0
4763
Газета Печатная версия

02.07.2024 15:25:00

Почему «братья» пришли на смену «товарищам»

Роль исламских политических партий в национально-государственном строительстве на Арабском Востоке

Михаил Стрелец

Об авторе: Михаил Васильевич Стрелец – доктор исторических наук, профессор.

Тэги: ислам, партии, арабский восток, политика рф, мусульмане, вера, религия, общество, государство, египет, тунис, ливан, йемен, фундаментализм


ислам, партии, арабский восток, политика рф, мусульмане, вера, религия, общество, государство, египет, тунис, ливан, йемен, фундаментализм Избрание Мухаммеда Мурси президентом Египта было с восторгом встречено исламистами и с неудовольствием всеми остальными. Фото Reuters

Арабский Восток стал одним из главных векторов внешней политики России и союзной с ней Белоруссии. Для того чтобы плодотворно развивалось сотрудничество Москвы и Минска с этими странами, нужно в числе прочего изучить устойчивые политические концепты. Это прежде всего исламские политические партии. Здесь главное – разобраться в преемственности и обновлении в истории религиозно ангажированных партий. Преемственность прослеживается в доктринальной основе. У этой основы три источника. Первый и по порядку, и по важности – Коран, второй – Сунна, то есть священное предание, третий – заключения выдающихся исламских богословов и мыслителей.

Доцент кафедры сравнительной политологии МГИМО Ирина Кудряшова и преподаватель той же кафедры Александр Козинцев отмечают: «Разрыв исламских партий с кораническим временем и помещение их в национально-исторические контексты, а также размывание их первоначального ценностного ядра задают современное восприятие и функциональное значение таких партий: они выступают в роли института, дифференцирующего исламские нормы и обеспечивающего их сочетание с возникшими в ходе модернизации институтами национального государства» («Исламские партии между небесным и земным: трансформация понятия «партия» в мусульманском политическом дискурсе»).

Конечно, нельзя стричь всех под одну гребенку. Все социально-политические модернизации в исламском обществе оставили след в политической системе. Важно, что это неизменно повышало роль исламских политических партий. Всякий раз появлялись нюансы в формировании понимания партийности на уровне функционеров.

Преодолевая однопартийность

Когда наступал период государственной независимости, исламские партии старались стремительно занять свою нишу в политическом ландшафте. Но тут случилась закавыка. Власть имущие взяли курс на однопартийную систему в своих государствах, позиционировали себя адептами этатистской теории развития, наполняли реальным содержанием модель «партии-государства» («государства-партии»).

Политорганизации, не имевшие статуса правящих, либо объявлялись вне закона, либо действовали полулегально, либо существовали чисто номинально. Исламские политические партии выступали именно в трех перечисленных качествах. Их объединяло с правящими силами убеждение в том, что арабы – единая нация, что должен восторжествовать панарабизм – идея создания единого государства на территории Северной Африки и Ближнего Востока, что нельзя ставить заслон социалистической ориентации стран Арабского Востока, у которого есть все предпосылки для превращения в один из центров силы в глобальном масштабе.

В конце 1980-х – 1990-е годы в арабских странах стали прослеживаться первые признаки перехода к многопартийной системе. Это началось не от хорошей жизни. Полностью провалилась ориентация на социализм. Появилась, громко заявила о себе, стремительно набирала очки Организация исламской конференции, ныне Организация исламского сотрудничества. Кроме того, случилось поражение во всех арабо-израильских войнах. Приобрело поступательную динамику присутствие американских деловых людей на арабском рынке. Понадобилась свежая струя в управлении обществом. Как видим, переход к многопартийности был вполне закономерным.

В Основной закон стали вводить нормы, регулирующие функционирование партий. Впервые в конституционной истории политические партии признавались самостоятельным конституционно-правовым институтом. Профессор МГИМО Марина Сапронова пишет: «На основе этих конституционных положений в большинстве арабских республик были приняты специальные законы о политических партиях. Эти законы носили специфический характер и отличались от законов в развитых демократических странах, так как нацелены были на всевозможное ограничение свободы образования новых политических партий, выдвигая целый ряд требований, соблюдение которых необходимо было для приобретения и сохранения партиями легального статуса» («Арабский Восток на современном этапе: эволюция институтов власти и модернизация традиционного общества»). Исламские партии действуют в странах, где имеет место родовое противоречие между исламом и национальным государством. Это противоречие будет сохраняться и в краткосрочной, и в среднесрочной, и в долгосрочной перспективе. В то же время под влиянием арабской весны, серии антиправительственных выступлений и мятежей, начавшихся в 2010 году, партии стали действовать так и таким образом, что это противоречие явно ослабло.

