На слоне в железной клетке

Проделки шутов. Иллюстрация из книги

Можно обратиться и к другому гениальному поэту (Цветаева ненавидела слово «поэтесса»): «Как нежный шут о злом своем уродстве». Все это вспомнится, если вы возьмете книгу Натальи Смирновой «Дураки и дурки в дворянском доме и при императорском дворе в России ХVIII – начала XIX века».

Издание привлекает прежде всего тем, что рассматривает шутовство, поведение тех, кого называли дураками и дурками, как особое явление культуры. Как неотъемлемую часть своего рода особого менталитета общества во времена, казалось бы, следования канонам европейского поведения.

Автор показывает события ярко и точно, на основе многочисленных свидетельств тех лет. Мы словно присутствуем при торжественном входе в Москву русских войск после победы под Полтавой. После Семеновского полка и военных трофеев собравшиеся толпы могли лицезреть 17 саней с представителями северных народов, «самоедов», как их тогда называли. Возглавлял эту процессию знаменитый шут Петра Великого Вимени. Одевался он, как писали современники, «смехотворно, по-лапландски». Или наблюдаем «маскерад» 1721 года, где «…огромный француз царя и один из самых рослых гайдуков были одеты как маленькие дети, их водили на помочах два крошечных карлика, наряженных стариками с длинными седыми бородами». В 1724 году жители Санкт-Петербурга могли присутствовать на совсем невообразимом действе – шутовских похоронах. Карлики и священник самого маленького роста провожали в последний путь любимца Петра Первого – шута Якима Волкова.

Конечно, Наталья Смирнова никак не могла опустить историю с ледяным домом, столь блистательно описанную в одноименном, ныне, к сожалению, почти забытом, романе Ивана Лажечникова. Венчание придворного дурака Голицына и шутихи Бужениновой стало одним из самых ярких эпизодов царствования Анны Иоанновны. Молодые ехали на слоне в большой железной клетке, за ними с улюлюканиями – представители разных народов Российской империи. Поэт Тредиаковский выступил с одой, где всячески подчеркивал безобразную внешность обоих супругов. Затем новоиспеченных мужа и жену оставили на брачную ночь в натуральном ледяном доме. Таковы были нравы и развлечения тех времен.

Наталья Смирнова. Дураки и дурки в дворянском доме и при императорском дворе в России ХVIII – начала XIX века.– М.: Викмо-М, 2020. – 226 с.

Автор рассказывает и об Иване Балакиреве, ставшем героем последней пьесы Григория Горина. Мы сможем узнать, как весь русский двор по приказу императрицы участвовал в лотерее по продаже лошади Балакирева. Прочитаем о так называемых болтуньях – сказительницах, которых обожали русские императрицы. Прочтем, как во время переговоров Петра Великого с иностранными послами присутствовал шут с орденом Иуды: царь таким образом более чем прозрачно намекал, что никогда не потерпит предательства. Станем свидетелями издевательств господ над теми, кто их верно старался смешить.

Автор пишет обо всем: о жестах и костюмах, о своего рода театральной культуре шутовства, занимавшей собственную нишу в русском обществе петровского и послепетровского времени. И как же обжигающе современны приводимые в книге истории «дураков» и «дурок» в России, когда задумаешься о значении уважения к личности каждого человека.