Рецензируя рецензируемое

Александр Чанцев – финалист премии «НГ» «Нонконформизм-2014». Фото Павла Сарычева\НГ-Online

Наверное, эту рецензию можно было бы начать и по-другому: Александр Чанцев – лауреат премии Андрея Белого, член жюри и т.д. и т.п., но «гамбургский счет» – один: останешься ли ты как автор в истории литературы или нет. Как критик или эссеист, поэт, прозаик или литературовед – не столь важно. У Чанцева есть шанс – время (если речь о доверии) покажет.

Написать рецензию на сборник рецензий (в которой их почти полторы сотни) – неподъемная задача. Одно перечисление авторов и названий книг превысило бы все возможные пределы. Поэтому скажу сразу, что это просто необходимая книга для тех, кто относится к литературе серьезно, претендует на статус настоящего читателя (а тем более – настоящего писателя). От этого увесистого тома веет как «вечностью», так и «современностью» (если понимать последнюю как «симулякр»).

Нерв книги – правая мысль. Хотя и не сегодня, разумеется, мысль эта была скомпрометирована тоталитарными режимами, но в нынешние времена надо тем более иметь немало достоинства и смелости, чтобы подчеркнуть ее духовный аристократизм. Имена Юнгера, Чорана, Генона, Эволы, Д’Аннунцио, Хайдеггера, Ницше часто звучат со страниц, но – и это делает честь автору – неизменно уравновешиваются именами левого дискурса: Делез (куда же сегодня без него), Фуко, Бодрийяр, та же Зонтаг, Аллен Гинзберг, Рушди… Тайный нерв – в книге рецензируется множество биографий. Автора интересует, как они жили, великие, каковы были их похождения, женщины, приключения, а не только труды. Впрочем, и не только великие, а просто по-своему замечательные, кто жил тихо и скромно (как Владимир Казаков, который тоже остался в истории, хотя и не без яркого финального жеста – перерезал себе горло бритвой). Еще один скрытый нерв книги – нонконформизм. Чанцева буквально притягивают те, кто всегда будет противоречить Системе, кто будет Системой замалчиваться или с кем Система будет бороться, будь то Лимонов или Дэвид Джонс. Если рассматривать любую рецензию как власть рецензента над автором, то можно было бы пуститься и в психоаналитические изыскания: почему автора интересует то, что его интересует? И в данном случае сделать вывод, что и Александр Чанцев тоже скорее всего нонконформист, ведь в таких текстах (таких рецензиях) его выдает слог. Как же без веры? Мир устроен несправедливо – найти отмщение (или утешение?) хотя бы в книге, в тетрадях Симоны Вейль, в биографии Сент-Экзюпери, не обязательно в возмездии Чарльза Мэнсона…

Александр Чанцев. В какой-то детской стране: На линии времени. – М.; СПб.: Руграм/Пальмира, 2026. – 558 с. (Пальмира – эссе).

Вернемся все же к субъективности: мне показалось, что рецензии Чанцева, особенно в той части, что касается современного литпроцесса, уж слишком доброжелательны, подчас комплиментарны. Может быть, не всем из них можно доверять? Не знаю. Хочется надеяться, что это все же от широты души и понимания, что современного автора лучше поддержать (если он хоть чего-то стоит), а не утопить и не замолчать. Но когда речь заходит о «гадах» (а один такой рецензируется), то изумительной злобой Чанцева можно только полюбоваться.

Осталось подытожить. Александр Чанцев – чемпион жанра и не только, оставивший далеко позади многих инфлюэнсеров и лидеров постмодернистских мнений. В том числе – парадокс – и получивших в свое время пресловутую премию Белого.