2
26639
Газета Политика Интернет-версия

19.06.2017 22:20:00

Константин Ремчуков: В санкциях против России появились две новые линии

Тэги: экономика, политика, санкции, хакеры, торговля, инвестиции, путин, элита, война, сирия, иран, прямая линия, молодежь, власть, интернет, блог, блогер

Программа "Особое мнение" проводится радиостанцией "Эхо Москвы" совместно с международной телекомпанией RTVi и идет одновременно в прямом радио- и телевизионном эфире. Благодаря этому еe слушает и смотрит не только российская аудитория, но и русскоязычные телезрители в Европе, США и Израиле. Время выхода передачи - вечерний прайм-тайм. Это позволяет обсуждать с заинтересованными слушателями наиболее важные события уходящего дня. Эфир не ограничивается одной темой, затрагиваются все интересующие аудиторию вопросы. Программу представляют авторитетные журналисты радиостанции "Эхо Москвы". Участники программы отвечают на вопросы слушателей, присланные на эфирный пейджер, смс, интернет-сайт радиостанции или заданные по телефону прямого эфира.


экономика, политика, санкции, хакеры, торговля, инвестиции, путин, элита, война, сирия, иран, прямая линия, молодежь, власть, интернет, блог, блогер

О.Бычкова― Добрый вечер, добрый день, это программа «Особое мнение», у микрофона Ольга Бычкова, с особым мнением главный редактор «Независимой газеты» Константин Ремчуков. Добрый вечер.

К.Ремчуков― Добрый вечер.

О.Бычкова― Давайте мы начнем с экономических санкций против России, которые собирается продлевать еще на год Европейский Союз. Это будет связано теперь с Крымом, и решение будет принято в конце июня после саммита Европейского Союза. Это совсем плохо уже для нас?

К.Ремчуков― Нет, само по себе продление санкций не имеет отношения к этому усилению, как бы, характеристики «совсем плохо». Это так же плохо, как и было. Но вы слышали аргументы Путина на прямой линии, что на 52 миллиарда евро нам нанесен ущерб санкциями на 100 миллиардов европейцам, нанесен ущерб коллективным европейцам. Поэтому это игра в убытки продолжается, но новым в сегодняшних санкциях, к которым пришли представители Европейского Союза, которые, наверняка, будут продлены еще на год, является то, что санкции можно будет объявлять из-за подозрений в хакерских атаках. Вот это новизна. Потому что тема хакерских атак, как известно, в США острая, в Европе она спорадически всплывала то в связи с английскими выборами, то с французскими выборами, то с ожиданием немецких выборов в сентябре. Но она не была инкорпорирована, вот, в методологию выставления претензий России, потому что мы всегда говорили «Дайте доказательства». Когда давали доказательства, ну, или в косвенной форме говорили о том, что там IP-адреса и так далее совпадают с чем-то, что находится на территории нашей страны, мы говорили: «Ну, вы же сами понимаете: сейчас можно так замаскировать все IP-адреса, что они будут на нашей территории, а, на самом деле, эти хакеры будут сидеть где-нибудь в Америке».

Следующая итерация была, что когда, все-таки, не могут отрицать, что с нашей территории, тогда выдвигался с нашей стороны другой аргумент: «Российские власти не стоят за этим. Да, это на нашей территории. Но проснулся хакер как художник (вы слышали это объяснение, да?) утром, выпил кофе, побрился или, там, расчесал волосы и думает «Дай-ка я отомщу за какую-то глобальную несправедливость», и пошел творить свое хакерское зло. Но он не может не творить, — объяснил Путин, — потому что он как художник, он должен творить. Но мы, власть, к этому не имеем отношения».

Вот, новацией сегодняшних сообщений из Брюсселя является то, как я понимаю, что больше Европа не собирается заморачиваться по доказательству вот такому пунктуальному, как это мы ожидаем будет принято в судах: «А вот такой аргумент, а вот такой». Нет. Вот, будет – проголосуют: «Как вы считаете, Россия осуществляет хакерскую атаку на наши институты демократии, например?» — «Осуществляет» — «Накажем ее?» — «Накажем». И здесь, мне кажется…

О.Бычкова― Извините, так это беспредел какой-то, получается.

