0
1809
Газета Печатная версия

13.04.2022 20:30:00

Замочная скважина

Бегство из человейника к морю и обратно

Тэги: проза, бегство, откровенность, толпа, море, кино, писатель, драматург, котенок


13-14-2480.jpg
Толпа, особенно окололитературная, обожает
интимные подробности. 
Жан-Оноре Фрагонар. Любопытство.
1767–1771. Лувр, Париж
Давно не читала прозу Романа Сенчина, но рецензии на новинку под названием «Русская зима» спровоцировали любопытство, тем более что под обложкой две повести.

Его стиль узнаваем – в его буквы погружаешься как во что-то давно знакомое, и потому не покидает ощущение дежавю. О да, мы стилистические антиподы, и далеко не все, что пишет Сенчин, мне близко. И крайне неблизко то, что на страницах «Русской зимы» он раскрывает собственную частную жизнь столь интенсивно, в лоб – ощущение, будто подглядываешь в замочную скважину, не покидает. Некоторые абзацы пролистываются «на ускоренной перемотке», многое читается по диагонали: оказывается, просто не хочу интимных, как и кухонно-литературных подробностей, – все это неинтересно. Читая зимнего Сенчина, пожимаешь плечами: что вышло бы, если б я написала подобный автобиотекст? Смогла ли б отдать его на растерзание чужим? Быть открытым толпе, выходить к ней с открытым забралом – нонсенс: для чего? Да еще толпе ядовито-окололитературной, которая во все-то сует непомерно длинный нос.

Но автор решил иначе, и это его право – и лево: рассматривать историю глазами условных Серафимы Булатович и Олега Свечина, они же в реальности популярный драматург Ярослава Пулинович и писатель-лауреат Роман Сенчин.

Впрочем, публика-дура часто приветствует подобные раздевания, но это не показатель ее «правоты»: мне, например, хочется просто закрыть за персонажами дверь, оставив их наконец наедине, – и очистить от банальных литпьянок, которыми кишит текст. А вот, кстати, как лаконично и емко автор передает состояние героини в начале: «Если отсечь мелочи, то ее все в жизни устраивает. Правда, эти мелочи не отсекаются. Тормошат, колют, душат» – и в этой детали весь Сенчин-наблюдатель. Он ведь совсем не Уэльбек, он работает в условном чеховском русле, более чем традиционном, как традиционно скучны, а нередко и мерзки печали и печальки пресловутого маленького человечка – попытки же смотреть ниже пояса легко оставить за скобками или написать о плотских утехах действительно с кайфом, а не просто констатировать то или это.

13-14-11250.jpg
Роман Сенчин. Русская зима:
Повести.– М.: АСТ: Редакция
Елены Шубиной, 2022. – 448 с.
(Новая русская классика).
Повесть «У моря», открывающая книгу, более удачна и самоценна, хотя в главном герое снова просвечивает автор. Перед нами московский сценарист Сергеев, сбежавший из города к воде: «Много лет он работал. И устал. И бросил работать… И он выбрал квартиру не в человейнике на краю мегаполиса, а вот такую – в напоминающей одесскую из фильмов двухэтажке на шесть квартир, с лестницами и террасой. И главное – с видом на море». Сергеев уже в детстве почувствовал усталость от людей, в армии писал стихи, а потом поступил во ВГИК и стал тем самым винтиком в системе кинопроизводства, которая позволяет ему функционировать и платить по счетам, но только не реализовываться: пресловутый калашный ряд занят «своими», чужих там «не нать». Неудивительно, что у моря сценарист планирует написать наконец свой шедевр, свой полный метр, хотя настрой у него еще тот: «Сергеев себя не останавливал. Наверное, потому что знал – фильм никогда не снимут…» Меж тем дикие в своей тупой простоте местные – и главное, девицы, встречающиеся на его пути, – вынуждают Сергеева в итоге бежать. Да, он еще надеется на то, что где-то есть и его место под солнцем, но рыжий котенок по кличке Штормик, которого малодушно бросает, уходя навсегда, несостоявшийся маэстро кинозала, – прямой намек на обратное, бумеранг.

Итак, две истории бегства – две экс-жизни лютой русской зимы от Романа Сенчина: читаем.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Сикхи и индуисты бегут из Афганистана

Сикхи и индуисты бегут из Афганистана

Лариса Шашок

Религиозная нетерпимость обернулась прямым террором

0
434
Австралийское животное

Австралийское животное

Александр Гальпер

Избавление от книг как целая наука

0
893
В газовой камере

В газовой камере

Владимир Соловьев

Ирен Немировски если изменяла мужу, то только с литературой

0
598
Между писателем и сатириком

Между писателем и сатириком

Арсений Анненков

Подводные камни двойного призвания

0
342

Другие новости