Список Поболя

Чух-чух, чух-чух, чух-чух – так земные годы и пролетают... Клод Моне. Вокзал Сен-Лазар. Прибывающий поезд. 1877. Музей Фогга, Гарвардский музей искусства, Кембридж

Книга эта, выпущенная Мандельштамовским обществом, по-своему необычна. Необычна не только тем, что посвящена уникальному человеку, литературоведу, географу, путешественнику, историку-архивисту Николаю Львовичу Поболю, ушедшему от нас 27 января прошлого года. Не только его текстами и архивными изысканиями и опубликованными документами, не только воспоминаниями о нем. Книга уникальна своей структурой. Самое удивительное и бросающееся в глаза, когда открываешь эту книгу-биографию, – это пять страниц оглавления. Уже сам список заголовков воспоминаний читается как стихотворение – «Неожиданный человек», «Мой несерьезный друг», «Хриплый романтик», «Охота на глухарей», «Человек из другого мира и теста», «Жил певчий дрозд, или TakeFive», «Улыбающиеся глаза в сигаретном дыму», «Путешествие к друзьям», «Поболь – это весна»…

Собеседник на пиру: памяти Николая Поболя. / Ред.–сост. П. Полян.  – М.: Мандельштамовское общество – О.Г.И. 2013. – 624 с.

Список этих названий словно переносит тебя в поезд, несущийся на любимый Николаем Поболем Север. Сидишь в купе со стаканом чая и смотришь в окно на пролетающие северные станции, такие похожие и такие разные, названия которых тоже складываются в звучащую в голове песню – Вычегда, Лименда, Пекарня, Черемуха, Кемица, Лодьма, Няндома, Княжпогост…

Работы Николая Поболя, собранные под одной обложкой, представляют немалый интерес для всех, кто интересуется реальной, основанной на фактах, а не мифах, недавней историей своей страны. Подборка публикаций Поболя в «Новой газете» в 2008–2010 годах в рубрике «Ваши документы!» производит впечатление искусства мозаики, когда из множества миниатюрных фрагментов создается целостное полотно. Но, возможно, у Николая так хорошо получалась целостность, потому что он знал цену и вес каждого фрагмента и видел их взаимосвязь.

Читая воспоминания, с радостью видишь, что все без исключения авторы избежали соблазна подобного жанра – писать не о герое воспоминаний, а в первую очередь о себе. Наверное, потому, что любили того, о ком писали.

Когда я держал в руках этот том, мне пришла в голову простая мысль. Не каждому человеку дан талант художника, скульптора, музыканта. Но каждому из нас дана жизнь как материал для творчества и вербальный запас, чтобы описать то, что у тебя получилось или не получилось. У Николая Поболя это получилось. И прожить уникальную по своей энергетике, разносторонности, вдумчивости и азарту жизнь, и оставить после себя замечательные, тонкие и умные тексты, результаты изысканий в экспедициях и в архивах. Друзей. Собственно, книга именно об этом.

Большое впечатление производит объемная библиография работ Николая Поболя, которой мог бы позавидовать иной академик. В этом пятистраничном списке поражает широта интересов автора – от статьи «Наш друг и соперник – река» до исследований массовых депортаций и работ о Мандельштаме. А рядом и «Глобус крепких напитков», и шуточные стихи.

Мне кажется, что основа биографии Николая Поболя и результативности его как исследователя кроется в стихолюбии, ибо, как заметил Бродский, «стихотворение – колоссальный ускоритель сознания, мышления, мироощущения». Наверное, именно вдумчивая любовь к поэзии и дала силы сделать так много за столь безжалостно короткую жизнь.

Прочтите эту книгу, даже если вы не были знакомы с Николаем Поболем. Даже уйдя от нас, на ее страницах он остался мудрым, энциклопедически образованным и благородным собеседником.