0
911
Газета Стиль жизни Печатная версия

11.09.2001 00:00:00

Инвективы террориста

Тэги: лимонов, лефортово

Лимонов сочинил в Лефортовской тюрьме специально для нашей газеты нечто вроде политического памфлета. В памфлете характеристики противника, как водится, заострены, шаржированы. Следует учитывать и ситуацию Лимонова - он подследственный, подозреваемый, заключенный, теперь ему инкриминируют еще и терроризм, и организацию незаконного вооруженного формирования. Истекает очередной срок содержания Лимонова под стражей; как сообщил адвокат Сергей Беляк, его клиент сегодня скорее всего будет освобожден под подписку о невыезде. От Лимонова не приходится требовать соблюдения правил академической корректности, которым, впрочем, он и без того вовсе не склонен следовать. Кроме того (а может быть, прежде всего), Лимонов - писатель: его аналогии размашисты и произвольны, его воображение прихотливо и причудливо... С учетом литературно-художественной компоненты мы и предлагаем читать публикуемый ниже текст.

ИСТОРИЧЕСКИЕ аналогии помогают нам увидеть в нашем времени то, чего мы обыкновенно не замечаем впрямую, без эпохи-модели для сравнения. Сегодняшний режим в России вполне уместно сравнить с Реставрацией Бурбонов во Франции в 1815 году. Людовик ХVIII вступил в Париж в обозе оккупационных войск: русские казаки были среди них, ну и всевозможные европейцы: австрийцы, англичане, пруссаки. Казалось бы, пока ничего общего с режимом Путина, да? Людовик не изгнал и не перевешал политический класс, возникший во Франции за 26 лет революции и империи - с 1789 по 1815 год. Часть наполеоновских сановников (а тот их взял у революции) Бурбон оставил, и все эти Фуше и Сийесы служили ему верой и правдой. Людовик смешал Сийесов (по имени самого знаменитого депутата Конвента, который выжил в годы террора благодаря своей умеренной бесцветности) со своими эмигрантами, скрывающимися от Революции в Англии и России.

Жизнь при Людовике ХVIII, по воспоминаниям современников, была странной, натянутой и напряженной - чуть ли не два ведь поколения гуляла Франция, тешась революцией и казнями, а затем - победоносными войнами. А тут наступила тишина, как после кровавого похмелья. Репрессии были, но выборочные и умеренные. Славно погуляли, миллионы положены на полях славы от Бородинского поля до Ватерлоо и египетских пирамид. Теперь ходим, спотыкаясь.

Реставрация - это откат, это перерыв между двумя катаклизмами. Между двумя извержениями вулкана. Это time-out, взятый у истории народом от усталости. Ясно, что носили головы на пиках, упоенно громили дворцы. Отец еще видел королеву с пятном менструации на тюремной рубахе, нечесаную, всходившую на эшафот под ругань вязальщиц, и внук увидит головы на пиках по Парижу в разнос и в 1830-м, и в 1848-м. Реставрация - это перерыв, антракт между двумя историческими драмами.

До реставрации была отчаянная попытка нации устроить жизнь заново. Попытка мощная, серьезная: кричали в Конвенте, летели головы в корзину гильотины, выходил говорить Робеспьер, все бледнели. Рубился Наполеон, ходили в тяжелые атаки его гренадеры. Захлебнулась в конце концов от жадного аппетита Франция. Но силы еще есть. Новое извержение будет. Все ждут его.

У нас в России все было не столь неистово. Но по конфликтности превзошло все мыслимые национальные трагедии. Мы лишились лучших земель и 130 миллионов населения. С 1985 по 1991 год революции не было. Был саморазгром. Мы лишились восточного блока - стран, защищавших бы наше брюхо своими территориями, если бы вторглись враги. Был саморазгром Империи, учиненный тупым механизатором, получившим в неподконтрольное господство Великую Империю. Мы лишились Венгрии, Польши, Германии, Чехословакии, как лишились римляне Лидии, Вифинии, Парфии... Вопрос: зачем Римской империи Лидия, Вифиния, Парфия?.. Горбачев решил как обыватель - не нужны. И сдал "ненужное".

