Александр Фролов
Фото Reuters
Мировой энергетический кризис никуда не исчез, но его будто бы поставили на паузу подписанием меморандума между Ираном и США. При этом дефицит углеводородного сырья сохраняется, а на дворе – сезон высокого спроса на нефтепродукты. На этом фоне прозвучал доклад Игоря Сечина в рамках годового собрания акционеров «Роснефти» в Большом Камне. Были озвучены итоги работы компании в 2025 году. И нет, они касаются не только углеводородов, так как нефтяная отрасль гораздо шире.
Кризис не уходит
Иран и Соединённые Штаты подписали меморандум, который открыл формальную дорогу к мирному урегулированию. В него включено 14 пунктом, из которых пять являются ключевыми. К примеру, Тегеран обязан разблокировать Ормузский пролив, а противоположная сторона – прекратить военные действия «на всех фронтах, включая Ливан». К моменту написания этой статьи Ормузский пролив опять оказался перекрыт.
Августовский фьючерс на нефть марки Brent рановато опустился к 80 долларам за баррель. Хотя прогнозы в такое время становятся делом предельно неблагодарным. Как было отмечено в докладе Игоря Сечина, «кризис в Ормузском проливе показал, что в настоящее время невозможно сформировать прогноз даже на ближайшую перспективу в связи с тем, что политические факторы начинают быть основополагающими».
Добавив сюда неопределённость, связанную с восстановлением добычи на Ближнем Востоке, мы обнаружим, что мировой кризис продолжается. На данный момент мировое производство нефти просело примерно на 13 млн баррелей в сутки. А сделка ОПЕК+ сейчас остаётся преимущественно на бумаге.
Примечательно, что «Роснефть» смога нарастить добычу «в условиях смягчения ограничений условий сделки ОПЕК+»: в четвёртом квартале 2025-го показатель увеличился на 1,5% (в годовом выражении), а потом рост продолжился и в первом квартале текущего года. Как раз когда потребители особенно остро нуждались в поставках.
Нефть бумажная и реальная
По итогам прошлого года «Роснефть», как отмечалось в докладе Игоря Сечина, «осталась на втором месте в мире по добыче углеводородов среди публичных нефтяных компаний» (в жидком эквиваленте показатель достиг 247 млн т нефтяного эквивалента, то есть более 5 млн баррелей н.э. в сутки). Если бы не ограничения ОПЕК+, то итоговая добыча крупнейшей нефтяной компании России (около 40% совокупной российской добычи чёрного золота) была бы ещё выше. А к моменту начала кризиса на Ближнем Востоке наша страна могла бы оказать более значительную помощь потребителям.
До начала войны между США и Ираном крупнейшие мировые агентства сообщали, что российская нефтяная отрасль с трудом находит покупателя на свою продукцию на мировом рынке. То есть сырьё добывается, но существенная его часть, якобы, оказывается в танкерах, которые выступают в качестве хранилищ. Как показала практика, эта оценка была неверна. Игорь Сечин отметил, что «вся добытая нефть [компании] продана, мы ничего не храним в закромах».
Биржевая торговля, фьючерсы на месяц вперёд – безусловно важная часть рынка, но физические объёмы нефти – куда важнее. Особенно в условиях мирового кризиса. По словам главы «Роснефти», если бы компания добывала больше, то продала бы больше. «Будем работать над увеличением добычи, – отметил он. – Вся дополнительная нефть снова будет продана».
Конфликты приходят и уходят, а нефти нужно всё больше и больше. Согласно последним прогнозам ОПЕК, к 2050 году спрос может достичь 124 млн баррелей в стуки. Россия традиционно придерживается углеводородного оптимизма. Это, в частности, отражается динамике восполнения запасов.
По данным из доклада Игоря Сечина, «восполнение добычи приростом запасов составило 122%» (по PRMS запасы углеводородов по категории 2Р «Роснефти» составили 11,5 млрд т н.э.). Это означает, что на место каждого добытого барреля встал 1,22 барреля. В прошлом году «Роснефть», исходя из данных, приведённых в докладе, открыла шесть новых месторождений и 112 залежей «с запасами углеводородов более 250 млн т н.э.».
Запасы, очевидно, становятся сложнее (во всём мире), но это парируется развитием технологий. Всё большую долю занимают горизонтально направленные скважины. В прошлом они заняли примерно 75% из 3 тыс. построенных «Роснефтью». А половина из этих 3 тыс. были горизонтальными с применением многостадийного гидроразрыва пласта (ГРП).
