Петит

ПО КАБАКАМ И КАНАЛАМ

Андрей Бильжо. Моя Венеция.

– М.: Новое литературное обозрение, 2013. – 360 с.

У этого сборника эссе длинный и весьма интригующий рукописный подзаголовок: «Книга с фотографиями и рисунками автора, написанная более чем в тридцати венецианских точках общепита, хорошо ему известных не понаслышке». Художник Андрей Бильжо ездит в Венецию не туристом и не в командировку. Он в этом городе имеет квартиру и живет по нескольку месяцев в году. Как правило, сбегает в теплую Италию из промозглой осенней Москвы. Ну и вообще приятно ведь пожить в знаменитом старинном городе с гондолами и карнавалом.

Венецианских карнавалов Бильжо, однако, не любит: суматошностью и хаосом они напоминают ему психиатрическую больницу. Зато очень любит посидеть утром в кабачке где-нибудь на берегу лагуны. А там, глядишь, сама собой возникнет житейская сценка, вспомнится по ассоциации случай из детства, подсядет за столик любопытный типаж – и появится сюжет для очередного эссе. Вот из таких историй и составлена эта книга – легкая, расслабленная, ироничная. Опыт врача-психиатра и художника-карикатуриста помогает автору мастерски «рисовать» характеры случайных встречных, ресторанных завсегдатаев, звезд Венецианского кинофестиваля, хозяев заведений, официантов, городских чудаков. Да и характер всего города Бильжо очерчивает точными штрихами в присущей ему лаконичной и гротескной манере.

Книга чем-то напоминает письма дворянина-эстета ХIХ века, обосновавшегося на зиму в Италии. На далекой родине трещат морозы, граждане запойно отмечают бесконечный русский Новый год, а тут, среди каналов и шедевров архитектуры, тишина и благодать. Каждое эссе в книге – словно прогулка по городу, а заодно и в какое-нибудь симпатичное автору заведение общепита. Ресторан, кафе, таверна, пастиччерия, остерия, бакаро... Везде русского художника ждут радушный прием, блюда в национальном вкусе и непременная рюмочка горячительного (а то и не одна). Даже финальный абзац каждого эссе сверстан в форме рюмки. Для Бильжо «запить пасту белым вином – счастье не только гастрономическое, но высокодуховное». Из-за ресторанного столика в Венеции поистине виден весь мир: таков удел каждого, кто трапезничает в великом городе. Вот за этой барной стойкой сиживал Иосиф Бродский, здесь кутил Эрнест Хемингуэй, а вон оттуда виден памятник кондотьеру Коллеони, копия которого установлена в ГМИИ имени А.С. Пушкина.

Эта проза в целом бессюжетна и спонтанна, как русский застольный разговор. Но этим она и хороша. То автор углубится в анналы истории и сообщит, когда и почему на венецианских мостах появились перила. То поведает легенды о местных барах (в одном из них когда-то славно угощался бурбоном Хэмфри Богарт). То произнесет фирменный здешний тост: «За то, чтобы Венеция не утонула, а мы «утонули» в ней!» Ну, или просто нальет себе и без всяких громких слов выпьет. И потом сочинит финальную фразу лучшего из своих эссе: «А я заказал себе рюмочку граппы и стал смотреть на проходящие мимо пароходы».