Виктория Панфилова
Президент Касым-Жомарт Токаев инициировал изменения в Конституции Казахстана, ее новую редакцию уже обсуждают в обществе. Фото Reuters
Конституционная реформа Казахстана вступает в решающую фазу: 31 января на обсуждение общественности представлен проект обновленного Основного закона, его текст изменен на 84%. Документ не только вводит в правовое поле понятие «Великая степь», но и закрепляет за ключевыми государственными институтами их исторические названия исключительно на государственном языке, например «Курултай» и «Халык Кенеси» (парламент и Народный совет). При этом статус русского языка как официального остался без изменений.
Конституционная комиссия из 129 экспертов, в том числе представители списка Форбс, завершила начальный этап работы в сжатые сроки. Начав рассмотрение пакета поправок 24 января, 31-го комиссия представила проект обновленного Основного закона. По прогнозу аналитиков, на общественное обсуждение отведут около четырех недель, в середине марта состоится республиканский референдум.
Поспешность завершения реформ объяснима: аппарат, замерший в ожидании перемен, перестает функционировать. Депутаты и министры, не знающие своего будущего, просто имитируют деятельность, пытаясь пережить шторм. Скорость в данном случае – единственный способ сохранить управляемость в стране, считают эксперты.
Обновленная Конституция состоит из преамбулы, 11 разделов и 104 статей. Реформа носит фундаментальный характер: изменения затронули 84% текста (77 статей). В структуру документа введены два новых раздела – «Народный совет» и «Внесение изменений и дополнений в Конституцию», еще четыре раздела были переименованы. Об этом сообщил заместитель председателя Конституционного суда Бахт Нурмаханов. Не тронутым в содержательном плане остался лишь раздел V, регулирующий работу правительства.
Идеологическим фундаментом обновленного закона стала преамбула, в которой подчеркивается преемственность тысячелетней истории «Великой степи» и укрепление государственности на исконной казахской земле. Документ закрепляет принципы «Справедливого Казахстана», незыблемость границ и приверженность концепции «Закон и Порядок». Языковая политика сохраняет преемственность: при сохранении статуса казахского как государственного русский язык продолжает официально употребляться в государственных организациях и органах местного самоуправления.
Новый проект Конституции наглядно показывает: формируется новая архитектура управления. О ключевых изменениях в структуре аппарата страны – переходе к однопалатному парламенту, создании Народного совета и введении поста вице-президента – «НГ» писала ранее (см. номер от 21.01.26). Политолог Данияр Ашимбаев считает, что проект Основного закона получился сверхпрезидентский. Но, с другой стороны, «это политическая традиция нашей республики», – написал Ашимбаев в своем Telegram-канале.
В проекте новой Конституции предложено закрепить абсолютное право человека на жизнь и окончательно запретить смертную казнь. Одной из важных этических норм становится прописанная обязанность совершеннолетних трудоспособных детей проявлять заботу о своих нетрудоспособных родителях. Также на конституционном уровне усиливаются понятия семьи и брака: они закрепляются как добровольный и равноправный союз мужчины и женщины, зарегистрированный государством в строгом соответствии с законом. Отдельно в проекте Основного закона прописывается порядок деятельности религиозных организаций в Казахстане. Устанавливается, что их работа должна осуществляться строго в рамках закона, а в определенных случаях может быть ограничена.
Регулирование коснется и медиасферы. Хотя в самом тексте проекта нет детального перечня правил для работы журналистов, статья о свободе слова была значительно расширена в части возможных ограничений. Стоит отметить, что в стране не так давно была объявлена политика «слышащего государства», а свобода слова признана базовой основой демократии и залогом независимой работы прессы. В документе подчеркивается, что реализация этой «свободы» не должна посягать на честь и достоинство других лиц, здоровье граждан и нравственные устои общества, а также нарушать общественный порядок. При этом уточняется, что право свободно получать и распространять информацию реализуется любыми не запрещенными законом способами, за исключением сведений, составляющих государственные секреты.
Аналогичный подход применен и к праву граждан на мирные собрания: в тексте уточняются условия, при которых это право может быть ограничено законом. Еще одной нормой стало закрепление на конституционном уровне лишения гражданства за наличие паспорта другого государства.
В условиях глобальной геополитической нестабильности проект предусматривает усиление полномочий президента, что обосновано необходимостью реализации модернизационной повестки. Представлен механизм стратегической преемственности власти, призванный обеспечить стабильность проводимого курса. Еще одним важным новшеством является изменение статуса международных договоров: их приоритет над национальным законодательством страны перестает быть безусловным.
При этом, как отметил Ашимбаев, обсуждение проекта новой Конституции показывает, что «большинство его участников не читали действующую Конституцию, не знакомы с динамикой конституционного строительства в Казахстане и уж тем более не в курсе про политико-правовые нормы других стран».
Юрист и правозащитник Евгений Жовтис обратил внимание на то, что нововведения проекта Основного закона укладываются в логику «авторитарной модернизации», цель которой – повысить операционную эффективность системы, не меняя ее идеологического и содержательного ядра. «Но есть и другая сторона. Переформатирование системы – это попытка консолидации власти без создания реальных сдержек. Без кардинальной демократизации результат рискует быть косметическим. Более того, за кулисами остается вопрос гарантий преемственности. Президент Токаев верен обязательствам, но что будет, если его статус изменится? Досрочный уход или смена роли – темы, которые висят в воздухе, несмотря на официальные опровержения», – отметил правозащитник.
Согласно опросу казахстанского института «Общественное мнение», было опрошено 1200 респондентов, 78,4% из них поддерживают конституционную реформу, считая ее своевременным продолжением курса президента Касым-Жомарта Токаева. При этом среди конкретных направлений рассматриваемой реформы лидируют переход к однопалатному парламенту (31,1%), учреждение поста вице-президента республики (21,6%) и создание высшего консультативного органа – Халык Кенеси (20,1%).
Респонденты также относятся к конституционной реформе как к процессу серьезного изменения системы власти и механизмов принятия решений, а не просто формальной корректировки Основного закона. Показательны в этой связи ожидания ими прежде всего усиления обратной связи между государством и населением (32,3%), а также улучшения качества государственного управления (23,3%).
Таким образом, выявленный социологами высокий уровень общественной поддержки конституционной реформы сочетается с достаточно четкими и прагматичными ожиданиями.
