0
823
Газета Печатная версия

17.10.2019 00:01:00

Пятна, цвет и след руки

Как смыслы возникают в процессе творения

Тэги: архитектура, кино, живопись, скульптура, искусство, мышление, художник, олег кривцун


37-14-12_t.jpg
Пластическое мышление
в живописи, архитектуре,
кино и фотографии /
Отв. редактор О.А. Кривцун.
– М.: СПб.: Центр
гуманитарных инициатив,
2019. – 398 с.

Что сегодня искусствовед, художник, архитектор, дизайнер может сказать о линиях современного пластического мышления? В какой мере это словосочетание объясняет природу формообразования в визуальных искусствах? Этими сложными вопросами задались ученые исследовательского коллектива под руководством академика Российской академии художеств Олега Кривцуна.

Коллективная монография «Пластическое мышление в живописи, архитектуре, кино и фотографии» состоит из 11 глав и включает аналитику таких видов искусства, как живопись, архитектура, кино и фотография. Предисловие выступает своего рода развернутой аннотацией коллективной монографии. Автор предисловия Олег Кривцун справедливо отмечает, что «предметное, содержательное наполнение понятия этого слова – размытое. Понятие «пластическое мышление» сегодня у всех на устах, но немногие понимают, что это не вербальное, не понятийное мышление, а мышление в материале: к примеру – работа с фактурой масляного холста, сложение его визуальности через линии рисунка, пятен, соотношения объемов, цвета и света. То же – пластическое мышление скульптора в дереве, в бронзе, в камне. Во всех случаях это особое композиционное мышление, способность к построению целостной художественной формы. Главное здесь: смыслы не привносятся художником извне, а возникают именно как итог пластического претворения, в процессе рождения «новой вещественности» искусства».

Книгу открывает первая глава, которую ее автор Кривцун назвал афористичной фразой Мерло‑Понти: «Художник видит мир и то, чего недостает миру, чтобы стать картиной». Осознание недостаточности нашего общего терминологического инструментария определило изначальный пафос Кривцуна, предпринимающего углубленную дифференциацию понятия пластического мышления в следующих словосочетаниях: пластическая система, пластическая драматургия, «эпицентры пластической активности», пластическая деформация, с их дальнейшей специальной аналитикой. Речь также заходит о пластической ауре, способной «передавать неразличимую эманацию чувственных и смысловых токов».

Удачные литературно‑смысловые формулировки отличают главу заведующей кафедрой Государственного университета дизайна им. А.Н. Косыгина Татьяны Маловой «О природе пластического чувства». По ее словам, «экспрессионизм и абстракционизм выделяют «ген» тактильности, осязательности, следа руки, возводя в культ сакральную силу пластического жеста». Концептуально поддерживая основную линию книги, Малова так развивает толкование пластического: «Пластические – интуиция, мышление, деформация, драма, влияние, импульс, жест, система, эволюция…» Здесь аргументы выстраиваются на примерах искусства ХХ–ХХI веков от Дюшана до Бойса, Кунса, Барри Икс Болла и др.

Ведущий научный сотрудник РАХ Cергей Ступин в своей главе «Вещество» гармонии. Искусство как мышление в материале» говорит о «веществе бытия», «материи реальности» (которая тоже становится художественным материалом), приводя ряд примеров, в том числе – воспоминание Пикассо о том, как подсознание вело его кисть, когда он писал воздух Нормандии, пример «инстинктивной моторики» Сезара и др. Для Ступина значима «установка на поиск, художественную проективность» как один из ключевых предметов своего анализа. Вместе с тем автор не забывает и о живописной фактуре как «синтетическом понятии, выступающем одним из модусов пластического, но не вмещающем его в себя».

Кандидат философских наук Олег Беспалов в своей главе «Архетипы пластического мышления» сосредоточился на оригинальном анализе пластики как «дорефлексивном организующем принципе, под который подстраиваются все остальные, более частные художественные средства».

