Иудеи начали отмечать Пасху

	Участники пасхального молитвенного собрания в каком-то смысле очень похожи на героев рассказов Шолом-Алейхема.

ВЧЕРА иудеи всего мира начали отмечать праздник Пасхи, который был установлен в память исхода евреев из египетского рабства.

В Москве главное богослужение началось в среду около восьми вечера в московской Хоральной синагоге. После богослужения, на котором присутствовало около пятисот человек, иудеи начали отмечать Пасху праздничным ужином - "седером". Приему пищи традиционно предшествуют долгие беседы между собравшимися. А за время трапезы, которая продлилась до утра, каждый из присутствующих должен выпить не менее четырех бокалов вина. Для больных и детей делается исключение - после первого бокала они могут продолжать пить виноградный сок.

Иудеи в Любавической синагоге на Большой Бронной готовятся к торжественной трапезе. Фото Петра Кассина (НГ-фото)

В пасхальный вечер все блюда праздничного стола отличает простота, которая должна напоминать о горечи рабства. Например, смесь из фиников, вина, яблок и орехов призвана напоминать о глине, из которой евреи, будучи рабами, делали кирпичи. На столе обязательно находится тарелка соленой воды, которая является символом слез еврейских женщин, у которых по приказу фараона отнимали первенцев.

Иудейская Пасха (Песах) длится восемь дней, праздничными из которых считаются два первых и два последних дня. В течение этих дней верующий иудей, в память об исходе из Египта, когда в спешке пекли в дорогу хлеб из еще не успевшего подняться теста, обязан употреблять в пищу из мучных изделий только пресные лепешки - мацу. Она готовится на воде и муке без соли и дрожжей. Но Песах имеет и многие другие традиции. Например, в праздник Пасхи ни один еврей не должен чувствовать себя ущемленным или несчастным. Каждая семья должна получить или оказать помощь.

Лет пятнадцать назад у единственной тогда в Москве синагоги на улице Архипова (ныне Большой Спасоглинищевский переулок) в этот день собиралось две-три тысячи человек. Общались, улыбались друг другу, искали между собой чистые носовые платки, чтобы покрыть голову для входа в синагогу. Кэгэбистов приходило человек двадцать. Их сразу "вычисляли" по однообразным серым костюмам и галстукам. Тогда улица Архипова считалась "разносчиком сионизма", и все, кто приходил к синагоге, считались "потенциальными предателями родины". Кто-то однажды пошутил: я был в миру Даниловичем, а когда решил уехать в Израиль, переименовался в Данииловича. Те времена, к счастью, прошли. Теперь в синагоги приходят те, кто верит.