0
3006
Газета Печатная версия

02.03.2022 20:30:00

Слабый человек, но крепкий беллетрист Тригорин

Василий Уриевский о необардах и о том, почему Шекспира, Мольера и Чехова продолжают ставить

Тэги: музыка, поэзия, барды, театр, чехов, мольер, шекспир, чайка, вампилов, старший сын, театр на таганке, лариса долина, вениамин смехов, евгений гришковец, пантомима, саратов, концерты, кино, фантастика, олег митяев

Василий Викторович Уриевский (р. 1983) – поэт, бард, музыкант, актер. Родился в Саратове. Окончил театральный факультет Саратовской государственной консерватории имени Л.В. Собинова. Работал в саратовском театре кукол «Теремок» кукловодом. С 2011 года активно концертирует – сольно, в дуэте с мультиинструменталистом Михаилом Гардиным или в составе группы Gardina. В 2014 году вышел первый полноформатный альбом«Тыщ-Ты-Тыщ». На пять песен из этого альбома сняты видеоклипы. В 2016 году презентовал первый музыкальный моноспектакль «Моя жизнь в искусстве». Каждый месяц дает семь-восемь концертов. В 2017 году принят в труппу Театра на Таганке. Занят в спектаклях «Старший сын», «Венецианские близнецы», «Вий», «Чайка 73458», «Горка», «Lе Тартюф. Комедия», «Спутники», «Добрый человек из Сезуана», «Мастер и Маргарита».

музыка, поэзия, барды, театр, чехов, мольер, шекспир, «чайка», вампилов, «старший сын», «театр на таганке», лариса долина, вениамин смехов, евгений гришковец, пантомима, саратов, концерты, кино, фантастика, олег митяев В клипе на «Песню ни о чем» Василий Уриевский сыграл множество крошечных ролей. Кадр из видеоклипа «Песня ни о чем»

Бардовское творчество – давно часть литературы. Особенно ясно это стало, когда Боб Дилан получил Нобелевскую премию, а Юлий Ким – премию «Поэт». Но люди искусства стремятся к еще более плотной эклектике, к синтезу поэзии, музыки, театра. «Необарды» – так называется новый спектакль в Театре на Таганке, где играет Василий Уриевский, который уже прославился своими клипами и концертами. С Василием УРИЕВСКИМ побеседовал Юрий ТАТАРЕНКО.

– Василий, предлагаю поговорить о театре, музыке и просто жизни. Рискну предположить, что ваше любимое число – 11.

– Угадали!

– Вы ведь родились 11-го числа 11-го месяца, даете концерты 11-й год – с 2011-го, в альбоме «Тыщ-Ты-Тыщ» – 11 треков. Поди, и к футболу неровно дышите, раз там в команде 11 человек?

– А вот сейчас не угадали. Про футбол я ничего не знаю. Ничего не понимаю в нем. Соответственно отношусь к нему совершенно спокойно.

– Бог с ним, с футболом. Скажите, насколько легко было человеку, вроде как завязавшему с театром, войти в труппу Театра на Таганке?

– Тяжело. Сейчас вдруг понял: это же было пять лет назад! Да, мой первый спектакль в этом театре уже отметил первый юбилей. Так что первое волнение прошло. Но год-два ощущал себя не то чтобы не в своей тарелке… Было очень волнительно. Зажим был на репетициях, перед каждым выходом на сцену: тут легендарная Таганка – а я кукольник из Саратова, 10 лет ничего не игравший. Был дикий страх не оправдать доверия. Боролся с ним, как мог. Наверное, что-то получилось – раз меня не уволили.

– Ваш коллега, актер и музыкант Игорь Растеряев решил не возвращаться в театр. А вы почему решили возобновить актерские дела?

– Для спектакля «Вий» искали актера и музыканта. Меня пригласили – я не отказался. Что я, дурак, что ли? В отличие от Игоря Растеряева я не закрывал дверь в актерскую профессию. Я верил, что когда-нибудь окажусь на хорошей сцене хорошего театра и буду играть в хороших спектаклях. И дождался – сначала «Вий», потом стал репетировать в «Чайке» Тригорина и в «Старшем сыне» – Бусыгина.

– Ваш Бусыгин – поющий. А в Саратове ваши Волк с Кощеем тоже пели?

– Нет. Хотя нет, Волк в «Трех поросятах» пел, но не моим голосом, это была фонограмма, записанная 100 лет назад! А в «Старшем сыне» я не только пою под гитару, в этом спектакле еще звучат мои песни. В «Вие» мы поем – но уже не мои песни. И в «Тартюфе» у меня есть одна песенка…

– Вся страна помнит актера, певшего свои песни на Таганке! И вот пришло другое поколение. Наверное, только Вениамин Смехов по-прежнему служит в театре?