Нефть и технологии
ГРП помогает работать с низкопроницаемыми породами и поддерживать добычу на зрелых активах. Средний дебит новых скважин (то есть производительность – количество извлекаемого сырья за единицу времени) по итогам прошлого года оказался на 17% выше среднероссийского показателя. По данным Игоря Сечина, в первом квартале 2026-го превышение среднероссийского показателя достигло 31%. Производительность выросла до 53 т в сутки – самый высокий уровень по «Роснефт за последние десять лет. В этом также помогает ГРП. В этой области, по оценке Игоря Сечина, компанией даже был установлен отраслевой рекорд («Самотлорнефтегаз» впервые осуществил 40-стадийный гидроразрыв пласта за 24 часа). Сложный дизайн ГРП разрабатывается в специальном симуляторе («РН-ГРИД»). Здесь находится одна из точек соприкосновения нефтяной отрасли с ИТ.
Также нефтяная отрасль связана с химической продукцией. Она нужна не только для добычи (к примеру, для ГРП), но и для переработки. Так, «Роснефть», обеспечила выпуск полного спектра катализаторов для производства высокооктановых бензинов. По оценке Игоря Сечина, «ещё пять лет назад зависимость от импорта в этом сегменте достигала 90%».
В прошлом году компания поставила «более 2 200 т катализаторов гидроочистки дизельного топлива и бензиновых фракций», а также «140 т катализаторов риформинга бензинов и более 250 т катализаторов производства водорода, нефтехимии и адсорбентов». По сравнению с объёмом переработки (76 млн т нефти по итогам прошлого года) и поставки нефтепродуктов на внутренний рынок (40,3 млн т, в их числе 12,3 млн т бензина и 16,4 млн т дизельного топлива) катализаторы, безусловно, выглядит незначительно. Однако без них современная переработка невозможна. И этот объем катализаторов обеспечивает как количество, так и качество выпускаемой продукции. Что особенно чувствительно для внутреннего рынка.
Одна из наиболее примечательных частей доклада Игоря Сечина – «Сахалин-1». В этом году проект отмечает своё 30-летие. В 2022-м его спешно покинул прежний оператор ExxonMobil, а с ним – «ключевые иностранные подрядчики-производители оборудования, инжиниринговые подрядчики и весь иностранный персонал». «Роснефть», согласно Указу Президента, взяла управление в свои руки: добычу и экспорт удалось восстановить, а также возобновились поставки газа в Хабаровский край. Компания запустила программу бурения (в текущем году – одновременно на всех трёх месторождениях проекта). Сейчас показатели добычи «Сахалина-1», по оценке Игоря Сечина, на 20% превышают уровень, утверждённый прежним оператором.
Нефть – через Север
На фоне прогнозов о росте спроса на нефть и очевидной любому скептику уязвимости важнейших морских транспортных артерий в ходе доклада Игоря Сечина прозвучали и сроки ввода в эксплуатацию объектов проекта «Восток Ойл». Это один из крупнейших нефтяных проектов в мире и крупнейший – в Арктике.
В настоящее время в его рамках продолжается строительство нефтяного терминала «Порт Бухта Север» (расположен в Енисейском заливе), а также «нефтеперекачивающих станций, приемосдаточного пункта с резервуарным парком». Завершается строительство нефтепровода (протяжённость 790 км).
По словам Игоря Сечина, в сентябре текущего года «будет возможность доложить о введении первой очереди «Порта Бухта Север» в эксплуатацию». Объект будет функционировать в рамках Северного морского пути (СПМ).
Но СМП хоть и перспективен, но его главная проблема – отсутствие круглогодичной навигации. Решение этой проблемы – в строительстве сверхмощных ледоколов и грузовых судов высокого ледового класса. Годовое собрание «Роснефть» символично провела в населённом пункте, где расположен судостроительный комплекс «Звезда», оператором которой является компания. По словам Игоря Сечина, эта верфь – пионер в строительстве технически сложных гражданских судов.
В декабре прошлого года «Звезда» передала заказчику первый построенный в России СПГ-танкер «Алексей Косыгин» ледового класса ARC 7 (может самостоятельно преодолевать лёд толщиной 2 м). С 2020 года верфь передала заказчикам девять судов. В портфеле её заказов, по оценке Игоря Сечина, более 50 судов.
Также глава «Роснефти» отметил, что «в непосредственной близости от «Звезды» идет строительство Приморского металлургического завода». Предприятие будет выпускать в основном крупноформатные стальные листы шириной до 4,5 м и длиной до 24 м, которые будут применяться на верфи, то есть завод является частью судостроительного кластера.
Нефтяная отрасль – это нечто большее, чем углеводороды. Она прямо или косвенно охватывает практически все прочие отрасли: от ИТ и металлургии до судостроения и тонкой химии. В комплексном развитии кроется главный ответ на вызовы, которые возникли в условиях повышенной уязвимости мировой нефтяной отрасли и транспортных путей.
