Невиртуальные риски России

Иностранные инвесторы приходят в Россию с оглядкой на пути отступления.
Фото Петра Кассина (НГ-фото)

Финансовый ущерб от экономических преступлений в России за два года вырос более чем в четыре раза. В результате она оказалась на последнем месте по этому показателю среди 40 стран мира, позади Китая, Кении и ЮАР. К таким выводам пришли аналитики PriceWaterhouseCoopers (PWC) на основе опроса руководителей более 5400 компаний, работающих в разных странах мира.

Вчера PWC обнародовала результаты IV Всемирного обзора экономических преступлений, проведенного в период с мая по сентябрь 2007 года. Обзор проводится раз в два года, но итоги последнего для России оказались обескураживающими: почти 60% отечественных российских компаний стали жертвами экономических преступлений. В мире этот показатель составляет всего 43%, а в странах Восточной Европы 50%.

В рамках исследования были опрошены руководители более чем 5,4 тыс. компаний, в том числе – 125 ведущих российских. Исходя из анализа результатов этого опроса, прямой ущерб от экономических преступлений в мире составил 4,2 млрд. долл. При этом назвать хотя бы приблизительную цифру

потерь российского бизнеса партнер, руководитель группы Форензик в Централь-ной и Восточной Европе компании PriceWaterhouseCoopers Роджер Стенли затруднился. А старший менеджер компании Ирина Новикова пояснила «НГ», что формат исследования этого не предполагал, но если бы анализ был проведен, то цифра получилась бы «ошеломляющая». Дело в том, что в России всего за два года средний уровень прямого финансового ущерба увеличился с 3,4 млн. долл. до 12,8 млн. долл. – почти в четыре раза. Согласно данным опроса, ущерб большинства российских компаний от экономических преступлений превышает 1 млн. долл., а 20% компаний потеряли более 10 млн. долл. Исследование PWC разрушает исключительно благостную картину инвестиционной привлекательности России. В то время как российские чиновники заявляют о необычайно высоком росте инвестиций в страну и превозносят его значение, иностранцы, хотя и вкладывают свои деньги в Россию, считают эти инвестиции довольно рискованными. Не случайно большая часть этих денег – это портфельные инвестиции, а не вложения в создание собственных производств. Такое качество инвестиций имеет как минимум два недостатка. Оно не только не сопровождается массированным притоком передовых технологий, но еще и грозит стране финансовыми проблемами. Портфельные инвестиции носят спекулятивный характер и довольно быстро выводятся за границу в случае возникновения каких-то проблем на местных или мировых финансовых рынках.

Любопытно, что бизнес по-прежнему считает главной угрозой для себя коррупцию и взяточничество, о чем заявила треть респондентов. Однако исследование показало, что сегодня на первом месте стоит другой вид экономических преступлений – присвоение активов (43%). Коррупция и взяточничество занимают вторую строчку – 34% от общего числа преступлений такого рода. Еще одна тревожная для отечественного бизнеса тенденция – рост числа экономических преступлений, совершаемых сотрудниками компаний. В 2007 году таких преступлений выявлено 38% против 13% двумя годами ранее. Причем почти половина лиц, совершающих экономические преступления в отношении своей компании, занимают руководящие посты. И по этому показателю Россия опять-таки в два раза опережает другие страны мира. Согласно выводам, приведенным в исследовании компании, можно представить себе портрет среднестатистического экономического преступника-россиянина. Это топ-менеджер в возрасте от 31 до 40 лет, имеющий высшее образование. Причем среди этой категории злоумышленников преобладают мужчины, совершающие 89% экономических преступлений.

Впрочем, с подобного рода рейтингами и исследованиями согласны далеко не все эксперты. «Честно говоря, говорить о столь радикальном ухудшении ситуации я бы не стал, – пояснил «НГ» гендиректор компании «ФинЭкспертиза» Агван Микаелян. – В своей работе мы также общаемся с представителями и руководителями массы компаний, и, по нашим ощущениям, глобального ухудшения, тем более в четыре раза, нет». Вероятно, предположил эксперт, у PWC по отношению к России сквозит явная обида за последние претензии налоговиков по «делу ЮКОСа». «С другой стороны, увеличение государственного сектора в экономике, что мы сегодня наблюдаем, влечет к увеличению коррупции, но, повторюсь, говорить о неком резком ухудшении ситуации с коррупцией и экономическими преступлениями, я бы не стал», – уточнил Микаелян. К тому же и в выводах самой PWC столь мрачные итоги и выводы были отчасти смягчены: ухудшение статистики, по мнению компании, «отражает рост прозрачности и усиление внутреннего контроля в компаниях».