Лишь начиная с 21 августа - в сентябре и октябре 1991 года - в стране заметно было клокотание революции. Демократической - не моей. Не той, что мне по сердцу, но все же родовые схватки революции. Основной просчет демократов состоял в том, что они не решились выступить сами, под водительством своего вождя. Ну конечно, с ними не было уже Сахарова, но в те дни вожди делались моментально. Надо было взять любого харизматичного горлопана. Но они предпочли, как танком, прикрыться Ельциным. И так пошли. И тем, конечно, загубили свою революцию. Потому что революция не может прятаться за каким-нибудь Борисом Годуновым. Ельцин оказался самодуром и был вскормлен вонючим молоком номенклатуры. Она была его мать, нянька-кормилица, и братья по номенклатуре - они только и братья, а не Орлов или Боннэр, или Ковалев, или Пономарев, или отец Якунин.

Толпа все же совершила революционные действия. Толпа сняла памятник Дзержинскому (Дугин утверждает, что снимали и пригнали кран люди из "Памяти"), памятник Свердлову. А когда толпа стала подступать к зданиям на Старой площади - Ельцин их остановил. Везде поставили усиленную охрану. Демократическая революция закончилась. Главные демократы все же остались довольны. Гайдару дали беспредельную власть. Гавриилу Попову чуть поменьше. Собчак сел во главе второго города России. Все это в обмен на демократическую революцию. Надо было не идти на компромисс. Надо было свергать памятники и дальше, разгромить здания на Лубянке и Старой площади, дать толпе ворваться в пару министерств и посадить своего человека во главе государства. Или создать комитет общественного спасения из демократов. Тогда это было возможно. Демократы были на самом деле очень сильны. "Ельцин-танк" был им не нужен. Они его взяли в танки из трусости. А он по дури, дабы ликвидировать пост президента СССР, расчленил страну.

А потом пришел черед патриотической оппозиции, и она тоже все провалила. 23 февраля и 17 марта 1992 года надо было вести эти 500 тысяч разъяренных людей на Кремль и взять его. Это было реально возможно в указанные дни и еще 9 мая 1993 года.

Президент Ельцин проболтался у власти с 1993 по 1999 год, ничего особенно не делая. И не меняя тех порядков, которые завел еще в 1991 году. Однако под его стабильной крышей оклемались, пришли в себя, окрепли и заново отстроились все охранительные и репрессивные организации. Он дал им отдышаться и нарастить мышцы. Он по привычке, в благодарность за поддержку противостояния с Горбачевым в 1987-1991 годах, не угнетал СМИ. И уверенный в ничтожности политических партий особенно их не преследовал. Незлобиво снял запрет на участие Компартии в выборах уже через месяц после кровавой бани у Белого дома. Потому его до конца считали приверженцем демократов. Но Ельцин - это еще не реставрация. Он карикатурный "бонапарт", оседлавший неудавшуюся русскую демократическую революцию. Он только подготовил почву для реставрации. Наша реставрация - это президент Путин.

Достаточно было поглядеть на церемонию его инаугурации. Собственно, Путин - это даже две реставрации сразу. Одна - намеком проскальзывающая в нелепых нарядах служителей на коронации, блеклая реставрация дореволюционной царской эпохи, исполненная а-ля Михалков. Точнее: скорее ностальгия по такой реставрации. И одновременно Путин - это зримая и ощутимая реставрация "совка". При нем возобновились репрессии против инакомыслящих (пока выборочные), играет небывалую роль Федеральная служба безопасности (пока действует выборочно) - в общем, реставрирован старый репрессивный советский аппарат. Но половина камер в "Лефортово" еще пусты.

