0
1949
Газета Печатная версия

08.07.2020 20:30:00

Не трожьте, девочки, руками!

До чего могут довести цукаты с мороженым и другое сладкое

Тэги: проза, девушки, мужчины, эротика, любовь, сладкое, цукаты

Фрагмент нового романа Аллы Хемлин «Интересная Фаина»

проза, девушки, мужчины, эротика, любовь, сладкое, цукаты Нечеловеческая любовь. Густав Климт. Поцелуй. 1907–1908. Галерея Бельведер, Вена

Еще при матери, которая была швейкой, но несчастно утонула в море в 1894-м, Фаина плакала, когда мать резала материю ножницами. Тем более Фаина плакала, когда мать рвала материю руками. От ножниц шел страшный лязгот, а от рук – страшный трескот. Мать кидалась к своей дочечке и шептала тихенькое и сладенькое. Про что – Фаина тогда еще не знала, а сейчас уже не помнила, что тогда не знала, про что это было. Может, и про ло-ло-пс-пси-сис-сис.

***

Когда Фаина переедала, фельдшерица делала Фаине клизму – отвар из ромашки с льняным маслом. Фельдшерица не сразу засовывала в Фаину. Фельдшерица сначала давала Фаине платочек, мокрый от одеколона провизора Остроумова, и говорила втянуть платочек в нос. Потом фельдшерица гладила вокруг дырочки и шептала что-нибудь тихенькое и сладенькое – ло-ло-пс-пси-сис-сис. От такого утишалось везде, тем более вокруг. Потому Фаина не дергалась, когда фельдшерица засовывала и заливала.

Фаина уже давно знала одеколон по имени Корилопсис. Одеколон пересиливал все на свете, даже весь на свете горшок после клизмы. У Фаины Корилопсис был не цветок, а грек. Грек Корилопсис служил в магазине, где покупалось высушенное и пахучее до головного дурмана. Перемолотое тоже покупалось. Там была гвоздика, ваниль, корица и прочее для мучного и сладкого.

Раз Марина, которую приставили смотреть за Фаиной, гуляючи с Фаиной, завела Фаину в пахучую дверь. Марина пошла завесить, за чем пришла, а Фаина осталась стоять. Фаина, может, пошла б дальше, если б не Корилопсис, который стоял и тянул свою руку к Фаине.

Фаина сложила у себя в голове одно с другим, и у Фаины там получилось, что Корилопсис ждал Фаину. Фаина положила свою руку на руку Корилопсиса. У Корилопсиса рука была не жаркая, по цвету как несильный чай и сильно гладкая. Лицо у Корилопсиса было такое же, хоть Фаина его лицо ничем не трогала.

Фаина сказала Корилопсису: «Здравствуйте». Корилопсис ничего не ответил.

Фаина хотела забрать свою руку у Корилопсиса раньше, чем Корилопсис заберет свою руку у Фаины. У Фаины все всегда забирали свою руку раньше, потому Фаине на всякий случай и захотелось. А Корилопсис молчал, хоть свою руку никуда не забирал.

Тут Марина сказала Фаине, что надо выходить.

Фаина сказала Корилопсису: «До свидания». И вышла со своей рукой.

Фаина была дурочка, а не дурочка, сразу увидела, что грек Корилопсис сделан не из человека, а из дерева. Так для Фаины получилось еще лучше, потому что дерево при случае хоть и сгорит, а не утонет.

***

За хорошее поведение опекунша Елизавета водила Фаину в разные кондитерские, чтоб Фаине было приятно и чтоб другие видели. Фаина просила у Елизаветы цукаты с мороженым и получала. Цукаты Фаина кушала от всей своей души. Цукаты жили во рту почти что очень долго. Фаина каждый раз хотела не глотать цукаты, а оставлять в живых навсегда. Но из науки давно известно – не всякому человеку дано такое, чтоб не проглотить то, что уже у человека во рту. Тем более сладенькое.

Елизавета говорила Фаине, что девочкам нельзя много сахарного, что от многого сахарного у девочек появляются неправильные мысли. Что сначала такие мысли появляются про сахар, а потом про что попало.

