0
1896
Газета Телевидение Печатная версия

24.06.2005 00:00:00

Владимир Кулистиков недоволен своей работой

Тэги: кулистиков, нтв, телевидение

Телесезон 2004–2005 годов заканчивается, и федеральные каналы подводят его итоги. Для многих – довольно неутешительные. Об этом в эксклюзивном интервью мы беседуем с генеральным директором НТВ Владимиром Кулистиковым.

кулистиков, нтв, телевидение Владимир Кулистиков надеялся на лучшее.
Фото Артема Житенева (НГ-фото)

– Владимир Михайлович, наверное, уже можно подвести итоги сезона и оценить удачи и неудачи?

 

– Я надеялся на лучшее. Но ошибся с некоторыми сериалами («Человек войны», «Под небом Вероны»), которые не нашли своего зрителя. Из-за этого мы очень слабо выступили во второй половине телесезона, то есть начиная с марта этого года. Это нанесло серьезный удар нашему каналу, и потому итоги сезона вызывают смешанные чувства. Да, с одной стороны, было остановлено падение интереса зрителей к каналу, но, с другой стороны, не произошло и заметного подъема. Рост – чрезвычайно незначительный. Еще один, безусловно, тревожный момент, который стал для нас неприятной неожиданностью, – это то, что окончательно потеряны все позиции НТВ в так называемом «пред-прайме». То есть говорить о том, что мы близки к нулю, – это значит говорить правду. И здесь, к сожалению, сейчас никакого сильного решения в ответ на мощный прорыв канала «России» у нас нет. Если же говорить о позитиве, то рост был достигнут не только за счет правильного программирования или хорошо подобранных сериалов, но и за счет некоторых программ, которые мы создали во второй половине телесезона. Я имею в виду в первую очередь «Программу максимум» с Глебом Пьяных и «Воскресный вечер с Владимиром Соловьевым» – которые, не побоюсь этого слова, – «держат» субботу и воскресенье. Несмотря на то что многие говорят, что Соловьева слишком много, он востребованный человек. Соловьева, как Мела Гибсона, – много не бывает. Это отрадный факт, и, конечно, надо использовать позитивный опыт. Здесь действительно есть ниша, есть возможность развития. Но это дело будущего сезона.

 

– Видимо, неудачи канала связаны и с деятельностью Александра Левина, который недавно покинул пост главного продюсера НТВ?

 

– Это наши общие с ним неудачи. В чем была моя, да и любого телевизионщика, мечта? В том, чтобы заменить бесконечную кинобудку внятным и интересным телевидением – игровыми и художественными проектами, которые могут хоть в какой-то мере вытеснить с экрана сериалы. К сожалению, я не знаю особо удачных примеров в последнее время решения этой задачи. И то, что нам с Сашей это не удалось, я не могу поставить ему в вину. Что же касается его ухода – это было его личное желание, которое соответствовало нашим договоренностям. Он сказал, что поработает здесь год,

несмотря на заключенный с ним трехлетний контракт, и посмотрит, что из этого получится. Надо сказать, что на других каналах у него есть удачные проекты, да и тот же проект «К барьеру!» – ему не чужой.

 

– Вы анализировали причины этих неудач?

 

– Причина, на мой взгляд, в том, что зритель НТВ видит канал немного по-другому, чем видим мы с точки зрения экономики и всего прочего. Зритель любит кино, кино жесткое, преимущественно мужское. Остальные развлекательные проекты он смотрит постольку-поскольку. Я например, искренне считал и считаю умным и тонким развлечением программу «Стресс» с Александром Гордоном, но зритель это не воспринял.

 

– Так есть у вас программа в формате умного развлечения – «Своя игра».

 

– К сожалению, этого маловато. НТВ традиционно идет-идет ровно и проваливается на праздники.

 

– Ну, давно известно, что НТВ – это канал будней. А лучше развлекать умеют государственные каналы.

 

– Совершенно верно. Хотя я бы сказал, что сейчас «Россия» развлекает иногда покруче Первого.

