1
11714
Газета Печатная версия

28.12.2015 00:01:00

Пять войн в Сирии: виден ли просвет?

Не исключено, что США в отличие от суннитских стран изменят позицию в отношении Башара Асада

Георгий Мирский

Об авторе: Георгий Ильич Мирский – доктор исторических наук, заслуженный деятель науки РФ.

Тэги: сирийский кризис, война, башар асад, россия, воздушная операция, оппозиция, армия, иг, терроризм


сирийский кризис, война, башар асад, россия, воздушная операция, оппозиция, армия, иг, терроризм Сирийская реальность, с которой люди сталкиваются в своей стране, буквально разрываемой на части. Фото Reuters

«На Ближнем Востоке всегда так: именно тогда, когда думаешь, что хуже уже быть не может, оказывается, что может», – сказал один американский эксперт. Но что если сейчас, когда Совет Безопасности ООН единогласно принял резолюцию по Сирии, эта закономерность прервется, наступит прорыв?

Переговоры в январе, выборы через полтора года. Народ Сирии сам должен выбрать свое руководство, недопустимо, чтобы ему что-то навязывали. И сразу вопросы: как выбирать и где именно выборы? На той части Сирии, которую сейчас контролирует правительство Башара Асада? Но, во-первых, это не более 20% территории Сирии. А как организовать голосование 7,5 млн «внутренних беженцев», людей без крова, плюс тех 4 млн, которые бежали в другие страны? Во-вторых, можно ли сомневаться, что на этой территории будет избран Асад с результатом 90–95% голосов? Чего еще ожидать от находящейся более полувека у власти партии Баас, созданной по образцу КПСС и прочих партий социалистического лагеря?

Ясно, что такие выборы – просто спектакль. Но, может быть, имеются в виду выборы на всей территории Сирии – от моря до Евфрата, причем с участием беженцев, возвратившихся хотя бы из соседних стран? Однако, во-первых, разрушено более 50% жилого фонда, 60% предприятий, страна залита кровью, голодные люди ютятся в трущобах, как успеть все организовать? Во-вторых, что еще важнее: надо эти почти 80% территории страны вернуть под власть правительства, освободить как от войск оппозиции, так и от террористов «Исламского государства» (ИГ, запрещенная в РФ группировка). Способна ли на это сирийская армия? Верится с трудом.

Президент Владимир Путин подтвердил, что российские удары с воздуха будут продолжаться столько, сколько будет длиться наступательная операция сирийской армии. Видимо, вот тут-то и просчитались, надеясь, что под прикрытием наших самолетов сирийские правительственные войска пройдут победным маршем до Евфрата, а на деле они уже почти три месяца ползут черепашьим шагом от одного населенного пункта до другого. Почему-то в Москве не смогли понять, что в Сирии (как и в Ираке) боеспособность правительственных войск, их подготовка, мотивация, боевой дух находятся на весьма невысоком уровне, а эффективно воюет только ополчение, защищающее свою общину, свою этническую или конфессиональную группу: курды, шииты, алавиты, не говоря уже о джихадистах, отпрысках «Аль-Каиды».

Объясняется это тем, что в этих искусственно созданных Лондоном и Парижем государствах так и не сложилась нация, гражданский патриотизм не получил развития. Если есть нация в Египте, Саудовской Аравии, Тунисе или Марокко, то в Сирии, Ираке, Йемене или Ливии ее нет. 

И режим Асада может рассчитывать не на солдат из среды суннитов (70% населения страны), а на элитные части алавитов (12% населения) и на боевиков ливанской шиитской группировки «Хезболлах» плюс иранский спецназ. Этого мало для победы, и даже первоклассная российская авиация войну не выиграет.

Конечно, уже сделано большое дело: Путин спас Дамаск, древнейший город, от судьбы Кабула. Вспомним, что, когда из столицы Афганистана ушли советские войска, туда ворвались соперничающие отряды исламистов и разрушили город. Также спасена община алавитов, которую джихадисты истребили бы или превратили в рабов. Теперь, если даже наступление армии Асада окончательно захлебнется, ни Дамаск, ни Латакию, родную территорию алавитов, враги не возьмут, это дело чести Путина.

Если же говорить о перспективах войны, то россиянам внушили, что в Сирии воюют две силы: правительство и террористы. Но в Сирии идут целых пять войн: 1) между правительственной армией и силами оппозиции; 2) между правительственной армией и джихадистами; 3) между оппозицией и джихадистами; 4) внутри лагеря джихадистов (ИГ против «Джебхат ан-Нусры»); 5) между курдским ополчением и ИГ.

Всего в Сирии насчитывается около 7 тыс. различных группировок. Самая известная и страшная, конечно, ИГ. Этот комбинат убийц – поразительная организация: все ее ненавидят, все боятся, но никто по-настоящему не воюет, разве что бомбят, но так ИГ не уничтожишь.

Армия Асада воюет в основном против отрядов оппозиции, а не против ИГ, с силами которого она соприкасается лишь на двух узких участках извилистого фронта. Многие в Сирии убеждены, что правительство лишь имитирует войну с ИГ, так как существование этой экстремистской группировки выгодно режиму. Ведь на фоне зверств джихадистов Асад выглядит меньшим злом даже для суннитов, которые давно уже тяготились властью алавитского меньшинства и жестоко пострадали от налетов правительственной авиации за последние четыре года. «Лучше уж Асад, чем эти убийцы», – полагают мирные жители, сунниты и христиане. Но те, кто воюет, и те, кто им помогает, рассуждают иначе.