К.Ремчуков― Ну, мы же считаем, что и Америка по беспределу действует уже сейчас. Просто Европа до этого так не вела себя, потому что последние санкции американские они воткнули против нас в иранский пакет, и это самое поразительное. Но не то поразительно, что там можно, ну, как бы если ты поддерживаешь, а то, что Тиллерсон на слушаниях в Сенате (я все его слушания смотрел внимательно и даже записывал, потому что меня поражали его подходы). Так подход следующий, вот, применительно к Ирану был, что «мы проанализировали за вот эти полгода, что у власти, политику Администрации Обамы в отношении Ирана, и пришли к выводу, что Администрация Обамы ошибалась, наказывая Иран исключительно за ядерные разработки. На самом деле, это маленькая узкая полоска того греха, который исходит от Ирана. Если посмотреть на картинку шире, — сказал Тиллерсон, — то мы видим, что Иран а) вмешивается в Сирию, б) он вмешивается в дела Ирака, поддерживая сепаратистские движения, в) он поддерживает Хезболлу, и г) он занимает последовательную устойчивую, там скажем, антиамериканскую позицию. На этом основании мы расширяем всю картинку. До тех пор, пока Иран не изменит всё свое вот это положение, мы будем их мониторить». Потому что он говорит, антиядерный компонент очень легко мониторится – там каждые 90 дней, по-моему, там говорят «Возьмите посмотрите».

Ну, вы можете себе представить, сколько тысячелетий должно пройти, пока Иран не изменит или, по крайней мере, восприятие Ирана не изменится в Америке? А наши санкции уже в этом пакете, нас увязывают плотно. То есть, вот, Иран изменит всю свою вот эту политику, тогда мы на вас тоже посмотрим.

Поэтому я думаю, что санкционная война, вот, пока Трамп не встретился с Путиным… Вот, есть какой-то шанс, что их личная химия, как говорят ученые марксисты, сработает и получается какое-то новое качество. Но пока всё идет вот таким образом, что санкции будут являться постоянным фактором нашей жизни.

Более того, сейчас американские санкции… По крайней мере, мы не видели окончательного текста, но идеология следующая: проследить взаимодействие российских богачей с руководством страны (а именно Путиным), а также отследить деятельность этих богачей по всему миру инвестиционную. И посмотреть, не можем ли мы их наказать в инвестиционной деятельности, если будет доказано, что они близко подходят к Путину и его власти.

Это прямое воздействие на самые богатые слои элиты с тем самым, чтобы они боялись как огня приходить на встречи с Путиным или, там, чего-то ему объяснять, потому что их активы могут быть где-то арестованы или объявлены под санкциями.

Поэтому я думаю, что вот это 2 факта, которые говорят о новой фазе в творчестве по поводу санкций в отношении России.

О.Бычкова― А они боятся, российские богачи подходить к Путину?

К.Ремчуков― Пока нет.

О.Бычкова― То есть, вернее, боятся ли они санкций настолько, чтобы не подходить, например, к Путину и так далее, окрестностям?

К.Ремчуков― Ну, мне кажется, что… Мы это посмотрим. Если такие санкции именно с такими формулировками, что Министерство финансов США должно будет отслеживать все их сделки именно в этом контексте, что они являются клевретами российской власти действующими, тогда мы посмотрим, проанализируем.

Сейчас мы видим, что те, которые претерпели больше всего (ну, вот этот ближний круг, да?), они с лихвой получили компенсацию по всем параметрам. Все подряды, все льготы, даже налоги можно не платить и так далее. То есть мы увидели, что тут была благодарность. Но это ближайший.

О.Бычкова― Только выехать никуда нельзя. А так всё хорошо.

К.Ремчуков― Да, выехать нельзя, а здесь живите в районе Туапсе преимущественно, на форелевых фермах.

А если это будет более широкий круг связанных с другими отраслями экономики (нефтегазовой, скажем, металлургической и так далее), то это… Ну, это будет предметом анализа нашего.

О.Бычкова― А я не понимаю, а критерий, вот как бы, такой инфицированности режимом богатеев – он какой? То есть нельзя что? Нельзя вообще ничего? То есть нельзя входить в ближний круг, нельзя кого-то финансировать, может быть?

К.Ремчуков― Ну, вы знаете, санкции готовят эксперты, да? Вот, сидит такой яйцеголовый эксперт, скажем, в посольстве западной страны здесь, он анализирует повестку. И он видит, что по телевизору показывают или газеты пишут о том, что Путин встретился с таким-то олигархом. Этот олигарх сказал, что он будет осуществлять какие-то инвестиции там-то и там-то. Если вот этот эксперт напишет, что у него есть основания считать, что этот олигарх реализует какую-то стратегию Кремля, но в форме своих частных инвестиций, то это есть повод послать документы…

О.Бычкова― Ну, какую стратегию Кремля, например?

К.Ремчуков― Ну как? Если вы покупаете что-нибудь за границей, это может выглядеть по форме, что это инициатива самого частного инвестора. А можно интерпретировать, что он выполняет волю Кремля, и в интересах Кремля приобретает какой-то важный актив.

