Лариса Каневская Театр Фоменко замечательно обустроился в новом здании, но некоторые спектакли остались на старой сцене. С 2002 года идёт в театре пьеса Петра Гладилина «Мотылёк». Билеты стоимостью от 300 до 1500 рублей можно заказать в кассе по телефону и потом спокойно выкупить, что очень удобно. В старом здании всё камерное: гардероб, буфет, сцена, кажется, что хрупкое. В буфете стандартный зрительский набор: чай/кофе+бутерброд+шампанское обойдется рублей в двести пятьдесят. А ещё в «Мастерской Фоменко» в буфете подают свежевыжатый сок, что, кстати, как «по наследству» ≈ по прямой ≈ перешло теперь и в буфет «Студии театрального искусства» Сергея Женовача.
Хотя год или чуть больше тому назад в Театре Армии объявили целый конкурс на пьесу о сегодняшней армии, ничего нового с тех пор так и не вышло. Современный театр и вправду нечасто берётся за эту, как и прежде, больную тему. А тут остроумный сюжетный ход, который, вероятно, и увлёк режиссёра Евгения Каменьковича: хрупкий юноша в бесконечной и невыносимой череде трудовых армейских будней усилием воли превращается в девушку, и затем просит командира отпустить ЕЁ домой.
Это происшествие сулит полковнику всяческие неприятности, естественно, он отказывается принять свершившийся факт и путём строевой подготовки пытается вернуть бойцу прежний облик.
Но в итоге Полковник (Юрий Степанов), спивающийся в тяжелых условиях Севера от одиночества и вообще собачьей жизни, поддается волшебной силе искусства, то бишь театра. Юноша-девушка (Полина Кутепова) по ходу дела пишет пьесу, ловко перешивает клубный занавес в сценические костюмы и заражает полковника своим энтузиазмом, репетируя с ним сцены из «Отелло».
Утопическая мелодрама начинается бодренько музыкой духового оркестра, но постепенно комедия переходит в трагифарс и фантасмагорию. Актёры, как всегда в «Мастерской...», естественны, даже изящны во всех этих жанрах, что примиряет с «отдельными недостатками» пьесы (на мой взгляд, чересчур много времени занимают сцены из «Отелло»).
Финал спектакля вполне логичен: «мотылёк» погибает в пламени свечи, боец (небоец?) гибнет во время учений. Всё происходит так естественно, что жалость в душу проникнуть не успевает, но интересные мысли появляются. О театре, о жизни...