 

– Какие у вас будут изменения по итогам сезона? Какие программы уйдут, какие останутся?

 

– О тех, которые появятся, говорить преждевременно. Я только скажу, что будет две общественно-политические программы, над которыми мы сейчас работаем. Будет новая женская программа. Вернется Лев Юрьевич Новоженов на наш дневной экран с более информационной программой, более уместной для дневных тайм-слотов. Что касается уходящих программ, они известны. Это «Дачники», «Военное дело», «Тайны разведки», «Стресс». Программа «Юбилей» тоже уйдет. «Школа злословия» сохранится, но мы придумаем ей новый тайм-слот.

 

– Вы говорили о двух информационно-политических программах. А будет ли программа в формате «Свободы слова» – общественно-политического ток-шоу с прямым эфиром?

 

– Я думаю, в прямом эфире не будет ничего, кроме новостей. Не потому что я противник прямого эфира. Кстати говоря, Соловьев идет в прямом эфире, но только на первую «Орбиту», потому что у нас орбитное телевещание. Мы должны для всех регионов России предоставлять одинаковый продукт. Это не вопросы цензуры. Со мной работают люди, которые понимают, чего я от них хочу, и у нас нет в этом смысле никаких проблем. Я думаю, что общественно-политического ток-шоу не будет, потому, что нам не хватит участников. Вы же понимаете, что российская политика по сравнению с 90-ми годами претерпела значительные изменения и люди больше не считают публичность достаточно серьезным орудием для достижения своих политических целей. Все меньше и меньше серьезных людей соглашаются принимать участие в каких-то телевизионных представлениях, да еще и с элементами спора и дискуссии. Преобладание одной политической силы, которое было достигнуто в результате выборов, поменяло всю политическую конфигурацию даже ментально. Поэтому очень нелегко сейчас, откровенно говоря, набирать участников в программы «К барьеру» и в «Воскресный вечер».

 

– Почему?

 

– Это зачастую одни и те же люди, которые согласны участвовать. А нам хотелось бы разнообразия.

 

– Может быть, это связано с тем, что многие воспринимают то, что делает Владимир Соловьев, как некую политическую клоунаду? Да, ярко, смачно, но по сути это не столько анализ ситуации, сколько шоу, имитация.

 

– Есть разные виды аналитических программ. Есть тяжелая аналитическая артиллерия. Евгений Киселев тому классический пример. Но времена меняются, и нужны новые формы. Чем меня устраивает эта программа? Тем, что вы называете «клоунадой», а я – легкостью в усвоении и занятностью изложения сложных вопросов. Тем, что туда ходят разные люди и зал имеет возможность с ними побеседовать. Когда мы создавали эту программу, мы и хотели собрать разные жанры и все это дело представить в воскресный вечер.

 

– То есть не было задачи сделать итоговую программу? Во всяком случае, сам Соловьев говорит, что не любит этого слова.

 

– Понимаете, так как она завершает неделю, то можно назвать ее итоговой. Но, с другой стороны, она идет в такой достаточно легкой форме, что нельзя требовать, чтобы основные итоги были подведены. Подводятся те итоги, которые можно подвести в жанре непринужденной дискуссии, диалога со зрителями, встречи с каким-то любопытным, интересным человеком.

 

– Но если вы собираетесь делать аналитическую программу, стало быть, вам ее не хватает?

 

Руководитель НТВ считает, что на канале должно быть место и для прокуратуры.Фото Артема Житенева (НГ-фото)– Она будет несколько другая. Особенность нашего канала состоит в том, что НТВ не ставит перед собой никаких политических задач. Канал не является квазиполитической партией и не ведет напряженную политическую борьбу. Но, конечно, нам нужна влиятельность. Вот, например, одно дело, когда в студии сидит человек, отключенный от всех источников информации – его не пускают в Кремль, Госдуму, Совет Федерации. Он читает газеты, смотрит телевизор, разговаривает с какими-то людьми, которые ходят в Кремль, Госдуму, Совет Федерации, а потом высказывает свое или мое мнение. Я бы такой программы не хотел, потому что я не считаю свое мнение для кого-то особенно интересным, в том числе и для себя самого. Я бы хотел иметь человека, который мог бы рассказать о том, как действительно делается большая политика в нашей стране, как принимается то или иное решение. И этот человек должен быть достаточно авторитетен, чтобы люди поняли, что он не просто сидит и выдумывает, а действительно это знает.