– Смехова нет в штате, но он играет в двух спектаклях – «Флейта-позвоночник» и «Нет лет». Идут они редко: пару раз в сезон. Правда, периодически выезжает с ними на гастроли.

– Вы играете в «Чайке» в паре с директором театра Ириной Апексимовой. Это дает дополнительные ощущения?

– Это был еще один стресс для меня. Я всего полгода в театре, еще не в штате – и тут предложение сыграть Тригорина! А в этом спектакле нужно целоваться с Ириной Викторовной… У меня тряслись руки и пересыхало в горле. Наверное, это было всем очень хорошо заметно.

– Продолжим тему адаптации. Практически в каждом театре служат известные актеры. С кем из них у вас сложились дружеские отношения?

– К примеру, с Игорем Лариным теплые, милые отношения. С Пашей Комаровым тоже хорошо общаемся. И с Ларисой Долиной. Она играет в мюзикле «Суини Тодд», я в нем не занят. Вообще Долина довольно часто приходит в театр – на другие спектакли, на наши праздники. Услышала, как пою в «Старшем сыне», и сказала, что ей сильно понравилось.

– На сцене все строится на конфликтах. Ваш Оргон доверчив, Бусыгин пытается не врать. А ваш Тригорин какой?

– Слабый.

– Слабый писатель?

– Нет, как литератор он хороший ремесленник. Крепкий средний писатель, беллетрист. А вот человек слабохарактерный. Но я и сам такой. Я и говорил, как Тригорин, и поступал, как он. Трудно заставить себя что-то сделать. Но еще сложнее заставить себя чего-то не делать. Тригорин же мог не влюблять в себя Нину Заречную, но решил поиграться с ней, а потом вернуться к Аркадиной.

– В чем сила Тригорина?

– Он очень харизматичный. Он умеет соблазнять. Строит из себя умного красавца, ловеласа. Неплохо пишет, судя по парочке цитат, и прекрасно знает свои литературные недостатки. Справиться с ними не может, но особо не расстраивается, пишет дальше. Это как в музыке. На заре своего творчества можно написать одну-две-три хорошие песни. А потом словно перекрывается небесный краник. Начинаются самоповторы, различные эксперименты – но это все не то. С другой стороны, всегда творить гениально способен далеко не каждый.

– Почему театрам до сих пор интересны Мольер, Чехов, Шекспир?

– Ту же «Чайку» действительно ставят постоянно. Но я видел только спектакль Бутусова в «Сатириконе». Там и Тригорин совсем другой, и вообще все другое! Еще смотрел телеспектакль с Юрием Яковлевым. И мне трудно понять, почему режиссер решил, что Тригорин – почти старик, хотя у Чехова написано, что ему 40 не скоро. Давайте посмотрим на ситуацию с другой стороны. Да, в репертуарных театрах много классики. Но ставятся и современные пьесы – Сигарева, Пулинович, Пряжко… То есть некий баланс нового и проверенного временем. Такие пьесы, как «Вишневый сад» или «Отелло», недавно поставлены на Таганке и будут продолжать ставиться. Почему? Во-первых, они прекрасно написаны. Темы, которые в них затрагиваются, актуальны и сейчас. Во-вторых, имена знаменитых драматургов привлекают публику. Шекспир – это уже бренд.

– Вы уверены, что Мольер в ХХI веке актуален?

– Уверен, его пьеса «Тартюф» актуальна и сегодня – поскольку сплошь и рядом люди, которые не видят того, что творится у них под носом…

– В репертуаре Таганки есть спектакль-концерт «Необарды» с вашим участием…

– Концерт прошел только два раза. Надеюсь, в этом году мы еще споем.

– Необардов пока четверо. Это много или мало?

– Так звезды сошлись, что возник наш квартет. Никто этого специально не придумывал. Необарды – идеальный набор музыкантов. Есть четыре времени года; четыре стороны света; четыре стихии – земля, небо, вода, огонь.

– Евгений Евтушенко любил повторять, что он был пятым в «Битлз». А у вас есть пятый? Кто это – Алексей Иващенко?

– Много тех, кто в начале благословил нас, поддерживал. Крестным отцом проекта называем Максима Леонидова. Не могу не отметить вклад Алексея Иващенко, Алексея Кортнева, Андрея Макаревича, Олега Митяева.

– Когда-то вы назвали себя бардом-фриком. Как вам кажется, именно за ними будущее авторской песни?

