Практически параллельные поездки Сергея Лаврова на Корейский полуостров, а секретаря Совета безопасности Игоря Иванова – в Иран подтверждают оценку их назначений, сделанную в свое время «НГ». Перестав быть шефом российской дипломатии, Иванов не оставил внешнюю политику, скорее Совет безопасности «переключили» на проблему внешних угроз и кризисов. Эти месяцы Иванов занимался особо чувствительными проблемами за рубежом: «вывозил» из Аджарии Аслана Абашидзе, летал в Катар в связи с судом над российскими гражданами. В общем, работал главным пожарным.
С воскресенья Иванов находится с визитом в Тегеране. Имея в своем распоряжении сразу двух ведущих внешнеполитических экспертов, Владимир Путин смог позволить себе разделить между ними два незакрытых ядерных досье. Корейским занялся Лавров, а иранским – Иванов.
Здесь, правда, труднее определить, какое из этих досье «деликатнее». По крайней мере о сложности иранского досье говорит хотя бы такой факт, что Иванову пришлось напомнить принимавшим его иранским руководителям о еще одном Совбезе – нью-йоркском. Это было в ходе беседы Иванова с Хасаном Рухани, секретарем Высшего совета национальной безопасности (ВСНБ) Ирана. Обсуждались иранские ядерные программы. По свежим следам объяснений с побывавшим в Москве с главой МАГАТЭ Мохамедом Эль Барадеем Иванов напомнил о претензиях международного сообщества по поводу недостаточной прозрачности иранских ядерных программ и о попытках Вашингтона добиться осуждения Тегерана в СБ ООН.
«Россия не считает, что ядерная программа Ирана дает повод для передачи «иранского досье» в СБ ООН», – заверил иранцев Иванов. Вместе с тем он не мог не напомнить, что не все зависит от Москвы. Соответственно иранцам было рекомендовано сделать шаги к тому, чтобы обеспечить необходимую прозрачность.
С иранской стороны последовали заверения о полной приверженности Дополнительному протоколу к Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). Секретарь иранского Совбеза подтвердил мирную направленность ядерной деятельности Тегерана, а Иванов в ответ дал заверения, что российские специалисты обеспечат завершение строительства АЭС в Бушере. Физический пуск первого блока атомной электростанции намечен на 2005 год, а сдача в эксплуатацию – на 2006 год.
Иванов был принят также иранским министром иностранных дел Камалем Харрази. В беседах была затронута еще одна важная тема – вопрос о правовом статусе Каспийского моря. Как известно, именно позиция Ирана пока не позволяет прибрежным государствам договориться по этой проблеме. Однако именно на необходимость договоренности в «своем кругу» сделал упор Иванов. «Несмотря на то что Вашингтон объявил Центральную Азию и Кавказ зоной собственных интересов, что еще больше усложнит ситуацию в регионе, Россия выступает против вмешательства третьих стран и особенно их военного присутствия», – заявил Иванов своим иранским собеседникам по данным пресс-службы Рухани.
«Мы убеждены, что безопасность в регионе должны обеспечивать сами региональные государства», – отметил секретарь СБ РФ. Эта фраза является ключевой для российских усилий в деле избавления Ирана от все более настойчивого давления, которому он подвергается со стороны Запада. И не случайно озвучить эту аргументацию было поручено Игорю Иванову, ставшему исполнителем наиболее деликатных поручений российского президента за рубежом.
Анастасия Башкатова 
