Екатерина Трифонова
Высшая судебная инстанция намерена заняться перенастройкой внутреннего усмотрения судей. Фото РИА Новости
Перед судебной системой поставлена задача контролировать практику заключения под стражу обвиняемых в «экономических» преступлениях. В выступлении президента РФ на всероссийском совещании судей аресты бизнесменов, ставшие процессуальной традицией, в очередной раз были признаны избыточными. В адвокатском сообществе приветствуют мнение главы государства о неверной трансформации принципа неотвратимости наказания. В связи с этим предлагают Верховному суду (ВС) РФ обратить внимание на проблему серьезного снижения стандартов доказывания.
По словам президента, одной из ключевых задач судебной системы должна быть наладка тщательного контроля над решениями о заключении под арест тех лиц, которых обвиняют в пресловутых «экономических» преступлениях.
Суть выданного сверху поручения – в переосмыслении подхода: принцип неотвратимости наказания не должен трансформироваться в автоматическую изоляцию лиц, совершивших незначительные правонарушения.
То есть известная фраза «вор должен сидеть в тюрьме» – это вовсе не прямое руководство к тому, чтобы немедленно лишать обвиняемого свободы. Дескать, правосудие должно балансировать между строгостью и гуманизмом. В самом ВС в этом контексте обозначают такие тенденции: с одной стороны, наблюдается снижение количества ходатайств о заключении под стражу и ее продлении, а с другой – суды по-прежнему демонстрируют высокую готовность к назначению данной меры пресечения.
Это, по сути дела, подтверждает, что, несмотря на улучшение ряда формальных показателей, некая фундаментальная проблема так и остается нерешенной. Кстати, юристы, опрошенные «НГ», напомнили, что сам президент уже много лет последовательно выступает за либерализацию уголовной политики. И его нынешние высказывания по этому поводу на всероссийском совещании судей – это лишь еще одно напоминание о том, что принцип неотвратимости наказания вовсе не противоречит принципам милосердия, справедливости и гуманизма.
Как подтвердил «НГ» вице-президент Федеральной палаты адвокатов (ФПА) РФ Евгений Рубинштейн, ситуация с широким применением меры пресечения в виде заключения под стражу давно вышла за юридические рамки. Предприниматели уже стали закладывать риск привлечения к уголовной ответственности в свою деятельность, что оказывает влияние и на инвестиционный климат. ВС РФ, по его словам, не раз пытался решить проблему необоснованности арестов предпринимателей через изменения и дополнения соответствующей процессуальной нормы. Однако внутренняя установка судей на обвинительный уклон не позволила использовать потенциал нововведений. То есть регулятивная функция закона уступила судейскому усмотрению. Именно поэтому, по мнению Рубинштейна, вопрос об обоснованности заключения предпринимателей под стражу и был поднят президентом на совещании 19 февраля.
Между тем, подчеркнул вице-президент ФПА, практика арестов – это лишь частный случай гораздо более глубокой проблемы. Она заключается в серьезном снижении стандартов доказывания в уголовном процессе, что напрямую вытекает из игнорирования его основополагающих постулатов – состязательности и презумпции невиновности. Так что даже если судьи прислушаются к пожеланиям главы государства и изменят подход к мерам пресечения, то «это не окажет существенного влияния на справедливое правоприменение». Как указал Рубинштейн, для восстановления высоких стандартов доказывания требуется расширять компетенцию присяжных, повышать гарантии независимости судей, строго соблюдать процедурные нормы, учитывая при рассмотрении уголовных дел и ту из них, которая требует от судебных актов внимательного отношения к доводам и обоснованиям защиты.
Как подтвердил «НГ» адвокат Овагим Арутюнян, правоприменительная практика по вопросу о применении арестов в качестве наиболее распространенной меры пресечения до сих пор остается негативной. И по-прежнему нередки случаи, когда заключение под стражу используется для давления с целью добиться от подозреваемых признания вины. При этом законодательство по данному процессуальному институту в целом «находится на хорошем уровне», подчеркнул адвокат.