Вот здесь-то и нащупывается самое слабое место плана, легшего в основу резолюции Совета Безопасности ООН. Проблема Асада. Недаром в документе об этом – молчок. Дипломаты спрятали голову в песок.

Как ни парадоксально, легче договориться по этому вопросу с Западом: в конце концов даже Америку можно было бы уломать, трезво мыслящие политики там уже давно требуют от Барака Обамы, чтобы он прекратил упираться, махнул рукой на Асада и объединился с ним против общего врага. Ведь ИГ – это главный враг Америки, и не только потому, что это вчерашняя «Аль-Каида» в Ираке», «дочка» того самого террористического образования, создатель которого Усама бен Ладен сказал: «Приказ убивать американцев – это священный долг». Дело еще и в том, что если халифат закрепится, консолидируется, отобьет все атаки, он рано или поздно начнет экспансию, и главными объектами для ударов будут Саудовская Аравия и Израиль.

США обязаны будут за них вступиться, но надо понять, что такое ИГ: экстремисты-сунниты. А из 21-й арабской страны 20 – суннитские. И Америка никак не может позволить себе выглядеть как союзник шиитов в противостоянии с суннитами, которое продолжается 1400 лет. И так уже американскую авиацию сунниты называют шиитской авиацией. Если громить ИГ в полную силу, будут огромные потери среди мирного суннитского населения, это вызовет возмущение суннитов  в Саудовской Аравии,  в Египте и в Иордании, то есть среди главных союзников США. Большая война, утрата позиций в исламском мире – вот чем грозит Америке укрепление ИГ. Именно поэтому Обама все эти годы не давал сирийской оппозиции ничего серьезного – ни противотанковых орудий, ни ракет, ни зенитных комплексов, ни танков, опасаясь, что все это попадет в руки ИГ. И бомбить джихадистов в Ираке он приказал только тогда, когда, захватив летом прошлого года Мосул, они двинулись на Иракский Курдистан. А ведь курды – единственные надежные союзники США во всем регионе. Американская авиация их спасла, но затем целый год действовала весьма вяло.

Что подтолкнуло США и Запад в целом к активизации в борьбе с ИГ? Ответ короткий: Париж. Террористический акт 13 ноября показал Западу подлинное лицо исламистов. Французы стали бомбить ИГ в Сирии, американцы дали новое оружие курдам – самым эффективным борцам с джихадистами. Фактически сирийские курды, идя по стопам своих иракских собратьев, уже создали на севере страны свою автономию Рожава, де-факто самостоятельное государство. Но им приходится бороться и с Турцией, у которой три врага: первый – Курдская рабочая партия, второй – режим Асада и третий – ИГ. И вот тут, на клочке земли, где сходятся границы Сирии, Турции и Ирака, все перепуталось: турки, союзники США по НАТО, бомбят курдов, союзников США в войне против ИГ.

Не исключено, что Запад после Парижа сдвинется со своей непримиримой позиции по Асаду. Даже если будет так, то невозможно уломать Турцию, Катар и Саудовскую Аравию, а ведь именно эти три страны намерены создать в конце концов такую армию оппозиции, которая способна была бы контролировать если не всю Сирию (этого теперь уже не допустит Россия), то по крайней мере большую ее часть. И для этого будут давать оппозиционным войскам все больше оружия. Для давления на них у России рычагов нет.

И наконец, если представить себе (чисто гипотетически), что даже эти три государства согласились бы снять требование об уходе Асада, то как быть с теми бойцами оппозиции, которые четыре года, бросив дома и семьи, проливают кровь? Разве они смирятся с властью Асада, который недавно заявил, что оппозиционеры должны сложить оружие?

Следовательно, трудно ожидать политического решения, которое позволило бы объединить силы правительства и оппозиции против ИГ. Тогда что же делать с этим монстром? Оптимальный вариант был бы  – повторить 1990 год, когда ООН разрешила создать международные силы для освобождения Кувейта, захваченного иракским агрессором. Другой – если бы США отправили 200 тыс. солдат в Ирак, а Россия столько же – в Сирию. Тогда пришел бы конец ИГ, хотя отнюдь не конец воинствующему исламизму вообще.

Но почему-то непохоже, что это произойдет. Остается надеяться, что резолюцию СБ не постигнет судьба плана Кофи Аннана, на который так в Москве уповали, не желая видеть, что это всего лишь мертворожденное дитя международной бюрократии.  


статьи по теме


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Раскрыты планы по возвращению на работу пожилых сотрудников учреждений культуры

Раскрыты планы по возвращению на работу пожилых сотрудников учреждений культуры

  

0
472
Нью-Йоркская Метрополитен-опера отменила осенний сезон

Нью-Йоркская Метрополитен-опера отменила осенний сезон

0
282
В Индии ликвидировали трех пропакистанских экстремистов

В Индии ликвидировали трех пропакистанских экстремистов

0
338
Польский Сенат принял обновленный закон о выборах президента

Польский Сенат принял обновленный закон о выборах президента

0
330

Другие новости

Загрузка...
24smi.org