В Стокгольме умер Эрланд Йозефсон

Эрланду Йозефсону было 88 лет, он был не только актером, прославившимся и прославившим фильмы Бергмана, а потом – Андрея Тарковского. Он играл и в театре – в Москву приезжал в спектакле Питера Брука «Вишневый сад», где выступал в роли Гаева. И все потом вспоминали и восхищались его – его героя – неподдельной и неизменной детскостью, точно он и не выходил из этой детской комнаты, в которой начинается и заканчивается чеховская пьеса. В Москве, в театре «У Никитских ворот», шла его пьеса «Летняя ночь. Швеция», в которой актер подробно описал, как он работал с Тарковским. Немало лет он был не только актером Королевского театра «Драматен», но еще и директором, а потом его отправили на пенсию. В России ни один из ныне живых классиков не в силах вообразить, что его вот так могут взять и отправить на пенсию, а Йозефсон относился к новому своему положению как к само собой разумеющемуся, продолжал играть – выходил на сцену, например, в спектакле Робера Лепажа «Селестина». Смеялся: «Я бы очень удивился, если бы вся страна справляла мой юбилей». И это – после «Осенней сонаты», «Сцен из супружеской жизни», «Фанни и Александра», – с Бергманом они дружили и сотрудничали полвека, с 1939-го. Он снимался в «Жертвоприношении» и «Ностальгии» у Тарковского, потом – в «Книгах Просперо» у Гринуэя. Классик. Ироничный человек, когда его расспрашивали о роли Гаева в спектакле Брука, он непременно вспоминал, что когда-то играл Петю Трофимова, потом – Фирса, прибавляя с неизменной самоиронией: «Вишневый сад» – такая уникальная пьеса для меня, что в следующий раз, я, наверное, буду пенек играть...» Тарковский неизменно повторял Йозефсону на съемках «Жертвоприношения»: «Меньше гениальности...» Актер считал – это из деликатности, на самом деле режиссер намекал – не надо наигрывать, в кадре надо быть проще...

Он даже в старости сохранил какое-то простодушие, а роль старого Исаака – каббалиста из фильма Бергмана «Фанни и Александр» добавила ему веру в сверхъестественное. Он говорил: «Ощущение, что есть что-то мистическое и сверхъестественное где-то поблизости. Я сам не мистик, но другие мистики могут меня в чем-то убедить».

«НГ»