Управляющий партнер адвокатского бюро «Белянин, Ефимчук и партнеры» Евгений Ефимчук напомнил «НГ»: президент опять указал на то, что исключительность заключения под стражу изначально заложена в самой сути этой меры пресечения. Однако этим нередко злоупотребляют следственные органы, которые привыкли, что суды чаще всего им не отказывают. Поскольку учитывают процессуальную независимость следователя или иного лица, который в соответствии с УПК определяет ход расследования. «Президент в очередной раз обратил внимание на то, что суд – это орган судебной власти, который в каждом случае сам должен определять исключительность», – подчеркнул Ефимчук. Суды, по его словам, обязаны проверять ходатайства об аресте на соответствие не только формальным критериям УПК, но и всей совокупности обстоятельств расследования. То есть рассматривать вопрос именно с точки зрения доказанности обоснований для применения самой строгой меры пресечения. В существующих же реалиях суды редко находят необоснованными ходатайства следственного органа об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, констатировал Ефимчук.
Как сказал «НГ» адвокат Белгородской области Борис Золотухин, подавляющее большинство жителей страны, безусловно, согласятся с цитатой из известного кинофильма, которую привел президент на совещании судей. Однако, по словам адвоката, вор становится вором не тогда, когда в отношении него возбуждено и расследуется уголовное дело и ему избрана мера пресечения, а тогда, когда он признан виновным по приговору суда. Именно об этом и говорил глава государства, а прочие нюансы, о которых им тоже было сказано, – это содержание тех норм УПК, которые предусматривают порядок применения этих самых мер пресечения. При этом и сам УПК, и трактовка его соответствующих норм высшими судебными инстанциями однозначно определяют: до приговора суда в СИЗО должны содержаться лишь лица, представляющие реальную угрозу для общества. Что же касается практики применения этих «нюансов» предварительным следствием и судами, то тут, по мнению Золотухина, к сожалению, вспоминается иная классическая цитата – «законы святы, но исполнители лихие супостаты».
Потому что очень часто заключение под стражу избирается не по критерию опасности деяния и лица, его совершившего, для общества, а в качестве «наказания» за избранную позицию непризнания вины или отказ от дачи показаний. То есть за реализацию обвиняемым своего конституционного права и его несогласием с «торгом» – признательные показания в отношении себя и иных лиц в обмен на более мягкую меру пресечения. Как считает Золотухин, остается только надеяться, что та позиция, которую занял председатель ВС РФ Игорь Краснов, будет воспринята и всеми остальными судьями. И адвокат напомнил, что суть ее в следующем: «где общественная опасность совершенного деяния невелика, судам следует внимательнее относиться к избранию меры пресечения, связанной с лишением свободы, в том числе по так называемым предпринимательским статьям».
Адвокат Мартин Зарбабян с сожалением констатировал, что до настоящего времени бизнес продолжал «подвергаться случаям необоснованного преследования». По его словам, анализ судебной практики и статистики демонстрирует, что, несмотря на явные усилия законодателя по повышению эффективности правосудия, тем более – при рассмотрении дел в отношении предпринимателей, правоприменитель допускает ситуации, когда «при отсутствии объективных причин уголовные дела расследуются и рассматриваются годами, в то время как обвиняемый находится в изоляции». В данном случае, полагает адвокат, постоянный мониторинг соблюдения сроков рассмотрения уголовных дел и проверка обоснованности применения меры пресечения, на которые акцентируется внимание в выступлении, должны «заключаться в системном выявлении и исправлении Верховным судом ошибок, допускаемых нижестоящими инстанциями при решении чувствительных для практики процессуальных вопросов». Вместе с тем, Зарбабян считает, что такой мониторинг должен осуществляться в первую очередь посредством исправления высшей судебной инстанцией судебных ошибок по конкретным делам, с отменой незаконных и необоснованных решений. А уже во вторую – посредством дачи разъяснений в различных формах фиксации правовых позиций. «Вообще необходимость комплексного решения проблемы необоснованного уголовного преследования бизнеса назрела давно. Однако одних только законодательных инициатив недостаточно для решения обозначенной проблемы», – сказал адвокат. Важно, подчеркнул он, чтобы правоприменитель при рассмотрении подобных вопросов руководствовался также принципами экономии репрессии, понимая, что «в эпоху цифровой экономики избыточные меры процессуального принуждения (например, многолетнее нахождение обвиняемого под стражей в период ожидания суда, когда вменяемое преступление совершено в сфере экономики), несут для государства колоссальные невозвратные и нередко неоправданные расходы».