В архитектурной главе академика РАХ Дмитрия Швидковского и заведующей отделом РАХ Юлии Ревзиной «Устойчивая архитектура в XXI веке» понятие, вынесенное в заголовок «устойчивая архитектура» («sustainability») всесторонне исследуется как многозначный архитектурный термин, выражающий свои требования и к будущей архитектуре: «дружественность окружающей среды, экономия энергетических и прочих ресурсов, визуальная экология, равно как и следование исторической традиции».

В следующей главе, «Основания пластической целостности в новейшей архитектуре», доктор искусствоведения Михаил Дуцев констатирует среди прочих черт нового архитектурного творчества также присутствие приемов, подходов, методов внехудожественной сферы: «естественнонаучного знания, цифровых и компьютерных алгоритмов, социальных, экономических и маркетинговых стратегий». «Архитектурная бионика, биомиметические принципы, биометрические структуры, «зеленая» архитектура, лэндформинг – направления, интерпретирующие природу метафорически, структурно или использующие природные компоненты как материал пространства, прочно вошли в арсенал современного архитектора».

Дуцев, обращаясь к эволюционным предпосылкам целостных концепций архитектуры, рассматривает возможные ответы на вопросы: «Как появляется форма?», «Каковы мотивы, рождающие и несущие пластические коды?» Рассматриваются шедевры всемирно известных архитекторов: Нувеля, Гери, Фуксаса, Херцога, Хадида и др.

В полном соответствии с концепцией коллективной монографии заведующая сектором Государственного института искусствознания Екатерина Сальникова в главе «Пластическое в цифровом изображении» провела серьезнейшее исследование ракурсов и специфики пластического мышления в кино, с его бесплотной материей, иллюзией тел и форм, более того – мифологией пластичности, причем не отвлекаясь на смысловое качество образцов. Анализу подвергаются пластические возможности могущественной «цифры», ее приемы в создании оптической среды. В заключение автор возвращается к общей проблематике киноязыка, включая рассмотрение новой пластики телоглаза «Догмы 95» – ХХI века. И как реакция на эту ультрадокументальность – «открытые метафоры, открытая символизация» периода постдогмы.

Глава профессора ВГИКа Андрея Бурова «Пластический рисунок европейского киноискусства начала XXI века» посвящена целиком новейшему дискурсу в кинематографе начала XXI века. Автор привлекает для анализа еще малоизвестные кинофильмы, вводит новые имена, статья отличается выраженной новизной аналитики.

И наконец, «оптическое единство», сформированное с появлением фотографии и кино, потребовало в книге еще одной главы – о природе выразительных средств искусства фотографии. Интерпретация аналоговой и цифровой фотографии с точки зрения пластических решений дана в главе Евгения Кондратьева, заведующего кафедрой МГУ им. М.В. Ломоносова, «Свет и пластика в фотографии». Автор детально, на разнообразном материале показывает, что из простого отражения внешней фактуры свет сегодня становится активным участником формообразования в фото. По этому тексту видно, сколь глубоко Кондратьев знаком как с техникой, так и в целом с историей фотографии.

Словом, книга получилась нужная и новаторская. Обнаружение в пластических характеристиках явных и непроявленных сцеплений, а также дискретных связок, соединяющих далеко отстоящие художественные явления, наталкивает на мысль об исчислимости линий влияния пластического мышления прошлого и настоящего. Текст книги будит исследовательское воображение, взывает к диалогу, не оставит равнодушным ни искусствоведов, ни мастеров пластических искусств. Ни широкого, но любознательного читателя.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Загадка одного портрета

Загадка одного портрета

Алексей Корнеев

Судьба зятя Пушкина оказалась незавидной

0
1124
Абстракционист без абстракций

Абстракционист без абстракций

Максим Артемьев

Космополит, патриот и американский джентльмен Кандинский

0
280
Православный нонконформист

Православный нонконформист

Игорь Шумейко

Художническое освоение Достоевского

0
753
Кончаловский рассказал о "Грехе" Микеланджело

Кончаловский рассказал о "Грехе" Микеланджело

Наталия Григорьева

В российский прокат выходит кинематографическая биография одного из самых великих художников

0
1104

Другие новости

Загрузка...
24smi.org