Для реставрации всегда характерно смешение людей прошлого и нового режимов, потому офицеры ФСБ и прокуроры спокойно смешиваются в правлении Путина возле его трона с олигархами Дерипаской и Абрамовичем. Помесь советизма с олигархизмом? Так точно, и именно в пропорции 15 частей советизма к 9 частям олигархизма (назовем его либерализмом). Цифры здесь 15 и 9 - это годы, проведенные Владимиром Владимировичем: 15 лет - в КГБ и 9 - на службе в аппаратах Собчака, Бородина и Ельцина.

Реставрация - это кое-как слепленная временная передышка. Ничто не решено, из давнего и недавнего прошлого кое-как слепили временное настоящее. Но проблема осталась. Та проблема, которая вызвала к жизни диссидентство, демократическую оппозицию и почти революцию. Она же вызвала к жизни оппозицию патриотическую. А именно: проблема необходимости смены политического класса в огромной стране осталась. Ибо массовой смены не состоялось ни в 1991, ни в 1993 годах.

Необходимость смены политического класса страны поняли еще Сахаров и диссиденты в конце 60-х годов. Диссиденты, ошибочно веруя в альтруизм Запада, суетились не зря и не зря шли в тюрьмы. Основная проблема страны была и осталась - человеческий фактор. КПСС стала партией мертвых людей и приспособленцев, элиты у страны не осталось. Строить могли, производить могли, но плебейских отпрысков революции постигла через полсотни лет после революции аристократическая болезнь вырождения. Надо было взять и поставить тогда, в конце 60-х - начале 70-х, во главе России самых буйных и нестандартных людей, например Владимира Буковского, Амальрика, Эдуарда Кузнецова, Натана Щаранского, Сахарова. Они поспотыкались бы месяца два, но затем дорогу стране нашли бы (а от любви к Западу избавились бы, прочитав донесения ГПУ, в несколько недель). Разумеется, такого широкого понимания судьбы России и необходимости применения сильного нестандартного лекарства старцы из Политбюро не имели. Они не были сверхчеловеками. Потому страна и изгнала их. Лет на 15 страна притихла. В 1985 году стало уже неопровержимо всему миру ясно, что как элита коллектив КПСС исчерпал себя. В составе партии были бессловесные члены-обыватели (подавляющее большинство) или пробивная, заметная, но насквозь проникнутая корпоративным духом, циничная и бесталанная номенклатура. Последняя безжалостно эксплуатировала страну для своих нужд.

Некому было даже стать во главе государства. Черные скандалы со смертями Брежнева, Андропова, Черненко обнажили проблему. Самой КПСС казалось вначале, что это проблема геротократии в Политбюро, что достаточно призвать более молодое поколение политработников, и страна оживет. Молодое поколение, увы, на поверку оказалось дефективным. Горбачев оказался беспомощным перед теми проблемами, которые на него свалились. К тому же он не обладал осторожностью и охранительной ограниченностью стариков из Политбюро, которых он сменил. Борис Ельцин конкурировал с Горбачевым за место самого отрицательного лидера русской истории, переполовинив державу. Темные, глупые, но с манией величия лохи-реформаторы - плоть от плоти номенклатуры: они нарезали, натушили и наквасили такого, что размотали все наследие, собранное царями, большевиками и цезарем-Сталиным. И оказалось, что большая часть нашей территории лежит в зоне вечной мерзлоты. Если в 1829 году наш генерал Паскевич стоял с войском у стен Стамбула, то к 1992 году у нас остался один теплый порт Новороссийск и один дождливый курорт Сочи. Узкий коридор к морю, какие победители обычно оставляют побежденным державам, остался.

