0
1132
Газета Идеи и люди Печатная версия

23.06.2004 00:00:00

Стиль «Лебединого озера»

Тэги: засурский, сми, свобода слова, парфенов

Последнее время журналистское сообщество встревоженно обсуждает возможность замены действующего Закона «О СМИ» более удобным для власти вариантом, по которому, в частности, журналисты будут более зависимыми от владельцев СМИ, а также должны будут раскрывать суду свои источники информации. Об этом мы беседуем с деканом факультета журналистики МГУ Ясеном Засурским.

засурский, сми, свобода слова, парфенов Ясен Засурский: «Я – противник государственных СМИ».
Фото Натальи Преображенской (НГ-фото)

– Ясен Николаевич, у медиасообщества есть немалые опасения, что принятие законопроекта о СМИ, который подготовил Индустриальный комитет, есть большой шаг назад, к цензуре. Что по этому поводу думаете вы?

– Я отрицательно отношусь к идее нового закона о СМИ, считая, что не стоит спешить с изменением законов, которые прошли проверку временем. Закон о печати – это один из тех законов, которые действуют и способствуют развитию и укреплению и демократии, и гражданского общества. Там очень четко защищается свобода печати и право журналистов отстаивать свою точку зрения, свое мнение. В частности, главный редактор или редакция не имеют права вносить в текст те соображения, которые не соответствуют взглядам журналиста и не имеют права направлять его на задания и давать ему задания, которые противоречат его совести, его взглядам. Мне кажется, что это очень важный момент, который хотелось бы здесь сохранить. Да, в этом законе, который был принят в 1991 году, не учтены обстоятельства, связанные с переходом к рыночной экономике, в том числе роль владельцев СМИ. Но это, мне кажется, можно поправить специальным законом о взаимоотношениях владельцев и редакционного коллектива с тем, чтобы оградить общество от опасности превращения журналистики в орудие владельцев. Говорят, что журналистика – это четвертая власть. Но если ею будут пользоваться владельцы, то появится пятая власть – олигархов массовой коммуникации, которые будут управлять обществом через принадлежащую им прессу. Это, по-моему, более опасно для общества, чем какая-нибудь нефтяная или газовая монополия. И у нас уже это было испытано на президентских выборах 1996 года, на которых благодаря СМИ двух олигархов победил президент Ельцин. Нужно защитить интересы журналистов и общества от возможности богатых людей захватить в свои руки мощный инструмент управления общественным мнением. Поэтому во всем мире существуют специальные сдержки и противовесы, для того чтобы этому воспрепятствовать.

– По-моему, на сегодня эта проблема уже не актуальна. Сегодня, например, все основные федеральные телеканалы принадлежат одному монополисту – государству. И именно они сыграли решающую роль на нынешних президентских выборах.

– Конечно, усиление влияния государства очень опасно в этом смысле. И у нас есть пример, когда наличие государственных СМИ привело к возможности переворота. Так было в августе 1991 года, когда государственные СМИ сообщили о том, что Горбачев болен, и под этим «соусом» путчисты произвели попытку переворота. А если бы тогда у нас были бы независимые СМИ, которые не зависели бы от государства, этот переворот был бы невозможен. Я считаю, что должна быть частная журналистика и общественно-правовая. Государственная – нам вообще не нужна. У государства и так много возможностей воздействовать на жизнь нашего общества. Я – противник государственных СМИ, я об этом высказывался давно, в том же приснопамятном 91-м году, опубликовав статью в газете «Известия», где призывал принять специальный пункт в законодательство, запрещающий государству иметь свою печать, поскольку это приводит к таким событиям, каким был путч.

– Иными словами, случись у нас сейчас государственный переворот, никто бы ничего не заметил?

– Да, сейчас нет общенационального негосударственного канала, это очень уязвимый момент. А самое главное, в общероссийском телевизионном вещании нет плюрализма мнений (я сейчас не беру дециметровые каналы, которые доступны значительно меньшей части аудитории, чем федеральные метровые). В принципе я думаю, что государство вообще не должно владеть СМИ – это противоречит концепции гражданского общества. Должны быть СМИ, принадлежащие гражданскому обществу. Во всем мире существует общественно-правовое, или публичное, телевидение, которое финансируется за счет взносов, и в любом случае даже если его финансирует государство, оно управляется не государственными чиновниками, а специальным комитетом, который защищает телекомпанию от давления власти. Вместе с тем неправильно думать, что президент, правительство и Дума – это государство. Государство – это все вместе, совокупность всех институтов. А у нас зачастую под концепцией государства понимается принцип выдающегося французского короля Людовика XIV, который говорил: «Государство – это я». Такая авторитарная концепция очень опасна и нам нужно отходить от того, чтобы государство выступало только одними своими властными структурами.

– Пока что мы видим обратные процессы. Спецслужбы, по сути дела, спровоцировали увольнение Леонида Парфенова.

– Я считаю, что увольнение Парфенова с НТВ – это знаковое для нашего телевидения явление, которое показывает, что вводят тот стиль, который назывался в 1991 году командно-административным и был зафиксирован в прекрасной музыке «Лебединого озера» – когда не будет интересных людей в кадре. И это очень опасно и для страны, и для общества.

Тем более что там речь идет даже не о содержании того, что говорил Парфенов, а о том, что он не послушался начальника. И в этом отношении меня огорчает позиция многих руководителей СМИ. Знаете, как говорится, вот собираются либеральные помещики и говорят, да, этих крепостных надо сечь.

