Станислав Минин. Обозреватель Мишель Коломес из французского журнала Le Point обнаруживает «олимпийский» мотив в визите Дмитрия Медведева во Францию: и французы, и россияне неудачно выступили на ванкуверских Играх. Французы очень рассчитывали на горнолыжников, которые не смогли завоевать ни одной золотой медали. Однако провал России журналист называет еще более значительным. В преддверии Олимпиады в Сочи результат ванкуверских Игр стал, как считает Коломес, унижением для Владимира Путина, который использовал свое влияние и авторитет для того, чтобы России дали право провести Олимпиаду. Российский премьер рассержен. Французский журналист с иронией отмечает, что, к счастью для российских спортивных чиновников, ГУЛАГа уже нет. «Даже в спорте сложно смириться с тем, что Россия уже не сверхдержава», - пишет Коломес.
Известный французский политолог и русист Тома Гомар в своей колонке для газеты La Tribune пишет о современных российско-французских отношениях, природа которых, по его мнению, меняется. Продажа России вертолетоносца «Мистраль», считает Гомар, является совершенно новым шагом. Для Саркози подобные отношения с Россией - попытка усилить собственное влияние в Европе, а также заявить о себе как о влиятельной силе, с которой должны считаться и другие члены НАТО, и Пекин, и Вашингтон. Москва, в свою очередь, намерена укрепить свою стратегическую автономию.
Британская газета The Financial Times напоминает, что в ходе президентских выборов в 2007 году Николя Саркози дистанцировался от «пророссийской» политики Жака Ширака: он говорил, что Буш для него предпочтительнее Путина, и остро критиковал Россию за нарушения прав человека. Однако в декабре 2007 года именно Саркози первым поздравил Путина с победой «Единой России» на парламентских выборах. По мнению аналитиков, перемена подхода Саркози вызвана тем, что хорошие отношения с Россией традиционно были выгодны Франции – и стратегически, и экономически.
Тони Халпин из британской The Times пишет об озабоченности прибалтийских политиков ожидаемой продажей «Мистраля». Он цитирует министра иностранных дел Латвии Мариса Рикстинса, который заявил, что «далеко не лучший способ завершить холодную войну – торговать оружием «горячей» войны».
