Скажи, я – дурак?

Мудрый и тонкий Игорь Бурдонов. Фото Николая Милешкина

«Разве у человека одна душа?/ Их столько, сколько стволов в лесу./ Среди них заблудилось, подобное эху,/ в ветхом плаще на тонких плечах/ мое «я».

В самом начале докладчик по пунктам изложил план выступления со ссылкой на образец. И в этой академичности читались и верность лучшим традициям науки, и достоинство мастера, и самоирония, и благородная скромность мудреца, познавшего истину.

«Я очень внимательно прочитал сообщение о вечере Николая Архангельского, который здесь недавно проходил, и сделал для себя важные выводы: первое, нужно сказать, были ли у меня раньше творческие вечера; рассказать, когда и с какого перепугу я начал писать стихи; сказать, чем еще занимаюсь; перечислить какое-то количество имен людей и поэтов для меня важных; объяснить, почему стихи грустные; прочитать стихи, посвященные жене; объяснить свое отношение к силлаботонике, верлибру и надо ли отличать стихи от прозы; и почитать стихи. Пункт первый…»

Биографический рассказ перемежался стихами и картинами. Автор использовал в своем выступлении технические средства, позволившие продемонстрировать его акварели и графику, а также образцы изобретенного Игорем Борисовичем вида искусства – «стихофильмы». Все пункты были раскрыты глубоко и вдумчиво – с самоиронией, вниманием к деталям, датам, именам, географическим названиям, репликам участников, странностям, совпадениям, парадоксам и закономерностям…

«Может быть, вы что-то увидите здесь,/ Может быть, вы что-то увидите здесь,/ Может быть, вы что-то увидите здесь,/ Может быть, вы что-то увидите здесь».

Поэзия Игоря Бурдонова похожа на наше представление о древнекитайской поэзии. Это внутреннее равновесие, подчиняющее себе и нежность, и тоску, и любовь, и возмущение, и радость, и печаль. Но это и непрекращающийся поиск живой неординарной формы, отвечающей содержанию в моменте. И это всегда некая игра. И еще какой-то неуловимый дух Дао…

«Я спросил жену:/ – Скажи, я – дурак?/ – Да, дорогой, – сказала жена».

Вообще Игорь Бурдонов – человек любящий и от этого с еще большей остротой ощущающий неумолимость конца жизни и ее бесконечность. Вот что он пишет о тихой деревне, где у него имеется домик:

Зачем мне Липовка?/ Чтобы рисовать картины, сочинять стихи/ и писать тексты./ Если копнуть глубже – чтобы просто жить./ Еще глубже – чтобы готовиться к смерти./ И, наверное, на самом дне – чтобы рисовать картины, сочинять стихи/ и писать тексты.