– А что для вас важнее: журналистский долг или корпоративная этика?

– Мне дороже корпоративная этика журналистов. Мне кажется, что журналисты должны были бы поддержать Парфенова. Меня порадовала реакция Первого канала – Владимир Познер, пригласив Парфенова, снизил накал неприличной коллизии. А вот этой журналистской корпоративной этики у нас и нет. А корпоративная этика владельцев примитивна – заботиться о своих доходах и о том, чтобы все ходили по струнке. Дал вот Александр Герасимов интервью, в котором сказал, что «Намедни» – это программа, которая несла золотые яйца. А ведь он в числе тех, кто ее и зарезал. Почему они это сделали? Думаю, что им не нравилась парфеновская независимость суждений. В данном случае опасность была не в содержании запрещенного сюжета с вдовой Яндарбиева – там ничего такого не было, а в поведении самого Парфенова, который не послушал указания начальства, – неуправляемость. Эти неуклюжие объяснения, которые делали Сенкевич и Герасимов, не проясняют сути дела. Просто они избавились от журналиста, который имел свою собственную точку зрения и выражал ее в очень спокойной форме, ни на кого не нападая, с минимальным политическим подтекстом. Но, видимо, у руководства НТВ есть серьезное желание выстроить структуру компании по военному принципу. Как в свое время говорили, «журналисты – это солдаты партии».

– Многие наблюдатели сходятся во мнении, что на самом деле чашу терпения власти переполнил остроумный сюжет в «Намедни», касающийся президентского Послания, где все присутствующие оказались с лицами Путина. В ельцинскую эпоху к такой вольной трактовке отнеслись бы значительно более снисходительно.

– Да, в подобной ситуации Ельцин бы не стал оказывать давления. Он в этом смысле был исключительно лояльным. Правда, не потому, что ценил критический дух, а просто потому, что он не считал такие выпады заслуживающими внимания и хорошо относился к журналистам. Я сомневаюсь, что у этих руководителей НТВ существует связь с Путиным, но я могу только сказать, что тот подход, который был использован при увольнении Парфенова, не соответствует нравам, которые существуют и должны существовать в журналистском и коммуникационном сообществе.

– Но, с другой стороны, Ясен Николаевич, Парфенов сам поспособствовал своему увольнению, демонстративно отдав приказ Герасимова в прессу.

– Мне кажется, что это недостаточно для того, чтобы уволить такого блестящего журналиста и комментатора. И это второй у нас такой выдающийся комментатор, который уходит из телевидения. В свое время у нас был на телевидении Евгений Киселев, который имел самостоятельную точку зрения. Теперь он перешел в печатные СМИ. Я не знаю, куда уйдет Парфенов, но мы теряем талантливого журналиста, который, как бы там его ни оценивали, не стремился к политизации телевидения. Наоборот, в этом он как раз и разошелся с Евгением Алексеевичем при закрытии НТВ и, видимо, был не прав. Он стремился к тому, чтобы делать интересные, живые, доступные аудитории новости, прежде всего информировать. Это был его стиль. И тем не менее не угодил начальству.

– Думаю, что из западной телекомпании его бы уволили еще быстрее. Как в свое время знаменитого Фила Донахью – с кабельного канала NBC за то, что он позволил себе критиковать руководство США за ввод войск в Ирак. А ведь его программа тоже была самой рейтинговой на канале. Не является ли эта общемировая тенденция, на ваш взгляд, свидетельством того, что сейчас востребованы не столько журналисты, сколько пропагандисты?

– Желание начальников нивелировать журналистов – интернационально, но очень большое заблуждение считать, что журналистика не нужна. Пропаганда же, как известно, многим режимам помогла поначалу добиться успехов, но затем они окончились полным крахом. Можно вспомнить Гитлера и Германию, Муссолини и Италию, Сталина и СССР, который в 1991 году «неожиданно» развалился.

– Как тогда шутили, «в «Правде» нет известий, а в «Известиях» – правды».

– Да, если бы в «Правде» была правда, а в «Известиях» были известия, может быть, такого коллапса в 1991 году бы и не было. Вы знаете, к нам на факультет поступают много молодых ребят, которые хотят делать хорошее, честное телевидение и заниматься журналистикой, а не пропагандой. Мне кажется, что все эти эксперименты с созданием застойной обстановки в массмедиа – обречены. Все равно какой-нибудь канал займет нишу, которая выбита из-под НТВ, эта ниша востребована аудиторией. Обязательно займет, если не создадут каких-то специальных законов, которые будут вообще препятствовать журналистской деятельности. Любое нежелание дать возможность свободной мысли – губительно и для телевидения, и для России в целом, оно неприемлемо для свободного общества свободных людей.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Замминистра обороны Николай Панков  наградил победителей VIМеждународной олимпиадыпо военной истории

Замминистра обороны Николай Панков наградил победителей VIМеждународной олимпиадыпо военной истории

0
672
Иркутск меняет облик

Иркутск меняет облик

Владимир Полканов

Проекты бизнеса дают шанс качественно улучшить городскую среду в столице Восточной Сибири

0
1492
Улицу Меликова в Уфе переименовали по просьбе жителей

Улицу Меликова в Уфе переименовали по просьбе жителей

Роман Каширин

0
640
Инвентаризация показала: рентабельными являются лишь 36-64% извлекаемых запасов нефти

Инвентаризация показала: рентабельными являются лишь 36-64% извлекаемых запасов нефти

0
953

Другие новости

Загрузка...