О.Бычкова― Ну, извините, если, например, человек покупает оружие, там, и поставляет его куда-нибудь… 

К.Ремчуков― Нет-нет, я не про оружие – я имею в виду просто про фактические активы.

О.Бычкова― А если человек покупает яхту на кого-нибудь специально, для кого-нибудь? Ну, вот, просто… То есть вообще ничего теперь нельзя делать?

К.Ремчуков― Оль, еще раз говорю. Ну, я же сказал в начале. Давайте мы изучим…

О.Бычкова― Или мы этого пока не понимаем до конца?

К.Ремчуков― Мы пока не понимаем. Мы видели идеологию, и то, о чем я говорил, это идеология новых санкций. А детали – я сказал, как только мы прочитаем их, а также будет у нас время посмотреть, на кого это распространяется… Я просто вам объяснил механизм. Механизм: человек на месте пишет и говорит, что Ольга Бычкова, условно говоря, подозрительно часто встречается с Алексеем Венедиктовым. Если Алексей Венедиктов является персоной…

О.Бычкова― Президентом Российской Федерации…

К.Ремчуков― В общем, персоной, которая вызывает большую озабоченность, то мы должны проследить: после этих встреч Ольга Бычкова чем начинает заниматься? Куда она едет? Что она делает? Какая у нее бизнес-активность? И мы должны следующей итерацией отследить: эта активность является продуктом вашей сердечной и умственной деятельности, что вы такой предприниматель, или вы реализуете таким образом волю Алексея Венедиктова?

О.Бычкова― Или вы являетесь инструментом…

К.Ремчуков― Его. Потому что сам он не может.

О.Бычкова― Да. То есть, в конечном счете, идея санкций заключается в том, чтобы обложить максимально российское руководство, вот, со всех сторон.

К.Ремчуков― В надежде, что элита, особенно богатая элита отвернется от своего политического руководства.

О.Бычкова― Ага. Хорошо. Мы сейчас продолжим эту тему, потому что тут есть еще пара вопросов очень интересных от наших слушателей, которые пишут нам и SMS, и на сайт «Эха Москвы». Я напомню, что главный редактор «Независимой газеты» Константин Ремчуков в программе «Особое мнение». Сейчас вернемся.

РЕКЛАМА

О.Бычкова― Вот смотрите, что пишет, например, Мануфофичи… Я не знаю, как прочитать этот ник. Он задает такой вопрос: «Могут ли США экономически полностью подавить Россию санкциями, то есть ввести такие ограничения, которые серьезно обрушат российскую экономику?»

К.Ремчуков― Только один тип санкций может серьезно обрушить – это запретить покупку российского сырья. Ну, просто запретить. Любая страна, которая купит нефть…

О.Бычкова― Всем странам запретить?

К.Ремчуков― Да. Потому что механизм же принуждения какой?

О.Бычкова― Ну, то есть как с Ираном было дело, получается.

К.Ремчуков― С Ираном, да. С Ираном.

О.Бычкова― И как с Кубой было дело.

К.Ремчуков― Да. Но у Ирана нефть, а у нас же есть огромное количество сырьевых товаров. Чтобы весь российский экспорт, который финансирует российский бюджет в значительной степени, чтобы он оказался под запретом. Вот это. Что ты должен со своей нефтью тыркнуться, а ее никто не берет. И почему не берет? Потому что боятся, что тот, кто возьмет, подвергнется санкциям со стороны США, вот, как они сейчас по Северному Потоку-2, когда немцы и австрийцы взвизгнули, да? Потому что всё финансирование уже осуществилось, все договоры подписаны, и вдруг говорят: оказывается, если они будут финансировать Северный Поток-2, то эти компании попадают под штрафные санкции. А штрафные санкции как в случае с Paribas, которую вскрыли, что он Иран финансировал, вы помните: сумма была 9 миллиардов евро штрафа. Это большие деньги даже для очень крупного банка (9 миллиардов дыра у вас получается в балансе из-за этого штрафа).

Поэтому сейчас политические будут требования, и Тиллерсон уже услышал, потому что, ну, это такая, острая игра. Потому что, представляете, Австрия и Германия скажут «Мы не будем подчиняться этому». Как американцы на них надавят? Это война экономическая, потому что им тоже есть, на что ответить.

Значит, Тиллерсон обратился сегодня к Конгрессу, чтобы не ставить наших союзников в неловкое положение, что тут будет… Ну, в общем, эскалация идет до встречи Путина с Трампом, по максимуму хотят загрузить голову господина Трампа.

О.Бычкова― Бедную голову господина Трампа. 