 

– Вы знаете такого человека?

 

– Да.

 

– Он журналист, политик?

 

– Нет. Он не телевизионный человек. Сейчас идут пробы, и к сентябрю, я надеюсь, он появится в эфире в новой программе.

 

– Не могу не отметить чудовищную программу «Чистосердечное признание» о Ходорковском, которую я и мои коллеги-телеобозреватели оценили как нечто за гранью добра и зла. Скажите, зачем вы поставили в эфир эту анонимку?

 

– Ну, насчет анонимки тут трудно сказать. У программы всегда есть автор, и он не прячется. Просто в данном случае произошел какой-то недосмотр – я имею в виду отсутствие финальных титров. Что же касается самой программы, то тут надо договориться о неких базовых концепциях. Если мы исходим из того, что правосудие у нас – «басманное», Ходорковский осужден незаконно, процесс сфальсифицирован – это один вопрос, и тогда, конечно, все, что вы говорите, является в рамках этих понятий правильным. У меня на этот счет другая точка зрения – что да, правосудие у нас так себе, с ошибками (впрочем, как и в любой стране), но это все-таки правосудие. Что касается программ «Чистосердечное признание» и «Чрезвычайное происшествие», то канал НТВ – это целый мир. Там есть все. Есть своя Госдума, есть место интеллигенции, нашлось место и шоу-бизнесу. Есть место и прокуратуре, и правоохранительным органам.

 

– То есть вы хотите сказать, что эту программу вам заказала Генеральная прокуратура? Зачем же НТВ участвует в деле компроматных сливов?

 

– Я бы сказал так – мне передач, славу богу, никто не заказывает, и ни в каких «компроматных сливах» НТВ не участвует. Но у нас повелось уже давно, что имеется целый ряд программ, которые рассказывают о том, как действуют правоохранительные органы, излагая их аргументацию по самым разным уголовным и прочим делам. Вот и все. В рамках других программ выступали и защитники Ходорковского, и представители других политических точек зрения. А эта программа отражает исключительно материалы уголовного дела, и я не считаю, что оно сфабриковано.

 

– Еще одной передачей «за гранью добра и зла» стало появление в феврале в передаче «К барьеру», посвященной антисемитизму, генерала Макашова.

 

– Да, наверное, это была непродуманная вещь, и я получил со всех сторон самые ужасные отзывы.

 

– В Кремле ругали?

 

– Жестко критиковали. Представители власти ругали в первую очередь. Но вместе с тем я считаю, что надо показывать, что есть такая опасность и нельзя закрывать на нее глаза. Такие люди есть, и они действуют. Как пел классик: «На их стороне хоть и нету законов – поддержка и энтузиазм миллионов». Но вы же понимаете, что такие явления процветают на почве той несправедливости, которая процветает в обществе. На почве фантастического обогащения одних совершенно непонятным путем и фантастического обнищания и потери статуса – другими. Самая страшная вещь, как писал Оруэлл, – это крестьянин, потерявший иллюзии. У нас иллюзии потеряли не только крестьяне, но и громадная прослойка интеллигенции, представителей среднего класса, врачей, учителей и т.д. И это, конечно, питательнейшая среда для радикальных настроений, направленных против истеблишмента. Эти настроения эксплуатируют и национальные, и социальные, и психологические предрассудки. Мы хотели показать, что это небезобидное явление.

 

– В передаче-то шла речь о всех евреях.

 

– А что за этим лежит? Неужели вы думаете, что за этим лежит что-то выходящее за рамки того, о чем я сказал? Лежит именно это. Люди, потерявшие статус, всегда ищут внешнего врага. Это и эксплуатируют разные радикальные элементы.

