0
1715
Газета Идеи и люди Печатная версия

02.04.2008 00:00:00

Открытые двери или проходной двор?

Тэги: миграция, мигранты, фмс


миграция, мигранты, фмс По мнению Константина Ромодановского, говорить о массовом оседании иностранцев на нашей территории не приходится.
Фото Григория Тамбулова (НГ-фото)

Многомиллионный поток иностранных рабочих, устремившийся на российский рынок труда, помимо обывательского недовольства «понаехавшими» спровоцировал жаркие дискуссии о плюсах и минусах этого процесса. В эти дни в Санкт-Петербурге проходит очередное заседание Совета руководителей миграционных ведомств стран СНГ, где обсуждается организация такой системы привлечения трудовых ресурсов, которая бы учитывала не только профессиональную ориентацию мигрантов, но и их распределение по регионам с учетом этой ориентации. Сегодня на вопросы «НГ» отвечает человек, более других информированный в вопросах миграции. Это директор Федеральной миграционной службы РФ Константин Ромодановский.

– Константин Олегович, многие из наших соотечественников с некой опаской, а иные и с неприязнью относятся к мигрантам. Дескать, заполонили страну, скоро свои порядки начнут устанавливать...

– Озабоченность наших соотечественников понять можно. Не переходит ли Россия черту, которую переходить нельзя? Хочу успокоить: мы следим за миграционными процессами внимательно, по-хозяйски. Пока поводов для беспокойства нет. Это подтверждает и статистическая картина миграционных процессов. По данным Пограничной службы ФСБ России, в 2007 году в нашу страну въехали более 25 миллионов человек. Это несколько больше, чем ранее: в предыдущие годы эта величина составляла 20–22 миллиона. Выезжает чуть меньше, но разница получается в основном из-за того, что человек, скажем, въехал до нового года, а выехал после. Все это говорит о том, что люди приезжают, чтобы отдать свой труд, заработать деньги и вернуться к семьям. Говорить о массовом оседании иностранцев на территории России не приходится. Задерживаются иностранцы там, где остра демографическая ситуация. Проблема рабочих рук перед Россией будет стоять как минимум до 2025 года. Те плюсы, которые получила страна сейчас по рождаемости, раньше на рынке труда не скажутся по понятным причинам. До этого рубежа России без иностранной рабочей силы не обойтись.

– Сколько мигрантов трудится в России?

– Законно, то есть легально, в стране работают около двух с половиной миллионов иностранцев. Нелегальная часть, которая в предыдущие годы оценивалась в 10–15 миллионов человек, за 2007 год «стаяла» до 5–7 миллионов. Мы связываем это резкое – в разы! – уменьшение теневого рынка труда в первую очередь с упрощением процедур получения разрешений на работу для граждан СНГ.

– Какие страны дают нам наибольшее количество мигрантов?

– До 2007 года лидировал Китай, который давал более 20% от общего числа легальных мигрантов. В 2007-м первую строчку занял Узбекистан – 20,1%, далее идут Таджикистан – 14,6%, Китай – 13,3%, Украина – 12,2% и Турция – 7,6% от общего числа легально работающих иностранцев в России.

– Можно ли выстроить рейтинг российских регионов по числу принимаемых трудовых мигрантов?

– Распределение идет весьма неравномерно. 50% приезжающих устраиваются работать в Москве и Московской области, Санкт-Петербурге, Приморском крае и Свердловской области. В целом же 13 регионов, включая пять уже названных, дают около 70% миграционной напряженности.

– Можно ли говорить о «более желанных» и «менее желанных» мигрантах, имея в виду страну, из которой они прибыли? Существует ли некая система квот по странам?

– Российским законодательством предусмотрено установление квот, но сам механизм пока не задействован. Что касается «более желательных» и «менее желательных» мигрантов, то такого деления у нас нет. У нас со всеми странами СНГ, кроме Грузии и Туркменистана, существует безвизовый режим въезда и никто никому не чинит препятствий.