К.Ремчуков― Рыжую голову, соломенную.

О.Бычкова― Ага, бедную рыжую соломенную голову. Неужели, это прямо, вот, может принципиально там что-то произойти между этими двумя, что прямо, вот, поломает всю эту схему и все эти усилия, интересы, убеждения огромного количества людей вокруг них?

К.Ремчуков― Ну, мне кажется, что, собственно, в этом суть сейчас внутренней политики США. Президент США, президент США, победивший на выборах, в состоянии победить проигравших, проигравший истеблишмент? – вот вопрос. Потому что он шел с лозунгом антиистеблишмента, он победил и, казалось, вот он триумф народа, который через Twitter, который через голову СМИ услышал Трампа (его обещания) и его избрал. Но сейчас мы видим, что истеблишмент и политический, и медийный, и лоббистский аппаратный… Потому что то, что мы видели в ФБР и в других органах, там был серьезный компонент аппаратного противостояния. Если сам руководитель ФБР говорит о том, что «я записал на диктофон разговор и отдал своему другу, чтобы тот слил в СМИ», то это, безусловно, ты не в состоянии решить политическими методами. Поэтому сейчас у Трампа возможности сужены, но в то же время единственный шанс чего-то делать – это за рубежом.

О.Бычкова― И вот на этом фоне, например, происходят все эти сегодняшние события с демаршами генералов, Министерств обороны вокруг Сирии и сирийских самолетов. Это часть, вот, всей вот этой общей картины? Или это какой-то отдельный такой военно-сирийский эксцесс?

К.Ремчуков― Я затрудняюсь сказать так, но я обратил внимание на то, что в США назвали коротко и сказали «Все арабы»... Вот, когда он встречался в Саудовской Аравии с лидерами мусульманского мира, сказали Трампу одно: «America is back in the Middle East», «Америка вернулась на Ближний Восток», когда они разбомбили аэродром в Сирии. Это было всячески и горячо приветствуемо, потому что до этого главная претензия заключалась в том, что США со своей активной позицией ушли из Ближнего Востока.

И, видимо, эта похвала так сильно повлияла на кого-то, что еще одну попытку… Как маленькую дозу наркотика такого укололи. «Давайте мы собьем сирийский самолет». Ну, это, естественно, вызывает желание там к Западу от Евфрата нашему объявить перекрытое нашими комплексами С-400: «Мы выходим из режима согласования полетов, и таким образом мы закрываем». Это, безусловно, резкое обострение, потому что это, ну, как во времена «Холодной войны» игра на нервах. Вот, полетят американцы…

О.Бычкова― А к чему может привести?

К.Ремчуков― Ну, в худшем варианте война в Сирии между американцами и нашими. Ну, во Вьетнаме мы сбивали.

О.Бычкова― Вам даже смешно это слышать. Говорить.

К.Ремчуков― Нет, ну, просто так близко мы подходим… Если американский самолет летит, а наши С-400 его собьют, то сказать в полном смысле, что это война между Россией и США, будет, если она дальше не перекинется, сложно. Но то, что наши люди будут сбивать американские самолеты, а американцы захотят подавить всю нашу систему защиты, то, конечно, это… Но очень хотелось бы, чтобы вот эти вот «Мы выходим из соглашения», потом «Созвонились. Мы вошли в соглашение»...

Но им, видимо, что-то нужно сделать (военным). Военные должны чувствовать, что они не пропустили этот удар. Поэтому…

О.Бычкова― В смысле ответить, вот, обязательно?

К.Ремчуков― Ответить. Но сбить американский самолет опасно.

О.Бычкова― Да уж конечно.

К.Ремчуков― Вот то, о чем мы говорим. Это непредсказуемо. Значит я думаю, что будет нанесен удар с наших кораблей из Средиземного моря по такой же методике, как было тогда, скорее всего, в те районы, где имеются американские инструкторы, которые инструктируют силы, оппозиционные Дамаску. Я думаю, такой будет наш ответ. И убьют несколько человек, которых в противном случае мы бы не убили, потому что мы знаем, кто где находится.

О.Бычкова― А про бедного маленького Асада уже все, как бы, и забыли даже?

К.Ремчуков― Ну, не то, чтобы забыли. Просто я думаю, что план-то… Я думаю, что все по умолчанию договорились, что Сирия в том виде, в котором она была, не будет – она будет разделена минимум на 3 части. И когда договорились о 3-х частях, то и у Турции появился свой взгляд, какая это должна быть часть. Ну, у американцев он был, у наших он был и у Ирана появился свой взгляд. Все ведут себя достаточно не соборно, они каждый свою ведут линию, наносят удары по каким-то своим силам, делают больно. Иранцы сделали больно, мы так же больно ответили им, они смолчали, ни одного заявления не было. Турки делают больно, кому-то стреляя и бомбя. То есть там очень серьезная вещь. Но Асад в данном случае – он не имеет самостоятельной субъектности, мне кажется, в этом раскладе, потому что вот эти 4 страны именно как страны, как субъекты международного права будут определять, на сколько и каких кусков будет порезана Сирия.

