Ученику от учителя
В Челябинске прошел XIX Международный конкурс вокалистов имени Глинки, председателем которого много лет работает Ирина Архипова. В отличие от Елены Образцовой, возглавляющей собственный, совсем молодой, но сразу приобретший серьезное реноме вокальный конкурс (он закончился месяц назад в Санкт-Петербурге) и решительно признавшей, что в этом году уровень ее конкурсантов оказался не слишком убедительным, Архипова осталась больше довольна своим мероприятием и подытожила: "Челябинский конкурс получился очень сильным".
Между тем, не вступив в переговоры и не сумев таким образом сильно развестись по времени, обе статс-дамы российского вокала, по всей вероятности, потеряли некоторое количество ожидавшихся конкурсантов. Так, при 240 заявках, у Образцовой дождались более ста исполнителей. Впрочем, претензии к оппонентке озвучила незадолго до начала челябинского соревнования только Архипова.
В отличие от образцовского конкурс Архиповой проводится в куда более далеких провинциях и почти все время в разных городах. В Челябинске, к примеру, саму Архипову, ее фонд и многих вокалистов хорошо знают. Здесь дважды проводился тоже ежегодный и кочующий фестиваль "Фонд Ирины Архиповой представляет".
Программы конкурсов также выразительно разнятся. Если у Образцовой сверхсложно организованный обязательный конкурсный репертуар ориентирован на определенный вокальный универсализм с акцентом на западноевропейские стили, то на конкурсе Архиповой превалирует русская оперная классика: арии Глинки, Римского-Корсакова и Мусоргского, романсы Глинки, также "ария из оперы западноевропейского композитора" и один действительно нетривиальный пункт: "ария из оперы, кантаты или оратории XVII-XVIII века".
Допустив до финала 16 из 93 конкурсантов, многочисленное жюри, в работе которого кроме Архиповой участвовали Нодар Ангуладзе, Мария Биешу, Алибек Днишев, Владислав Чернушенко и еще несколько профессоров из России, Грузии, Казахстана, Татарстана, Молдавии, Белоруссии, Эстонии и Украины, присудило две первые премии (по 50 000 рублей) консерваторской ученице Архиповой, стажерке театра Станиславского и Немировича-Данченко Анне Самуил (сопрано), и студенту еще одного участника жюри, профессора Петра Скусниченко, Алексею Шишляеву (баритон), тоже работающему в театре Станиславского. Вторую премию женщинам не присуждали, у мужчин ее получил украинец Иван Носик. Третью поделили Петр Толстенко, Дмитрий Корчак (московская публика могла слышать его совсем недавно на фестивале Спивакова в ансамбле с Сергеем Лейферкусом) и Август Амонов, а также в женском разряде Елена Корчуганова, Надежда Бабинцева и Елена Максимова. Четвертую дали Нурлаву Бекмухамбетову, Елене Дементьевой и Маргарите Дворецкой.
Болгарский романтизм
Бывший выпускник Московской консерватории (класс блистательного Дмитрия Башкирова) болгарский пианист Весселин Станев сыграл концерт в Рахманиновском зале консерватории ровно через год после первого своего московского концерта. И снова играл Шумана. Но не "Фантазии", как год назад, а "Крейслериану", музыкальный портрет Гофмана, а Шуман - великий мастер портретов. Еще играл Бетховена, предвестника века романтизма. Бетховенские 15 вариаций и фугу на тему балета "Творения Прометея" и шумановская "Крейслериана", сыгранные учеником Башкирова, закоренелого романтика и одного из лучших среди них, настроил публику на бурные ответные чувства, а также мысли в том духе, что романтизм прекрасен и редок в этот прагматичный век и чтобы быть романтиком - нужна отвага.
Танцующая в простоте
Ни одного объявления, ни одной афиши. У Бьорк теперь такая фишка: полуанонимно выступать в помпезных местах с оркестром и хором. Так и парижский концерт проходил в роскошном театре Елисейских Полей на улице Монтень, внешне никакой ажитации не выдавая.
Сначала разогрев: диджеи надували воздушные шарики, которые пищали и шумели в микрофон. Через полчаса вышла Бьорк в белой балетной пачке, но босиком. На пустой сцене (два диджея, мультимузыкантша с арфой, ксилофоном и прочими гремелками) - никакого оформления. Первое отделение вышло камерным. В основном песни с последнего диска. Оркестр сочетался со всякими специфическими звучками, стереорежимно прошивавшими обитый зеленым велюром зал с фресками Мориса Дени на плафоне. Бьорк идеально вписывалась в этот стиль, еще одна босоногая нимфа, угловатая малая медведица, Умка, трясущая кистями, крашеными волосами, перистой юбчонкой.
Второе отделение началось более концептуально: при опущенном занавесе оркестр сыграл увертюру из "Танцующей в темноте" фон Триера. Занавес открылся, сцену залил красный цвет. Бьорк переменила белую пачку на красную. Появился экран, на котором статично висели стилизованные картинки. После вкрадчивой симфонической увертюры Бьорк обрушила на зал всю мощь голоса и электроники. Звук проникал в тело откуда-то снизу, через ноги. Точно под ярусом проходили поезда подземки.
Слушать Бьорк трудно только на пластинках: в жизни она заряжает песенки бешеной энергией. Понятно, отчего сложно: эти песенки непредсказуемы, как движение мысли.
Самый приятный сюрприз - после концерта. Всем уходящим специальная девушка раздавала афиши. По всему выходило, что Бьорк не стала тратиться на большой и равнодушный город, но передала привет лишь тем, кто пришел именно к ней.
Манекен Линча
В Москве и в Петербурге спела Джулия Круз. В "Твин Пиксе" Линча, сидя в баре "У дороги", агент Купер тоже думал об убийце Лоры Палмер, когда на сцене пела Круз. Еще Линч снял "Индустриальную симфонию # 1: Мечту разбитых сердец", в которой Джулия была разбитым сердцем женского пола, а свои песни исполняла, паря в бальном платье под потолком пустой оперы. Одно время сама Джулия называла себя "куклой Дэвида Линча" - у них был совместный контракт на выпуск семи альбомов, из которых вышло два. Потом была группа "Б52", известная здесь по сериалу "Флинтстоуны", озвучивание Барта Симпсона, лечение от алкоголизма и наркомании и появление ее двойников в знаменитых нью-йоркских шоу drug queens. Российское турне индустриального ангела с атмосферой клубов Лос-Анджелеса начала 90-х и мыслями про Лору Палмер - приятное событие. Местный шоу-бизнес уже достаточно окреп для такой "специальной" исполнительницы, а просвещенная публика мегаполисов вполне готова на аншлаги.
Денис Писарев 