Президент Путин и его коллектив поняли тревогу общества. Отдавать территорию больше нельзя. Вот и вцепились в Чечню. Бывший офицер ФСБ стал усиливать государство единственным доступным его практическому пониманию способом: усилив советский элемент в нем. Дело доходило до карикатуры: министр Починок предложил возродить доски почета, на них будут висеть фотографии ясных лиц олигархов, успешно сдавших налоги и достигших высот достижений в области народного хозяйства. Другой советский элемент: "процесс Гусинского" и "процесс Аэрофлота", вот сейчас готовят "процесс Лимонова"... От демократии в режим реставрации взят главным и символическим элементом обменный пункт валюты, приватизация, продажа земли. Ну и олигархи. Вот такой нехитрый рецепт. О генерал-губернаторах я уже высказался. Они как парадные тамбур-мажоры пока себя ничем не проявили. Один вот только что Ким Чен Ира встречал и провожал.

Вождь реставрации президент Путин все больше проявляет себя. В числе важнейших достижений 2001 года президент на грандиозной пресс-конференции 18 июля назвал основным достижением текущего года принятие Закона о партиях. И разъяснил: "Если в развитых капиталистических странах 2, 3, 4 партии, то почему у нас должно быть 350?" Президента, разумеется, ввели в заблуждение, сообщив ему, что в "развитых" странах всего 2, 3, 4 партии. Их там многие десятки и, может быть, сотни. Я прожил 20 лет в развитых США и Франции и знаю. Другое дело, что в парламент проходит намного меньше партий. У большинства политических партий силенок не хватает: организационных, финансовых. Однако президент с удовольствием дал ввести себя в заблуждение и тем обнажил свой идеал государства. Это патерналистское государство во главе с папой-президентом, который сделает для вас хорошую жизнь. Только сидите тихо и не рыпайтесь. Аппаратчики Путина предполагают справиться своими силами: без участия гражданского общества, без привлечения политических партий, молодежи, без посторонних, короче. Режим реставрации ревниво смотрит на любую негосударственную инициативу, а его спецслужбы, Минюст, прокуратура, суды не стесняются карать даже за те деяния, которые идут на пользу России. Государством реставрации, как и в советское время, опять ложно определен враг - это не только собственно враги, но и конкуренты, свои. Как смеет Национал-большевистская партия, к примеру, бороться за права русских в Риге? Это прерогатива государства...

При таких задатках реставрация реально может деградировать в реакцию. Тогда насилие государства станет не выборочным, как сегодня, а всеобщим. И в "Лефортово" не будет пустых камер.

Спустя 33 года (если считать датой отсчета демонстрацию на Красной площади против вторжения в Чехословакию в августе 1968 года) после начала диссидентского движения и через 10 лет после попытки демократической революции в 1991 году можно с сожалением констатировать: нет, не произошло того, за что боролись Сахаров и диссиденты; номенклатура не поделилась властью с другими группами общества. Она не поделилась ею ни с политическими партиями, ни с интеллигенцией, ни с профсоюзами. Предвидя возражения, замечу, что как курица не птица, так "Единство" и "Отечество" не политические партии, но большие батальоны чиновников, а Герман Греф и г-н Павловский вольны продавать свои таланты любому принцу или государю, хоть Бахрейна. Их участие в команде Путина не означает того, что власть поделилась властью с интеллигенцией.

Номенклатура все так же ревностно сидит на властных рычагах, оскалив все зубы. И зверски кусает любого приблизившегося.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Саудовская Аравия ставит под угрозу стабильность и рынка нефти, и мировой экономики

Саудовская Аравия ставит под угрозу стабильность и рынка нефти, и мировой экономики

Денис Писарев

Эр-Рияд намерен добиться экспортных преимуществ любой ценой

0
383
В Киргизии внутренние авиарейсы возобновляются с 5 июня

В Киргизии внутренние авиарейсы возобновляются с 5 июня

0
147
Завод по производству автоматов Калашникова в Армении начнет работу в июле

Завод по производству автоматов Калашникова в Армении начнет работу в июле

0
168
Центр "Э" усмотрел в проповедях схиигумена Сергия признаки экстремизма

Центр "Э" усмотрел в проповедях схиигумена Сергия признаки экстремизма

0
271

Другие новости

Загрузка...
24smi.org