 

– Эту тему надо освещать или притушевывать?

 

– Эта тема должна телевидением освещаться. Людей надо призывать к бдительности. Радикалов надо обязательно показывать.

 

– Тогда почему бы в очередной передаче «Чистосердечное признание» НТВ не рассказать о другом олигархе, Романе Абрамовиче, который теперь стал, после того как Ходорковского посадили и отняли миллиарды, самым богатым россиянином?

 

– Как вы представляете себе телевизионное расследование без заведенного уголовного дела? У Абрамовича нет проблем с законом.

 

– Ну, проблемы у Романа Аркадьевича могут возникнуть только в том фантастическом случае, если он поругается с Владимиром Владимировичем.

 

– Я сомневаюсь в том, что, если я поругаюсь с Владимиром Владимировичем, у меня возникнут нелады с законом.

 

– В этом случае у вас возникнут проблемы с трудоустройством на новое место работы.

 

– Ну и что ж тут такого страшного? У меня, например, в советское время были нелады с работой начиная с 1978 по 1985 год. Ну и что? Я был человек, не очень вписывающийся в окружающую действительность. Но это был мой личный выбор, поскольку я, закончив факультет международной журналистики, не хотел заниматься этой профессией, считая ее в тех условиях отвратительнейшим и омерзительнейшим занятием. Да, я многое тогда потерял – не поехал корреспондентом ТАСС за границу, не купил машину и квартиру. Но это был мой личный выбор, который всегда есть у всех, а сейчас – особенно. Но понимаете, если человек хочет иметь убеждения и при этом обязательно жить комфортно, – боюсь, что у него ничего не получится. Надо обязательно всегда выбирать что-то одно.

 

– А вот Леонид Парфенов, он выбрал свободу слова? И появится ли в обозримом будущем он на НТВ?

 

– История его ухода носит характер взаимоотношений с работодателями, и тут не надо примешивать высокую политику, убеждения и т.д. Его уволили мои предшественники, с которыми я нахожусь в прекрасных, рабочих отношениях. На каком же основании я должен отменять их решения, которые к тому же я считаю правильными? Конечно, жалко терять такого талантливого журналиста, и если бы я попал в такую ситуацию, то сделал бы все, чтобы такого конфликта не произошло. Но коль скоро конфликт произошел, считаю, что работник должен соответствовать тем требованиям, которые к нему предъявляет работодатель.

 

- Какой срок нужен вам, чтобы канал вплотную приблизился к лидерам – Первому каналу и «России»?

 

– Вы знаете – любое приближение к лидерам невозможно без значительного ухудшения качества аудитории, и я думаю, что наш канал не может ставить перед собой такую задачу. Что касается сроков, то тут вопрос не в том, сколько будет работать генеральный директор, а в том, какой он. Здесь должен быть хороший генеральный директор. А вот какой я – надо посмотреть по результатам работы. В минувшем сезоне я своей работой недоволен. Я ожидал от себя большего.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Как вирус стал мегафактором развития цивилизации

Как вирус стал мегафактором развития цивилизации

Вениамин Попов

Изменение климата, рост неравенства, вырождение капитализма – новые вызовы после пандемии

0
414
Блатной сюжет о главе Забайкальского края Александре Осипове

Блатной сюжет о главе Забайкальского края Александре Осипове

Тиртей

Губернатор в геройской схватке со шнырями

0
246
Разрыв Россией соглашения с Кипром - конец эпохи безопасных инвестиций в РФ под защитой иностранной юрисдикции

Разрыв Россией соглашения с Кипром - конец эпохи безопасных инвестиций в РФ под защитой иностранной юрисдикции

Михаил Сергеев

Ольга Соловьева

Ликвидируется первый заморский офшор, из которого приходила половина всех вложений в РФ

0
520
Регионы накануне выборов все чаще оглядываются на Хабаровск

Регионы накануне выборов все чаще оглядываются на Хабаровск

Дарья Гармоненко

Власти пытаются найти тихие способы противостояния оппозиции

0
582

Другие новости

Загрузка...