Тогда антиправительственные выступления коснулись 15 стран. Выделим блоки в этих выступлениях с осени 2010-го по осень 2014 года. Первый блок – революции в Тунисе, Египте и Йемене. Второй: гражданские войны в Ливии и Сирии. Третий: восстание в Бахрейне. Четвертый: массовые выступления оппозиции в Алжире, Ираке, Иордании, Марокко и Омане. Пятый блок: умеренные протесты в Кувейте, Ливане, Мавритании, Саудовской Аравии, Судане, Джибути.

Египетский казус

Нет ни одного из этих блоков событий, с которым не была бы связана международная террористическая организация «Братья-мусульмане» (запрещена в РФ). В одних странах она действует легально, в других – подпольно. Но что особенно важно, и в тех, и в других организация имеет сильно структурированные ячейки, активно участвующие в создании и деятельности исламистских партий. Всего таких стран 70, включая все 23 арабских государства.

Начнем с Египта. В 2011 году здесь возникла Партия свободы и справедливости (ПСС) как политическое крыло «Братьев-мусульман». ПСС победила на выборах в парламент, набрав 13 млн голосов. Затем ее кандидат Мухаммед Мурси был избран президентом Египта. Последний обещал соотечественникам в случае избрания «энергично проводить политику совместного участия, а не доминирования в отношении других политических сил». Политические взгляды партии Мурси формулировались так: «Партия свободы и справедливости не является противником политической жизни женщин, поддерживает свободный капиталистический рынок и считает туризм главным источником национального дохода».

Лидеры «Братьев-мусульман» подошли к революции во всеоружии. Ведущий научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН Борис Долгов пишет: «В отличие от других фундаменталистских школ они допустили и участие в выборах, и возможность получать светское образование, и модернизацию экономики на европейский манер. С одной оговоркой. Все это было временной уступкой и должно было служить одной цели: политической реакции и возрождению исламских фундаменталистских общественных порядков. Организация ставила своей целью объединение арабского мира в единое теократическое государство. И несмотря на то что штаб-квартира организации была в Каире, уже с началом арабской весны стало понятно, что вслед за Египтом «Братья-мусульмане» инициируют перевороты и в других арабских странах».

Исламисты правили в Египте всего лишь год. Все изменил военный переворот.

11-11-2480.jpg
Премьерство Хамади Джебали было отмечено
противоречивыми результатами для Туниса.
Фото Reuters
Собратья по выборам

Следующая страна, на которую обратили внимание «Братья-мусульмане», – Тунис. Здесь набирала политический вес исламская политическая партия «Ан-Нахда», связанная с движением «Братьев». На момент начала арабской весны «Ан-Нахда» имела харизматичного лидера – Рашида Ганнуши.

Партия записала в свой актив победу на первых демократических выборах в Тунисе, состоявшихся в 2011 году. 41% голосов избирателей – потрясающий результат. Естественно, она сформировала правительство. Премьер-министр Туниса Хамади Джебали стал первым представителем исламской партии, занявшим столь высокую должность в стране.

Премьерство Джебали было отмечено противоречивыми результатами. Неудивительно, что не раз, не два, а гораздо чаще за ним было замечено изменение риторики. Уже через год с момента приведения членов правительства к присяге как гром среди ясного неба прозвучало следующее заявление главы высшего органа исполнительной и распорядительной власти: «Выбор женщин носить бикини на пляже, так же, как и употребление алкоголя, составляют сокровенные свободы, которые моя партия стремится защищать».

Конечно, подобное изменение риторики было использовано противниками, и весьма успешно. Противники – это светская партия «Нидаа Тунис». Явное снижение поддержки исламистов в обществе продемонстрировали выборы в Собрание народных представителей, которые состоялись в октябре 2014 года. У «Нидаа» в конечном итоге оказалось 83 депутатских мандата, у «Ан-Нахды» – на 15 мандатов меньше. Страной стала править коалиция в составе этих партий.

Коалиция просуществовала до 4 июля 2018 года. Уже шесть лет исламисты в оппозиции, с 2023 года они не представлены в парламенте.

Для укрепления идейных основ партии «Ан-Нахда» этапное значение имели решения Десятого конгресса, проходившего в 2016 году. Вот наиболее значимое из них: «Был достигнут консенсус, именуемый «специализация»: каждый член партии должен участвовать соразмерно своим интересам и возможностям в различных организациях гражданского общества, независимых от партии».

