Сзади и спереди

«Вовлечься с бешенством в борьбу» – для такого названия экспозиция в Paperworks удивительно аполитична. Поэтому единственное, с чем приходится там бороться, – скука.

По слухам, впервые приехав с инспекцией на стройку Большого театра, Владимир Ресин родил афоризм: «Будто помолодел на 20 лет: приблизительно столько я такого беспорядка не видел». Вот и произведения дуэта Кирилл Савченков – Саша Курмаз отчаянно напоминают раскадровку первых постсоветских фильмов. Снимки половых органов (преимущественно мужских) и филейных частей (вероятно, по преимуществу женских) в ненатуральную величину заняли три стены. Хотя фото очень качественно напечатаны, это не компенсирует однообразия сюжета.

Вероятно, авторы были уверены, что взорвут аудиторию. Но шоу, в котором больше смелости, чем вкуса, сегодня не становятся скандалом. Разденься и затявкай сам Олег Кулик, он удостоился бы нескольких твитов и комментов коллег – времена не те. Над откровенными картинками, освежеванными зверюшками, скульптурами из экскрементов и использованных презервативов, etc., отахали.

Но отсутствие оскорбленных обывателей с сочувственным юмором иллюстрирует больше развитие общества, чем общественного вкуса. Ведь яркую обнаженку, безусловно, раскупят, только выставка событием не станет – не до того сейчас. А плесни злободневности – скажем, демонстрация задницы показывает отношение авторов к выборам, – шума было бы┘ Вряд ли, впрочем, галеристу Елене Бакановой хоть на секунду пришла мысль о такой шутке. Но что любопытно: в других областях культуры, литературе, театре или музыке, не говоря о кино, тренд на идеологические вещички давно существует. Арт-деятели тоже вроде бы по уши в социальной жизни: все были на Болотной и Сахарова, все собираются прийти еще, но переформулировать под лозунги художественную миссию не спешат. И это люди, не боящиеся самых отчаянных жестов. Возможно, дело не только в том, что прорыв и подвижничество стали бизнесом. Просто галерейное искусство – самое честное: то, что зрителям нравится, они покупают. Но кто захочет жить в окружении бюстов вождей или жанровых сценок стачек. И художники бок о бок с дилерами и клиентами честно гражданственно мерзнут пару часов в назначенный час на площади, отлично зная, что после вернутся в нормальную жизнь, где интерьерные «нюшки» хорошо продаются. Гораздо лучше, чем бешеная борьба.