***

Фаина про что попало думала, а про что попало с сахаром – не думала. Фаине захотелось испытать себя на сахар.

Фаина ночью встала с кровати, тихонечко пошла, взяла из буфета, который для прислуги, сахарницу и всю съела. Голый сахар был Фаине еще вкусней всех на свете цукатов. Тем более колотые кусочечки сначала сладенько кололи язык, щеки внутри и верх тоже. Потом кусочечки скоренько успокаивались и сами катились на низ, как вода. Цукаты застревали, а сахар нет, не застревал. Хоть Фаине нравилось носить в зубах цукатные крошки, сахар из сахарницы понравился еще сильней.

Фаина спросила у Марины, где в доме есть сахар кроме сахарниц и банок. Марина сказала, что в кладовке за кухней есть голова на полпуда. Фаина попросилась к голове.

Голова стояла без шеи. Если б у головы была шея, тогда б по виду голова была похожая на длинную вверх прическу женщины в синем толстом платке домиком. А так на голове был не платок, а толстая синяя бумажка.

Фаина отвернула бумажку и потрогала голову. Голова была гладкая, как рука у Корилопсиса, хоть белая и никакая по теплу и холоду.

Еще голова была гладкая, как живот у Фаины. Фаина знала про свой живот, потому что сама себя гладила. Фельдшерица научила Фаину гладить живот, когда в животе болело. Фаина для сравнения гладила и свои руки, и свои ноги, и свои щеки с носом и губами. Живот у Фаины всегда был лучше всего на свете.

По цвету голова у сахара была даже белей, чем живот у Фаины. Фаина погладила голову у сахара рукой, как учила фельдшерица. Потом Фаина послюнявила палец и начала кататься пальцем по голове – от самого верха до самого низа. Потом Фаина встала на скамеечку, обхватила голову двумя руками и начала лизать острый верх. Языку было колко и сладко. Марина сказала Фаине, что уже хватит, и увела из кладовки.

***

Фаина пришла в свою комнату, легла на кровать, хоть Елизавета запрещала днем лежать. Фаина завернула платье с рубахой, стащила панталоны и начала гладить сама себя сахарными руками. Фаине было сладко. Фаина хотела, чтоб животу тоже стало сладко от сладких рук. Животу стало сладко и колко. И Фаина начала думать про сахар.

Другая молодая девочка, может, начала б думать про сахар с мужчинами. Фаина была не другая и потому думала только про грека. Мужчины как мужчины были для Фаины никакие, хоть с руками, с ногами и с усами, как у грека.

Фаине уже исполнилось 13 лет, у Фаины уже началось женское. Но Фаина ничего не знала про мужчин как причину для любви у женщины к мужчине. И как про причину для детей Фаина про мужчин ничего не знала.

Про человеческую любовь Фаина понимала, что любят мать и людей за все хорошее с их стороны, хоть за усы и одеколон. А про нечеловеческую любовь Фаина не знала.

Откуда б Фаина узнала? Елизавета, может, сказала б, но Фаина не знала, про что спрашивать. А про что не знаешь, для того вопроса и нету.

Читайте также: "Интересная Фаина"


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Лизок-с-Вершок на выданье

Лизок-с-Вершок на выданье

Алиса Ганиева

Ольга Рычкова

К 215-летию со дня рождения и 145-летию со дня смерти Ганса Христиана Андерсена

0
2782
Нырять в бездну, чтобы увидеть свет

Нырять в бездну, чтобы увидеть свет

Элина Чернева

Николай Калиниченко о бумажной книге, молодых поэтах и морских млекопитающих

0
1641
Лис о девяти хвостах и загадочная официантка

Лис о девяти хвостах и загадочная официантка

Мари Литова

Сергей Шаргунов и Дмитрий Воденников представили прозу в Театре Автора

0
607
Ударим по вирусу наутилусом

Ударим по вирусу наутилусом

Юлия Безобразова

День Нептуна отметили наградами

0
352

Другие новости

Загрузка...