О.Бычкова― Потом будет какая-нибудь Ялтинская конференция.

К.Ремчуков― Ну… Я думал, что в Катаре будет решаться. В Катаре не будет – у них свои проблемы катарские.

О.Бычкова― В Катаре уже как-то не получается. 

К.Ремчуков― Да, не выходит.

О.Бычкова― Плохо складывается с Катаром.

Спрашивает вас слушатель с ником Ильяс. Вот, вы еще не обсуждали эту тему в нашем эфире, а Ильяс хочет именно у вас спросить об этом. Возвращаясь к президенту Путину, но не в связи с химией и Трампом, а в связи с недавней прямой линией, о которой много до сих пор говорят. И Ильяс спрашивает: «Как вы думаете, почему в срежиссированном мероприятии допустили нелицеприятные вопросы «Надоел», «Когда уйдете?», там, «Вы не устали?», что-то там еще такое?» Вот то, что шло в виде смсок на экране, а потом перестало идти, но прошло достаточно много.

К.Ремчуков― Я не видел, чтобы перестало идти – шло до самой последней минуты. Потому что я был на прямой линии и видел всё это дело. Ну, я до конца, вот, уверенно, почему это было, не могу сказать. У меня есть своя гипотеза.

Моя гипотеза эта сводится к следующему. Что после 26-го марта, выхода молодежи на митинг против коррупции наступило замешательство в умах идеологов внутри страны серьезнейшее, которое отразило непонимание процесса идеологического влияния на общество. Получилось так, что колоссальные ресурсы пропагандистские, идеологические, брошенные на федеральные каналы и зацементировавшие там 86% поддержки людей, которые смотрят федеральные каналы, имеют нулевое воздействие на 14% очень энергичных, молодых, борзых людей.

При этом если вот эти 86% и федеральные каналы – это люди, которые воспитывались в условиях постепенного восхождения собственных представлений о том, что такое норма, что такое компромисс в жизни, что ничего нельзя иметь сразу и здесь, эти 14 или 16 процентов молодых – они напрочь лишены исторического взгляда.

О.Бычкова― И вновь прибывших.

К.Ремчуков― Да, они вновь прибывшие на планету Земля. И, вот, если первая его остановка была, в YouTube он увидел какую-нибудь картинку, в Голландии гей-парад, партия, зарегистрировавшаяся за 2 недели до выборов, участвует там, Партия любителей пива белого, но мутного, например, ее регистрируют, да? Они говорят «Мы хотим немедленно и сейчас здесь иметь такой же режим».

Ну, это, типа, витало в воздухе, но механизм информационного обслуживания этой публики оказался для них неведомый. Выяснилось, что люди находятся вот в этих маленьких вертикальках фолловеров за блогерами, сейчас ютуберы и прочие люди, которые формируют вот такой контент в их головах. Потому что начались вот эти Советы блогеров при Думе.

О.Бычкова― Это ужасно смешно.

К.Ремчуков― Это смешно, да. Но это и непонимание того, что качество вот этой аудитории, оно может быть какое? Вот в этом смысле, допустим, «Эхо Москвы», когда я слышу, кто-то говорит «Я своим YouTube заменю «Эхо Москвы», это непонимание вашего колоссального преимущества, потому что оно сделано как у самых крутых современных компаний корпоративных. Я думаю, Венедиктов не подозревает этого, но он создал платформу, на которую приходят все, включая очень качественную аудиторию, которая читает, предположим, блоги. И я точно знаю, что многие из тех, кто приходят прочитать у вас, условно говоря, Касьянова, Ходорковского, Навального, они никто не ходят на отдельные их сайты смотреть. То есть это функция платформы.

И получается, что они решили, что через… Как это? Саша Спилберг или Миша Соболь, да?

О.Бычкова― Они канализируют всю эту историю.

К.Ремчуков― Поэтому я думаю, что вот тот, кто смотрел это оконце, он не опасен, потому что это соответствует тому, что они читают в своих блогах, но они не слышат и не понимают слов, у них своего рода дислексия того, что говорит Путин на экране. Это параллельные миры. Вот, он смотрит в окошко и говорит: «О, как у нас».