По мнению эксперта Российского совета по международным делам Анастасии Гейдаровой, «видение политического развития Туниса со стороны лидеров «Ан-Нахды» представляет собой некий «симбиоз» демократических ценностей и ислама: они утверждают необходимость прогресса и модернизации при сохранении своей культурной и религиозной идентичности и при этом обосновывают этот прогресс религией, утверждая, что основы демократии и гуманизма прописаны в самом Коране. Несмотря на опору на ислам, «Ан-Нахда» представляет собой модернистов, но их особенность заключается в том, что они не ставят перед собой цель модернизировать ислам, «подогнать» его под современность, а, напротив, стремятся интерпретировать Коран таким образом, что он соответствует жизни современных мусульман».

«Братья» причастны и к появлению «Партии справедливости и развития» (ПСР) в Марокко. Она побеждала на выборах в нижнюю палату парламента в 2011 и 2016 годах. Это позволило ей 10 лет быть у власти. Палата представителей избирается на пять лет. «ПСР смогла мобилизовать наиболее образованное и экономически благополучное население средних и крупных городов, для которого значимы национальный и религиозный компоненты идентичности и которое способно самостоятельно определять свои политические предпочтения. Устойчивый рост поддержки представителей партии в городских и сельских советах закрепляет за ПСР репутацию ответственной политической силы», – писал Александр Козинцев в статье «Институционализация исламской партии справедливости и развития как этап национально-государственного строительства в Марокко».

Однако ПСР позорно проиграла парламентские выборы 8 сентября 2021 года. Получила 12 мандатов из 395. После выборов партия ушла в оппозицию и вот уже три года испытывает кризис.

«Братья-мусульмане» с 1989 года до апреля 2021-го правили в Судане. 32 года – это их рекорд нахождения у власти. В апреле 2023 года в Судане, уже при новой власти, начались вооруженные столкновения между регулярной армией и Силами быстрого реагирования (СБР). Как ни странно, но исламистам удавалось избегать противоречий с суданскими военными.

Нельзя не упомянуть об алжирском парадоксе. Если читать официальные документы, скрепленные подписями руководителей Алжира, то при этом четко и ясно объявляются персонами нон грата представители «Братьев-мусульман». Правительство не может простить организации той позиции, которой она придерживалась во время гражданской войны 1991–2002 годов. Тогда появилось немало вооруженных формирований фактически из «Братьев-мусульман», а официально под другими названиями. Они по-прежнему включены в алжирскую систему политических координат. Если бы их выдвигали в парламент, то они могли бы сформировать там солидную фракцию.

Ученые, которые изучают историю гражданских войн в Ливии и Сирии, пришли к выводу о многоплановом участии в них исламистов. Хорошо известно местное детище «Братьев» – Сирийская свободная армия. Это формирование имеет трех врагов на сирийской земле: президента Башара Асада, «Исламское государство» (запрещенная в РФ террористическая организация) и «Аль-Каиду» (запрещенная в РФ террористическая организация). Есть серьезные доказательства непосредственной причастности «Братьев» к свержению ливийского лидера Муаммара Каддафи.

В заключение назовем детерминанты, которые в наибольшей степени будут определять развитие исламских политических партий в обозримом будущем. Они таковы.

Арабский социум существенно продвинется в поисках разрешения коллизии «мирского» и «священного» закона. Преподаватель Российского государственного гуманитарного университета Нурлан Гасымов отмечает: «Шариат не в состоянии перекрыть все правовое поле в условиях меняющегося мира, и от того, как с этой проблемой справятся арабские монархии и республики, зависит успех формирования гражданского общества в странах региона, успех глобальной политической и экономической модернизации в XXI столетии» («Роль ислама в формировании государственных и общественных институтов в монархиях Персидского залива»).

Останется строгое и неукоснительное следование исламским принципам, когда заходит речь о развитии государственных институтов и законодательства. Смело можно прогнозировать беспрецедентный рост исламского самосознания. Не будет ни одной сферы жизни арабского социума, на которую не повлияет мусульманская религия. Без ислама невозможно представить себе внутреннюю и внешнюю политику арабских государств.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Республиканская партия стала трампистской

Республиканская партия стала трампистской

Геннадий Петров

Вероятность выхода Байдена из предвыборной гонки повысилась

0
2560
К кому обращена проповедь патриарха Кирилла о "безумном царе"

К кому обращена проповедь патриарха Кирилла о "безумном царе"

Анастасия Коскелло

Вопрос о канонизации Ивана Грозного закрыт

0
4335
Константин Ремчуков. Пекин подверг цензуре речь премьера Ли Цяна на Летнем форуме в Давосе

Константин Ремчуков. Пекин подверг цензуре речь премьера Ли Цяна на Летнем форуме в Давосе

Константин Ремчуков

Мониторинг ситуации в КНР по состоянию на 15.07.24

0
3729
День гуманизма  со слезами на глазах

День гуманизма со слезами на глазах

Сергей Иванеев

О религиозном сознании и растущей конфликтности

0
1739

Другие новости