Конечно, такое положение не может считаться цивилизованным. Наша политика должна заключаться в том, чтобы в Россию ехали не все кому вздумается, а люди востребованные по профессии, владеющие русским языком, уважающие наши традиции и культуру. Они должны приезжать и работать не где им хочется, а где их труд наиболее необходим. Такова перспектива, но мы делаем только первые шаги. Я просто хочу напомнить, что территориальные органы нашей службы начали формироваться с 1 января 2006 года, а до этого в стране царил, можно сказать, миграционный хаос.

– Какова штатная численность ФМС?

– Она составляет 34 286 человек. Но это не значит, что столько людей уже работают, штатные структуры сейчас в процессе заполнения.

– Константин Олегович, миграционные процессы, как показывает мировая практика, могут нести как благо, так и угрозу национальным интересам России. Где та грань, за которой появляется угроза? Кто ее определяет – президент, правительство, Совет безопасности, ученые?

– Эту грань обозначает сама жизнь. Это когда миграция становится неуправляемой, когда начинаются конфликты на межнациональной почве из-за ущемления прав граждан, несоблюдения интересов как мигрантов, так и коренного населения. Пример Франции в этом плане очень показателен. Поэтому миграционная политика, выработкой которой заняты многие государственные органы, должна быть дальновидной, гибкой, учитывать экономические, демографические реалии, их научный анализ. Однако я хочу еще раз подчеркнуть: Россия от таких угроз пока далека.

– Сколько иностранной рабочей силы Россия может «переварить» безболезненно?

– Одни эксперты называют 14%, другие 17% от общей численности населения. Лично я считаю, что ни первый, ни второй показатели не могут обозначать некий критический предел. Если темпы экономического развития не упадут, если крупные национальные проекты и программы, в которые вовлечены огромные территории, будут реализовываться, мы вряд ли уложимся в упомянутые показатели. В их превышении не вижу никаких серьезных угроз. Важно, чтобы концентрация мигрантов в отдельных регионах не превышала критическую массу.

– Константин Олегович, введение уведомительной процедуры регистрации мигрантов воспринято неоднозначно. Правозащитники меру одобряют, представители правоохранительных органов считают, что это послабление будет способствовать росту преступности. Какова ваша позиция?

– Исходить нужно не из позиций милицейского сержанта, которому хотелось бы, чтобы без его разрешения иностранный рабочий и шагу не ступил, а из интересов государства, общества. Если страна не может обойтись без иностранной рабочей силы, нужно заботиться, чтобы эту рабочую силу своевременно и в нужных количествах привлечь. А для этого необходимо, чтобы иностранный рабочий легко и просто, без проволочек, получил правовой статус в России. Уведомительный характер постановки иностранцев на учет этим и продиктован. Это во-первых. Во-вторых, отсекается коррупционная составляющая. Человек приехал, уведомил о своем приезде, и многочисленные фирмы-посредники, а зачастую и недобросовестные милиционеры, гревшие на этом руки, остались, как говорится, при своих интересах.

А что касается преступности, то она от введения уведомительной процедуры учета не выросла, а наоборот, снизилась. Обычно преступления, совершенные мигрантами, составляли 3% от общего количества, а в 2007 году эта доля снизилась до 2,8%. Было 55 тысяч преступлений, совершенных иностранными мигрантами, стало 50 тысяч. Разница в 5 тысяч – это ощутимый показатель.

– Но поборы до сих пор существуют...

– Конечно, искоренить это одним махом невозможно. На кону очень большие деньги, которые исчисляются не одним десятком миллиардов рублей. Это то, что лежит на рынке у посредников. И, конечно, так просто, без боя они эти позиции не сдадут. Возьмите систему выдачи заграничных паспортов. Ни для кого не секрет, что у нас посредники на этой платформе едут очень давно и слезать не желают. Так вот в декабре я обязал сотрудников выдавать паспорт только в руки владельца. Из сложившейся цепочки убран посредник. Позиции сдаются с боем, но процедура идет.