О.Бычкова― Вот, мне тут не всё пока понятно в этих рассуждениях. Итак, мы начали говорить о том, как допустили, как могло такое получиться, что такие чудовищно неприятные, должно быть, для Путина и Кремля смски появлялись на экране его прямой линии? Потому что такое сложное, интересное объяснение у Константина Ремчукова. То есть сидели люди, которые просто писали эти сообщения. Ну, это понятно.

К.Ремчуков― Нет-нет, пишут люди.

О.Бычкова― Пишут люди.

К.Ремчуков― Нет, послушайте, давайте я сейчас объясню. Вот, вы говорите «хорошо срежиссированное мероприятие». При этом это окно – его можно отнести к режиссуре только в той части, в которой…

О.Бычкова― А, в смысле экран, по которому бегущая строка.

К.Ремчуков― Экран, по которому шли SMS и MMS, правильно? Контент не срежиссирован, он генерировался людьми. 

О.Бычкова― Да. Конечно.

К.Ремчуков― То есть простые люди писали оскорбительные вещи в адрес Путина. Путин периодически поднимал голову, читал…

О.Бычкова― Ну, может, и не оскорбительные, но как-то неприятно.

К.Ремчуков― Нет, много было оскорбительных.

О.Бычкова― Оскорбительные, да? Прям слова были такие нехорошие?

К.Ремчуков― Нет, ну они такие: «Ты чего там сидишь, да? Тебе не надоело? Ты чего слушаешь? Ты чего, не понял, что тебе надо там уйти?» Ну, я не знаю, я думаю, что он в других форматах такого не слышит. Нет, это главное, что это неконтролируемо. Поэтому с этой точки зрения вот этот контент – он не был срежиссирован.

Срежиссировано было появление этого окна, что оно было. Но! Я объясняю, почему оно…

О.Бычкова― Да! Так в этом же и вопрос: как допустили-то это всё?

К.Ремчуков― Так нет, ну, почему «допустили»? Это специально сделали. Потому что вы хотите открытости, вы хотите увидеть, что Путин не боится никого, никакой критики, вот вы ее имеете. Пожалуйста, смотрите, он видит, читает. А после этого…

О.Бычкова― То есть не тепло и не холодно от этого никому.

К.Ремчуков― После этого Песков сказал, что самые критические высказывания в отдельную папочку к Путину приносят, да? То есть он, как бы, знает. А с точки зрения взаимодействия с обществом (вот то, с чего мы начали несколько минут назад), вот это новое поколение ютуберов, блогеров и так далее, которое не слышит федеральные каналы, оно не слышит, что говорит Путин, у них нету мембран там, которые бы улавливали эти звуки, да?

О.Бычкова― Это мимо вообще проходит где-то, да.

К.Ремчуков― Да. Но когда они видят это окно, для них, я так думаю, с точки зрения организаторов это идентификация аутентичности происходящего, что, вот, как он пишет… Вот, он сидит тут и пишет: «Эй! Ты чего там сидишь? Тебе не надоело сидеть? Бери свою команду и вали отсюда!» Да? И он видит, там появляется. Для него это… Мне кажется, что это такие, тонкие методы работы вот с этой молодежью, которыми показывают: «Никто вас не собирается фильтровать. Вот, как вы написали, так оно и есть». И их не интересует то, что есть.

Вот эта предельная разделенность теперь информационно… Сначала была информационная поляна разделена, потому что каждый фолловер у своего кумира и он формирует систему взглядов. Я вот когда спрашиваю, там, ну, дочь, например, Варвару, говорю: «Скажи, пожалуйста, вот, роль Facebook в твоей жизни?» То есть должен быть в Facebook человек (ну, их несколько, как правило, бывает), которым доверяют. Например, этот человек говорит: «Лучший ресторан такой-то. Лучшая книга такая-то. Лучшее кино такое-то» и они идут. Причем, это не обязательно сам человек скажет. Уже вкус этого человека, что он взял этот материал или из «Коммерсанта», или из вашего блога, или из какого-то блога. Вот, интегратор мнения для людей как поводырь, вот так организована эта жизнь. Но она давно так организована.

Сейчас задумался Кремль о том, каким образом оказать воздействие идеологическое на предпочтения те или иные, на мотивацию людей, которые в информационном плане организованы таким образом? Пока этого неизвестно. Потому что было известно, вот, ходи там на федеральный канал, громи кого-то, но это мимо, это слушают те, которые всё равно там на улицу выходят.

О.Бычкова― Хорошо, я поняла. То есть они пытаются сейчас их каким-то образом приручить, прицепить, показать им, что есть еще вот это вот. А тогда почему такое было мочилово и винтилово 12-го июня? Вот, почему градус вот этой жесткости повышается при всем при этом? Какое тут приручение?

