россию. Так уж она устроена – наша великая родина, обладающая особым даром не давать людям дышать.

* * *

Какое «упоительное» чтение – толстенный том «Пастернак в жизни», автор-составитель Анна Сергеева-Клятис: дискуссии и проработки, выволочки и выговоры:

«...и вы поймете, что в выступлениях на дискуссии, как и в своих книгах, т. Пастернак выступает как наиболее яркий представитель буржуазного реставраторства в поэзии».

«...Борис Леонидович! Вокруг нас великий мир, бесподобная работа и жизнь страны человеческого счастья. А вы живете в комнатном мирке, в непрестанных «бореньях с самим собою», лишь исключительно редко вырываясь на простор. Пролетарская революция давно разрешила большинство вопросов, которые вы подымаете и ставите и которые мучают вас. Разве не скучно вам переживать судьбу изобретателя деревянного велосипеда и всю жизнь, в подавляющем большинстве случаев, писать только о Пастернаке?..»

А вот голос Пастернака: «...По-моему, из искусства напрасно упустили дух трагизма... Я без трагизма даже пейзажа не принимаю. Я даже растительный мир без трагизма не воспринимаю. Что же сказать о человеческом мире? Почему могло так случиться, что мы расстались с этой если не основной, то с одной из главных сторон искусства...»

Глас вопиющего в пустыне? Да нет. Наверняка на том же собрании были люди, которые сочувствовали каждому слову поэта, но не они крутили патефон. К сожалению, такова судьба России, богатой уникальными людьми, которых учат уму-разуму, а точнее гнобят, власти предержащие. И вот восемь десятков лет спустя мы слышим ту же «медь звенящую», тот же «кимвал бряцающий». В течение долгих лет старательно уничтожая почти все, что можно любить – яркие личности, природу, культуру, уникальный облик Москвы, – нас учат патриотизму с помощью до боли знакомых лозунгов, заезженных фраз, а главное, ненависти к врагам, которые у нас не переводятся.

* * *

И ведь эти «учителя» достигают желаемых результатов. Назад в СССР хочет молодой человек, сын моего приятеля. Почему хочет? Да потому, что желает быть частью мощной империи и готов охранять от врага ее границы. Знает ли он что-нибудь о той стране, в которую так хочет? «Нет, – ответил мне мой приятель, – ему хватает знаний о ее большом пространстве и громадной мощи». А водитель такси с восторгом рассказывал, как Сталин решил чеченский вопрос: взял и погрузил весь народ в товарные вагоны – детей, женщин, стариков – и в одну ночь всех вывез к чертовой матери. И стало тихо. «Но ведь там были невинные люди», – возразила я. «Невинных людей не бывает», – отрезал водитель. Существуют цифры (у меня с цифрами напряженка, поэтому их не привожу), показывающие, как много сочувствующих кимвалу бряцающему. Так что собрания, на которых прорабатывали Пастернака, идут полным ходом. Сколько лет прошло, а Селивановский, Безыменский и прочие ораторы 30-х – на местах и бдят. Что бы сказал Борис Пастернак, если бы попал в день сегодняшний? Наверное, то же, что Пушкин: «Боже, как грустна наша Россия!»

А нам остается только восклицать – доколе?


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Победу "Единой России" Путин затвердил Медведевым

Победу "Единой России" Путин затвердил Медведевым

Иван Родин

На встречах с президентом партии меряются заслугами, а губернаторы – процентами за ЕР

0
1399
Говорливых защитников накажут заранее

Говорливых защитников накажут заранее

Екатерина Трифонова

Наступление на адвокатуру вошло в стадию доследственных проверок

0
1081
Блок коммунистов и беспартийных под давлением не складывается

Блок коммунистов и беспартийных под давлением не складывается

Дарья Гармоненко

Акции протеста обнулятся еще до того, как власть поставит под вопрос иммунитет депутатов от КПРФ

0
1091
Российское такси изменится до неузнаваемости

Российское такси изменится до неузнаваемости

Анатолий Комраков

Минтранс планирует глубокую реформу отрасли

0
1043

Другие новости

Загрузка...