12 февраля 2015 года лидеры «нормандской четверки» Ангела Меркель, Франсуа Олланд, Владимир Путин и Петр Порошенко подписали Минские соглашения-2. Официально документ называется Комплексом мер по выполнению Минских соглашений, заключенных в сентябре 2014 года.
Поскольку выполнение первых договоренностей было сорвано, понадобился план-график урегулирования в Донбассе. Его и согласовала «нормандская четверка» при участии спецпредставителя ОБСЕ Хайди Тальявини и в присутствии лидеров ДНР и ЛНР Александра Захарченко и Игоря Плотницкого.
Второй документ предполагал урегулирование до конца текущего года. До 15 февраля планировалось полное прекращение огня всеми участниками конфликта, после чего должен был начаться период отвода тяжелого вооружения от линии разграничения. К концу месяца в Донбассе должна была появиться буферная зона шириной 50 км.
Сразу же после подтверждения ОБСЕ о том, что этот этап завершен, стороны должны были начать диалог о модальности местных выборов в Донбассе «в соответствии с украинским законодательством и Законом «О временном порядке самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей». От Верховной рады требовалось официально обозначить территорию, на которой действовали бы особые правила самоуправления. Украина обязалась до конца года принять и ввести в действие новый закон об особом статусе, а также внести поправки в Конституцию, учитывающие этот статус в разделе о децентрализации власти.
Кроме того, Минские соглашения-2 требовали «обеспечить помилование и амнистию» для лиц, имеющих отношение к событиям на востоке страны; провести обмен пленными и заложниками по принципу «всех на всех». Украина обязалась восстановить экономические, финансовые, социальные, гуманитарные связи с регионом.
После местных выборов в ДНР и ЛНР предполагалось «восстановление полного контроля над государственной границей со стороны правительства Украины». Этот процесс должен был завершиться после «всеобъемлющего политического урегулирования». Следующий пункт требовал вывода всех иностранных войск, военной техники, наемников с территории Донбасса, а также разоружение всех незаконных вооруженных формирований. Противоречия обнаружились сразу после подписания документа: в Киеве под «иностранными войсками» подразумевали российские подразделения, а бандами назвали вооруженные силы республик; в ЛНР и ДНР сочли, что отводу подлежат «оккупационные войска» ВСУ, а незаконными формированиями являются украинские добровольческие батальоны.
Нарушение сроков выполнения Минских соглашений-2 началось сразу же. Так, отвод войск от линии разграничения затянулся на полгода, но обстрелы не прекратились до сих пор.
Вопрос об обмене всеми пленными не решен, поскольку Киев и Донецк с Луганском не могут договориться о процедуре амнистии. Республики настаивают на автоматическом помиловании всех, украинская сторона собирается десятилетиями проводить судебное расследование по каждому гражданину.
ДНР и ЛНР не собираются отказываться от статуса автономии с расширенными правами, украинская сторона не собирается предоставлять республикам такой статус и требует демонтажа системы ДНР и ЛНР. Поскольку подходы принципиально противоположны, февральский Комплекс мер не позволил выполнить договоренности, достигнутые в сентябре прошлого года. Донбасс и Украина снова оказались на грани полномасштабной войны. К весне могут понадобиться Минские соглашения-3.
Василий Столбунов 