К.Ремчуков― Ну, вот, мне кажется, что базовый взгляд – вот, и создание Росгвардии с такими функциями – это то, что в России режим может подвергнуться атаке только в ходе цветной революции. Мне кажется, что… Хотя, Путин и сказал, что люди с конструктивной критической позицией имеют право на диалог с властью, да? А с неконструктивной не имеют права. Вот здесь, мне кажется, ловушка, потому что критика и выступающие против рассматриваются как угроза. А критика и выступающие против несанкционированно – как двойная угроза, потому что они подают пример, и считается, что… Сейчас же много аллюзий по поводу 1917 года, где власть проявила слабость, почему ключевое обвинительное и бранное слово – это «либерал». Это либералы страну загубили, они царя изгнали, а потом привели большевиков к власти. Ну, потом либералам тоже, правда, досталось. 

Поэтому я думаю, что уроки столетней давности заключаются в том, что тогда… То есть отрицание внутренних противоречий как источника революционного развития – вот, скажем научным языком.

Нас учили тому, что все базовые революционные, то есть затрагивающие качество взаимоотношений власти и общества вещи являются следствием внутренних противоречий вот в этой организации власти и общества.

В 1917 году всё больше и больше историков (по крайней мере, то, что говорится) исходят из того, что немцы финансировали революцию, англичане финансировали революционеров и японцы играли огромную роль в финансировании революции.

О.Бычкова― Что не отменяет внутренних противоречий.

К.Ремчуков― Внутренние противоречия не довели бы до такого антагонистического развития событий, если бы не было иностранной помощи. Поэтому сейчас все силы направлены на пресечение иностранного финансирования политической деятельности и отбраковывание из процесса согласования позиций всех людей, которые находятся на содержании у иностранцев.

Этому особенно содействуют антироссийские подозрения в Америке, которые говорят «Вот, ты встречался там с послом, значит, ты там завербован» или «Этот адвокат 12 лет назад был адвокатом русского олигарха, а сейчас он у Трампа. Значит, между ними есть связь». Они говорят: «Вы видите, весь мир так действует. Они подозрительно. А чего мы должны не подозрительно?»

Поэтому я думаю, что вот эти блогеры – они беспомощны в каком-то смысле как идеологи, да? Но они какие-то беспомощные слова говорят «Тот дурак, кто идет на митинг», например. Поэтому сейчас, я думаю, после последнего 12-го июня главный упор будет сделан… И я так понимаю… Вот у нас завтра публикация будет. Сегодня Алексей Горбачёв вызванивал людей, которые сидели по Болотному делу, которые считают, что то, что Навальный позвал на несанкционированный митинг на Тверскую, он подставил этих людей. И сейчас у них вопрос организации помощи этим людям, потому что когда человек остается один на один с системой без поддержки, он ломается. Они говорят, что 2 человека уже согласились на какое-то ускоренное рассмотрение без рассмотрения дела по существу, на признание своей вины. И вот там сейчас сбор денег, кто кому помогает, и так далее.

Вот, я думаю, что власть постепенно, но движется, с моей точки зрения, к следующему. Финансирование из-за рубежа – плохо, участие в несанкционированных вещах – плохо. А всё остальное, судя по прямой линии, вот, хочешь в этом квадратике высказываться…

О.Бычкова― «Пожалуйста, пиши любые буковки».

К.Ремчуков― Пиши любые буковки.

О.Бычкова― Да. Ну, еще в эту концепцию, конечно, входит: нужно как-то нейтрализовать пастухов, и тогда овечки успокоятся тоже. Остался только вопрос, успокоятся овечки сами по себе или нет? Мы пока этого не знаем, видимо, до конца. Не понимаем этого.

К.Ремчуков― Мы даже не знаем, сколько овечек в стаде.

О.Бычкова― Кстати, да. А что за книжки вы принесли?

К.Ремчуков― Вот, спасибо, что вы вспомнили. Друзья мои, я хотел порекомендовать книги, которые, надеюсь, вам очень понравятся. Одна книга называется «Философская оттепель и падение догматического марксизма в России».

О.Бычкова― Это про какие годы?

К.Ремчуков― Это 50-е годы, Философский факультет МГУ. Это вспоминают все нынешние 80-летние профессора, которые тогда были студентами-обозревателями. Это посвящено…

О.Бычкова― Не, подождите-подождите. Вот, про первую книжку.

К.Ремчуков― Я сейчас всё (НЕРАЗБОРЧИВО), всё связано.

О.Бычкова― А, хорошо.