Оформление документов – это проблемное для нас место. Казалось бы, стать на учет проще простого – можно сделать это даже по почте, заплатив за услугу почтовой связи 180 рублей. Но есть приезжие, которые не в состоянии заполнить заявления-анкеты на русском языке. Сейчас мы собираемся ввести такую государственную услугу, чтобы опять-таки отбить посредников. Даем человеку выбор: можешь сам заполнить – заполняй, не в состоянии – подойди к специальному окошку и там тебе сотрудник ФМС заполнит за символическую плату.

– Взаимоотношения ФМС с российскими работодателями и раньше не были простыми. После того как ужесточили санкции за привлечение нелегальной рабочей силы, они стали еще сложней. Какими вам видятся пути решения этой проблемы? Крупные штрафы – это главный рычаг влияния или есть другие, не менее действенные?

– Путь к снятию остроты проблемы один – строго следовать требованиям закона. В 2005 году штраф за незаконно используемую иностранную рабочую силу в Москве составлял около 8 тысяч рублей. Для крупных строительных компаний это были копейки. Штрафы платили, но ничего не менялось. Сейчас по Москве штраф за каждого незаконно используемого трудового мигранта достиг 221 тысячи. Это уже очень ощутимое наказание рублем. Я не скажу, что в этой сфере уже полностью наведен порядок, но то, что ситуацию удалось переломить, – это факт. Наш принцип: при использовании штрафов не доходить до фанатизма, чтобы случайно не довести структуру до банкротства.

Многого можно было бы достичь за счет усиления информационной работы среди работодателей, которые, к сожалению, не всегда хотят нас слушать. Пытаемся достучаться. Конечно, нас упрекают в некоем карательном подходе. Но те, кто так думает, должны знать, что законом предусмотрено еще и уголовное преследование за такие нарушения. Однако к этому мы прибегаем лишь в крайних случаях.

– Вы выступаете за выстраивание системы организованного привлечения иностранной силы с учетом профессиональной ориентации и распределением по регионам. Готовы ли к этому наши партнеры по СНГ?

– Решением глав государств СНГ создан Совет руководителей миграционных ведомств. В эти дни мы проводим очередное заседание, где основным вопросом повестки дня как раз и будет организация такой системы привлечения мигрантов. Мы сходимся в том, что в этой системе должны работать не только государственные органы, но и бизнес-структуры, такое партнерство будет более эффективным. Есть интересные начинания, но больше с нашей стороны. Российский Фонд содействия развитию международных связей и социальных систем реализует ряд важных программ. К примеру, разработан проект строительства общежитий гостиничного типа для мигрантов, создаются представительства фонда за рубежом. Наиболее плодотворные у нас контакты с Киргизией, Таджикистаном, Узбекистаном. Я поддерживаю тесные контакты с Клубом послов государств – соседей России. Это хорошая неформальная площадка для поиска решений проблем добрососедства – в том числе упорядочения трудовой миграции.

Мы стремимся к тому, чтобы человек, находясь еще за рубежом, получал все необходимые разрешительные документы, знал, в какое место едет, что там будет делать. Далее ФМС выделяет своего сотрудника, который сопровождает приезжих до места работы и решает возникающие по ходу проблемы. Но это еще вопрос будущего. У себя такие вопросы решаются быстрее и проще. Например, уже в апреле–мае на Ленинградском вокзале в Москве мы откроем специальный пункт, в котором наши сотрудники будут оказывать консультационные услуги по российскому миграционному законодательству.

– Константин Олегович, количество прибывших мигрантов в минувшем году выросло, а число выдворений сократилось. Чем это объяснить?

– Действительно, если за 2006 год по решению судов было выдворено более 50 тысяч человек, то в 2007 году – 28 тысяч. Этот факт объясняется не резким ростом законопослушания иностранных граждан. Просто меняются подходы в судебной практике – суды стали реже применять меру выдворения и чаще штрафовать. Я полагаю, это правильно, потому что порой получается замкнутый круг: человека выдворяют, а он, не имея средств к существованию, нелегально возвращается, хотя и лишен права въезжать в Россию в течение пяти лет.