– Да нет, конечно! Я почему себя так назвал? Чтобы уточнить, что я – это не совсем классическая авторская песня. В этом жанре много направлений. Все они имеют право на существование. Есть такой музыкант – Бранимир. Он делает совершенно не похожие на меня вещи. И это по-своему прекрасно.

– Пожалуй, сегодня самый популярный человек с гитарой – Семен Слепаков.

– Мне гораздо ближе творчество Олега Григорьевича Митяева. Несколько лет был очень большим его фанатом. Пел много песен из его репертуара. Что-то уже подзабыл – но штуки четыре могу исполнить хоть сейчас.

– У Митяева не сказать, что особо сложные песни…

– Он просто попал в нужное время в нужное место. Вот и я услышал Митяева в том возрасте, когда нуждался в его песнях. У него необыкновенный голос. Митяев, когда поет, словно гладит по голове и говорит, что все будет хорошо. А я тогда был подростком, и все у меня было плохо. И я нуждался в утешении.

– А книги вас не утешали в юности?

– Не очень. Я любил читать фантастику. Она помогала улетать в другие вселенные – но не утешала.

– То, что читает актер Уриевский, и то, что читает бард Уриевский, – насколько это разная литература?

– Они оба мало читают! Свободного времени не так много. Поэтому переключился на аудиокниги. Недавно послушал Глуховского – сначала «Пост», затем «Метро» и «Пост-2».

– В клипе на «Песню ни о чем» вы отвели душу, сыграв множество крошечных ролей. Перечисляете много того, что вокруг вас «ни о чем». А театр – тоже ни о чем?

– Ну, нет! Для меня, как ни банально это прозвучит, театр – это жизнь. Не представляю себя сегодня без театра. Но и без музыки тоже. Только не спрашивайте, что важнее! Не могу и не хочу выбирать что-то одно. Скажем так: я актер Таганки, и у меня все на своих местах.

– Нет ли тут парадокса? Актер исполняет волю режиссера, драматурга, зависит от партеров – а музыкант пишет песни и сам их поет как бог на душу положит. Как это вы сочетаете?

– Актерство – моя работа. В театре есть свои правила, их необходимо соблюдать. Кроме того, нередко возникает сотворчество у актера с режиссером – это особый кайф.

– Когда и при каких обстоятельствах впервые взяли в руки гитару?

– Мне было лет 14. Я начал слушать группу «Нирвана». И захотел научиться играть на гитаре. Стал приставать к родителям, чтобы купили инструмент. У друзей были гитары – а у меня нет. Уговаривал полгода. Получил в подарок наконец. Первая песня, которую сыграл, была «Белый снег, серый лед» Виктора Цоя. Потом начал пробовать сочинять свои.

– Пандемия – время для написания новых песен?

– Да. А еще я во время локдауна с интересом прочел огромный том Евгения Гришковца «Театр отчаяния. Отчаянный театр». Особенно понравились места, где он вспоминает о том, как занимался пантомимой.

– Гришковец – мастер на все руки. А вам интересно написать моноспектакль и сыграть в нем?

– Да. Думаю, текст был бы основан на автобиографическом материале. Но мне будет необходим режиссер!

– Все ли ваши актерские мечты сбылись?

– Нет, конечно. Успешной актерской кинокарьеры я еще не построил. Знаю, что алгоритмы работы в кино, сериалах и театре различаются. Интересно в этом разобраться на практике. Сотрудничая, к примеру, с таким режиссером, как Эмир Кустурица. Если же говорить о российских режиссерах… Когда Юра Муравицкий будет снимать кино, очень бы хотелось, чтобы он меня позвал. И у Юрия Быкова снялся бы с удовольствием.

– Какие подарки любите получать?

– Хорошо, когда тебе что-то очень нужно – и тебе именно это неожиданно дарят. Но так бывает очень редко. Я бы точно прыгал от счастья, если бы получил в подарок студию звукозаписи. Или пусть будет такая история – привел бы меня кто-то в студию и сказал: «Это не твоя, но ты можешь там работать – бесплатно и когда и сколько захочешь. Держи ключи».


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


В ведущих московских театрах – громкие кадровые перестановки...

В ведущих московских театрах – громкие кадровые перестановки...

Марина Гайкович

Создатель Чебурашки и Гены ушел из жизни в 101 год

0
455
 Театр "1900"

Театр "1900"

0
724
 Выставка  "Магия старинного театра"

Выставка "Магия старинного театра"

0
706
Стрелка "Орфея и Эвридики"

Стрелка "Орфея и Эвридики"

Владимир Дудин

Текст оперы молил о простоте, но не собирался быть услышанным

0
2052

Другие новости