К.Ремчуков― Я принес 3 связанных книги. Эвальд Ильенков был выдающийся философ на Философском факультете МГУ, многие считают, что один из самых выдающихся философов марксизма. Он в 1954 году вместе со своим другом Валентином Коровиковым написал тезисы как Мартин Лютер в свое время, и приколол их там в студенческих аудиториях, что является предметом философии. В то время считалось, что философия – это наука о наиболее общих законах развития природы, общества и человеческого мышления. Да? А они сказали: «Нет». Теория познания… Тогда все разобрались, когда сказали «А как же? Тогда у нас исторический материализм выпадает из философии, потому что он же не имеет отношения к теории познания».

Студенты возбудились: им надоело слушать старых профессоров, и кого-то выгнали, кого-то посадили. Этих изгнали из МГУ.

И вот эти книги, значит, «Философская оттепель и падение догматического марксизма в России», «Страсти по тезисам о предмете философии», Ильенков и Коровиков, и Ильенков «От абстрактного к конкретному. Крутой маршрут 1950-1960».

В общем, люди, которые хотят… Там как в капле воды отражена жизнь духовная нашего советского общества в послесталинский период. Как кто-то остроумно там сказал, что это борьба ортодоксов с догматиками.

О.Бычкова― В отрыве от всего мира.

К.Ремчуков― Очень много мыслей там на научном совете. Зиновьев сказал: «У меня такое впечатление, что факультет философии на первом курсе надевает презервативы на студентов, чтобы они не заразились правдой». Это в 50-е годы такое сказать. Или Ильенков придумал термин «прохиндей» для ученых, которые мечтают о том, чтобы их окружали умственно ущербные люди и чтобы количество этих людей множилось. Это удивительно тонко.

Вот, еще там эпитет был «прощелыги». Вот, сейчас очень много журналистов-прощелыг, которые мечтают о том, чтобы их окружали люди умственно ущербные, чтобы нельзя было рассмотреть и за, и против, 28 тысяч нюансов.

О.Бычкова― И политиков таких полно просто.

К.Ремчуков― Да, и политиков. То есть вот эти книги показывают интенсивнейшую духовную жизнь советской интеллигенции умственной в МГУ. Но потом было в конце 50-х и на Экономическом факультете. Я помню, у нас был зав кафедрой Дзарасов Солтан Сафарбиевич, и они всё это обсуждали.

То есть это очень интересно. Благодарность тем людям, которые опубликовали эти книги. Ну, в общем, люди с интеллигентным прошлым получат колоссальное удовольствие, казалось бы, в такой теме как предмет философии.

О.Бычкова― А про будущее мы всё равно ничего не знаем.

К.Ремчуков― Да.

О.Бычкова― Спасибо большое. Это Константин Ремчуков, главный редактор «Независимой газеты».


статьи по теме


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(2)


Наталья 13:28 20.06.2017

Порядочные люли не читают, не слушают "Эхо Москвы" и даже на сайт не заходят :-) Российским властям следует как можно больше внимания уделять работе с молодежью, тогда Навальный и всякие ходорковские не смогут им головы своей лживой информацией забивать и подставлять на несанкционированных митингах.

biryukov vadim 20:53 20.06.2017

Ремчуков вспомнил экономфак МГУ. __ Нынешний декан Аузан года три назад прочитал лекцию "Нам нужны плохие вузы". Я посчитал, что в заголовке гипербола и прочитал статью только после 10-й на нее ссылки. Оказывается, Аузан имел ввиду именно то, что было в заголовке. Он предлагал оставить 70 "не плохих" университетов, а в остальных "доучивать бакалавров". __ Лет 10 назад СМИ писали о 20-ти тыс. евро, проплаченных за поступление на факультет. O tempora, o mores,


Читайте также


Россия вместе с Белоруссией попала в финансовую западню

Россия вместе с Белоруссией попала в финансовую западню

Анастасия Башкатова

Кредитное бремя Минска может лечь на Москву

1
4198
Экс-президент Румынии возглавил антироссийскую партию в Молдавии

Экс-президент Румынии возглавил антироссийскую партию в Молдавии

Светлана Гамова

Траян Бэсеску готовится к выборам парламента  соседней страны

0
1655
Проблемный полигон в Московской области закрыли в течение суток

Проблемный полигон в Московской области закрыли в течение суток

Георгий Соловьев

Эксперты отметили оперативную реакцию региональных властей на поручение президента

0
772
"Роснефть 2022"

"Роснефть 2022"

Владимир Полканов

Компания представила новую стратегию на пятилетнюю перспективу

0
793

Другие новости

Загрузка...
24smi.org
Рамблер/новости