– Выдворение осуществляется за наши бюджетные средства?

– Не всегда. Государственные средства задействованы меньше чем в половине случаев выдворения. Есть самовыезд, есть за счет работодателя, есть за счет государства. Мы стараемся решать вопрос за счет работодателей.

– Если у мигранта возникли проблемы неуголовного характера с законом, где он должен содержаться?

– В специализированном центре для содержания иностранных граждан. Таких у нас в России пока пять – три в Москве и по одному в Омске и Саратове. По закону такие центры должны быть почти во всех регионах, но ряд регионов только начинает капиталовложения в их строительство. Кроме того, у нас есть один центр под реадмиссию (процедура депортации с участием двух государств) в Пскове, еще один мы будем реконструировать в Ростове-на-Дону, работы уже начаты.

– Граждане Украины имели право на 90 дней пребывания на территории России без постановки на учет, но перед новым годом последовало заявление ФМС о том, что это положение будет отменено, чтобы всех поставить в равное положение. Этот вопрос уже решен?

– Идет процесс урегулирования этого вопроса на уровне министерств иностранных дел обеих стран. У нас нет процедуры регистрации, есть постановка на миграционный учет, и мы ничем не обременяем гражданина Украины, как и любого другого гостя.

– Но пока этот 90-дневный срок действует?

– Да, действует.

– Константин Олегович, сейчас в Москву едут очень много людей из регионов. Они говорят с обидой: нас, граждан России, ставят на одну доску с мигрантами – мигрант должен становиться на учет и я должен. Обидно!

– Нельзя рассматривать процедуру фиксации как какой-то обременяющий карательный элемент. Наоборот, это элемент защиты человека. Посмотрите, сколько людей ищут родных, близких через телепрограмму «Жди меня». Эта непопулярная процедура постановки на учет в случае чего может спасти законопослушному человеку жизнь.

– Процедура там такая же – уведомительного характера?

– Нет. По российским гражданам мы к этому только подходим.

– Есть ли надежда на то, что программа привлечения наших соотечественников из-за рубежа преодолеет отставание и выйдет на ранее запланированные показатели?

– Пока она отстает. Обычно человек переселяется, потому что ему там плохо. Нельзя допустить, чтобы и на родине ему было плохо. У него должно быть жилье, работа. Но наши регионы еще не могут этого обеспечить в должных объемах. Со стороны федерального Центра все подкреплено – государство готово компенсировать транспортные расходы, платить пособия. Это все идет через нас. Но возможности регионов очень ограничены.

Программу запустили в сентябре, на сегодняшний день переехали более 1300 человек. Вот вам цифры из последней сводки: Калининградская область приняла 700, Липецкая – 150, Калужская – 120 человек.

– Имеются ли какие-то данные, сколько всего соотечественников желают вернуться на родину, есть ли какие-то очереди?

– По данным наших дипмиссий за рубежом, интересовались условиями госпрограммы более 30 тысяч человек. Анкеты заполнили 6,5 тысячи. Заявления на выдачу свидетельств участников госпрограммы подали 1600 человек. В основном это люди из стран Средней Азии.

– Спасибо за беседу.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


В Галисии и Стране Басков проходят выборы в местные парламенты

В Галисии и Стране Басков проходят выборы в местные парламенты

0
94
Болгарский премьер Бойко Борисов заявил, что не уйдет в отставку

Болгарский премьер Бойко Борисов заявил, что не уйдет в отставку

0
94
В Грузии количество подтвержденных случаев заражения COVID-19 достигло 986

В Грузии количество подтвержденных случаев заражения COVID-19 достигло 986

0
95
На границе Армении и Азербайджана возобновились артобстрелы

На границе Армении и Азербайджана возобновились артобстрелы

0
130

Другие новости

Загрузка...