Сергей Макин
|
|
Традиция изображения красного коня – древняя и берет начало в русской иконописи. Неизвестный иконописец второй половины XIV века. Борис и Глеб на конях. ГТГ |
На картинах Кузьмы Петрова-Водкина «Купание красного коня» и «Фантазия» изображены лошади багряного цвета. Первую картину художник создал в 1912 году, вторую – в 1925-м. Может, это символы грядущей и происшедшей революции? Возможно, но традиция красного коня древняя и берет начало в русской иконописи. На иконе XIV века «Святые Борис и Глеб» лошадь младшего брата Глеба написана алой киноварью. Иконописный святой Георгий чаще всего восседает на белом коне, архангел Михаил – на красном. Небесного архистратига изображают в момент решающей битвы с силами зла. Архангела показывают трубящим. Тем самым он возвещает конец времен.
Пушкин посвятил пламенной лошади строки в «Медном всаднике»:
А в сем коне какой огонь!
Куда ты скачешь, гордый конь,
И где опустишь ты копыта?
Считается, что Этьен Фальконе изобразил Петра Великого на его любимом коне Лизетте. С этой лошадью не все ясно. Несмотря на кличку, Лизетту называли жеребцом. Не вполне понятно и с мастью. Художники XVIII века изображали коня Петра рыжим, порой соловым. Лошадь соловой масти – песчаного цвета, с белесыми хвостом и гривой. В Зоологическом музее Санкт-Петербурга хранится чучело Лизетты, там она скорее бурая. Бурая масть – темно-рыжая. Пол лошади из-за неважной сохранности чучела определить трудно.
В стихотворении «Хорошее отношение к лошадям» Маяковский, успокаивая упавшую кобылу, говорит:
Деточка,
все мы немного лошади,
каждый из нас по-своему
лошадь.
Действительно: один пашет как конь, другой ржет как жеребец, у кого-то лошадиное здоровье, кто-то – темная лошадка… Люди нередко отождествляли себя с лошадьми. Так повелось с древности. Появилось даже мнение, что кони благороднее людей. Эту идею высказал Джонатан Свифт в 4-й части «Путешествий Гулливера». Главный герой попадает в страну, где люди – крайне неприятные животные со всевозможными пороками, а лошади «гуингнмы» – высшие разумные существа, наделенные всяческими добродетелями.
В мифах Древней Греции присутствуют кентавры: их лошадиные тела венчают человеческие торсы. Кентавры обычно дикие, необузданные, подобные необъезженным мустангам. Хотя встречаются и культурные: особенно мудрый кентавр Хирон – друг Геракла, воспитатель Ахилла. Хирон – сын бога времени Крона и океаниды Филиры. Оплодотворив Филиру, Крон превратился в коня и ускакал. Она же родила ребенка – полуконя-получеловека.
На Руси был популярен апокриф «Соломон и Китоврас». Мудростью кентавр Китоврас не уступает сыну Давида: «И спросил Соломон: «Почему ты рассмеялся, когда человек ворожил?» Отвечал Китоврас: «Он рассказывал людям о тайном, а сам не знал, что под ним – клад с золотом». Сказал Соломон: «Пойдите и проверьте». Проверили – и оказалось так. И спросил царь: «Почему плакал, увидев свадьбу?» И сказал Китоврас: «Опечалился, потому что жених тот не проживет и тридцати дней». Проверил царь – и оказалось так. И царь спросил: «Зачем пьяного человека вывел на дорогу?» Ответил Китоврас: «Слышал я с небес, что добродетелен тот человек и следует ему послужить» (перевод Гелиана Прохорова).
Есть и пугающие образы, связанные с лошадьми. В историческом романе Ивана Ефремова «Таис Афинская» философ с острова Делос беседует с главной героиней: «К удивлению Таис, жрец-философ рассказал ей о культе священных кипарисов на Крите, связанных с Афродитой. Но более всего поразило ее древнее поклонение богиням в образе лошадей. Сама Деметра, или Критская Рея, в святилище Фигалия на реке Неда в Аркадии изображена с лошадиной головой. Священная кобыла обладала особой властью по ночам и служила вестницей гибели.
В европейской культуре это закрепилось, и до сих пор в одном из самых распространенных языков мира страшное ночное видение, кошмар будет по-прежнему называться «ночной кобылой».
Страшная лошадь, о которой говорит Ефремов, называется в английском языке the night mare. Она упоминается, например, в исторической хронике Шекспира «Король Генрих IV»: I will ride thee o` nights like the mare – «Я буду ездить на тебе по ночам, как кошмар» (действие 2, сцена 1). Это мифическое существо можно увидеть на картине швейцарско-английского художника Генри Фюсли «Ночной кошмар» (1790–1791).
Самые тревожные образы коней – в новозаветном Откровении Иоанна Богослова, иначе Апокалипсисе: «И я видел, что Агнец снял первую из семи печатей, и я услышал одно из четырех животных, говорящее как бы громовым голосом: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь белый, и на нем всадник, имеющий лук, и дан был ему венец; и вышел он (как) победоносный, и чтобы победить. И когда он снял вторую печать, я слышал второе животное, говорящее: иди и смотри. И вышел другой конь, рыжий; и сидящему на нем дано взять мир с земли, и чтобы убивали друг друга; и дан ему большой меч» (Откр. 6: 1–4).
Рыжий – перевод на русский, в греческом тексте конь красный, огненный: ἵππος πυρρός (иппос пуррос) от ἵππος – лошадь и πῦρ – огонь. Потом наступает черед всадника на вороном, черном коне, несущего голод, и, наконец, всадника на бледном коне, несущего смерть. Обязательно ли должно сбыться это предсказание?
Все мы помним «Песнь о вещем Олеге» Пушкина. Князь разуверился в пророчестве вдохновенного кудесника. Тот предсказал ему смерть из-за любимого коня, но животное умерло, а его хозяин все еще жив. Тем не менее пророчество сбывается: Олег умирает от укуса ядовитой змеи, которая выползла из лошадиного черепа.
Валерий Брюсов создал свой вариант истории о пророке и владыке. В его стихотворении «Прорицание» князь со свитой, верхом на лошади, которая скачет удобным для всадника аллюром – иноходью, едет на охоту и видит кудесника. Волхв говорит, что сегодня видел двойника князя, его призрак. Значит, повелителю угрожает смертельная опасность: он может умереть. Кудесник просит властелина вернуться домой, чтобы не искушать судьбу. Вечером князь возвращается с богатой добычей, живой и невредимый. Он укоряет отшельника за то, что его предсказание не сбылось. Тогда волхв сам убивает князя своей клюкой.
Опасная тенденция – подгон под ответ. Современные политики достигли немыслимого прежде могущества. У них может возникнуть соблазн самим претворить в жизнь сюжет древнего пророчества. Тем более в год Красной Огненной Лошади. Кто или что может этому помешать?
