Сергей Чижов
Фото Ярослава Чингаева /Агентство «Москва»
На недавнем совещании с министрами президент России призвал объяснить, почему показатели экономики оказались ниже официальных расчетов. ВВП сократился на 1,8% за январь–февраль, напомнил глава государства. По словам Владимира Путина, спад зафиксирован в обрабатывающих отраслях и промышленном производстве в целом, а также на «системно значимом направлении» – строительстве. Президент поручил подготовить предложения по мерам, направленным на возобновление роста экономики, поддержку деловых инициатив, улучшение структуры занятости в пользу отраслей с более эффективными рабочими местами. Банк России принимает ключевые решения по пятницам, и на 24 апреля намечено заседание, на котором, предсказывает большинство аналитиков, Банк понизит ключевую ставку с 15 до 14,5%.
На неделе 7–13 апреля инфляция в нашей стране полностью остановилась, сообщил Росстат, а среднесуточный прирост цен с начала апреля составил всего 0,013%. Инфляционные ожидания населения тоже успокаиваются. С марта по апрель они снизились с 13,4 до 12,9%. Но даже в таких условиях снижать ставку более быстрыми темпами регулятор не станет, полагают аналитики. Кстати, в материалах к предыдущему заседанию 20 марта ЦБ сам отмечал: если не менять ставку, это может создать риски избыточного охлаждения экономики.
В прошлом месяце, отчитываясь в Госдуме, председатель Банка России Эльвира Набиуллина назвала главным препятствием, мешающим нашей экономике, низкую производительность труда. По этому уровню, отметила Эльвира Сахипзадовна, мы заметно отстаем от стран-лидеров. «Эффективность – ключевое направление роста экономики», – считает она. По словам председателя ЦБ, мы не растем экстенсивно, поскольку вся рабочая сила задействована, безработица – на историческом минимуме в 2%, а значит, развитие народного хозяйства возможно только за счет производительности труда.
Одна из причин нехватки рабочей силы – демографический кризис, а одно из последствий – массовый завоз мигрантов. Но завоз – полумера. Главное средство повышения производительности труда – роботизация. Понятно, что покупать роботов – дорого. Поэтому государство могло бы или прямо субсидировать такие закупки, параллельно инвестируя в производство собственных роботов, или помогать косвенно – обеспечить макроэкономическую стабильность, благодаря которой предприятия купят робототехнику в кредит, взятый под низкий процент, – в расчете на будущую прибыль.
В 2023 и 2024 годах экономика росла высокими темпами – 4,1 и 4,9%, а темпы кредитования достигали 22% в год. Тогда предприятия условно делились на три части. Первые работали «на свои» и не лезли в долги. Молодцы. Но такие предприятия, в большинстве своем, не развивались, производительность труда не наращивали. Компании, условно входящие во вторую группу, взяли большие займы и в итоге их «проели». Третьи – тоже взяли кредиты, но направили их на развитие, на запуск новых проектов, на повышение производительности труда, в том числе на оснащение робототехникой.
Когда тучные времена закончились, под ударом оказались обе категории должников. Но между второй и третьей категориями есть принципиальная разница. Предприниматели, взявшие в долг на модернизацию, по сути, доверились государству. Поверили в прогнозы о том, что экономический рост 2023–2024 годов продлится долго, что макроэкономическая стабильность обеспечена – и решились на реформы в попытке повысить свою эффективность.
Первопроходцам, добившимся успеха в повышении производительности труда, государство теперь могло бы помочь. Например, реструктурировать долг через институты развития – чтобы такой бизнес мог вздохнуть спокойно и позволить наконец роботам поднять производительность труда.
Но пока развиваться мешает высокая ключевая ставка. В марте ее понизили до 15%, но хотелось бы большего. Нужно снижать до 12%, а в следующем году – до 7%. Тогда возникнут условия для роста.
При определении ставки нужно исходить из показателей рентабельности бизнеса в России. По итогам 2023–2024 годов средняя рентабельность проданных товаров (продукции, работ, услуг) по стране составила 12,7–13,5%. В обрабатывающем производстве средний уровень достиг 14,7%. В розничной торговле – 5–15%. В такой важной отрасли, как автопром, – 9,7%.
Во время дискуссии в Думе я напомнил Эльвире Сахипзадовне, что на счетах физических лиц в коммерческих банках к 1 марта накоплена колоссальная сумма – 67 трлн руб. Эти средства могли бы помочь в финансировании проектов инфраструктурного развития, технологического лидерства, особенно на региональном уровне. Тогда я уточнил, намерен ли Центробанк расширять инвестиционные возможности физических лиц для вложения в проекты с высоким уровнем надежности – причем в своих регионах. Набиуллина ответила, что линейку таких инструментов ЦБ развивает. Но, по ее мнению, фактором роста экономики служат инвестиции, а ключевым источником вложений остается выручка компаний. А как раз с этим, по мнению Набиуллиной, все неплохо. Несмотря на некоторое снижение, прибыль бизнеса в прошлом году превысила 27 трлн руб.
На мой взгляд, прибыль снижается слишком резко, о чем говорит статистика. Судите сами:
– 2021 год: 29,4 трлн руб. Это рекордный восстановительный рост – в 2,4 раза относительно ковидного 2020 года, на фоне восстановления глобального спроса и высоких цен на сырье.
– 2022 год: 25,9 трлн руб. Снижение на 12,6% по понятным причинам – из-за введения масштабных санкций и перестройки логистических цепочек.
– 2023 год: 32,7 трлн руб. Исторический максимум. Значительный вклад в этот подъем внесли отрасли, связанные с гособоронзаказом и импортозамещением.
– 2024 год: 30,4 трлн руб. Снижение на 6,9% к уровню 2023 года. На динамику начали влиять рост издержек и высокая ключевая ставка.
– 2025 год: 27,1 трлн руб. Падение на 10,9% к 2024 году. Основное давление на показатель оказали высокая стоимость заимствований и падение спроса в ряде секторов.
Быстро снижать ключевую ставку ЦБ не намерен. Регулятор полагает, что «это будет происходить плавно, чтобы не провоцировать избыточного прироста спроса и усиления роста цен». Новаторы в таком случае останутся под ударом.
Спикер Госдумы Вячеслав Володин не исключает, что официальные задачи Банка России изменятся – а до сих пор своей главной целью ЦБ считает лишь борьбу с инфляцией. «Почему у нас ЦБ не отвечает за рост экономики?» – задался вопросом спикер. Он привел в пример страны, где центробанки отвечают еще и за борьбу с безработицей. «Это все решается в рамках национального законодательства», – заявил спикер. Может, действительно пора начать дискуссию вокруг корректировки закона о Центральном банке?
