Сергей Шулаков Принятый в современных медиа термин «постправда» только кажется экстремально новым. Постправда – многократное транслирование известными изданиями и организациями выложенного в Сеть неизвестно кем сомнительного сообщения – всего лишь «быстрый» миф. Постправда привлекательна и неистребима, как миф классический, в силу технологии своего испечения она приятна на вкус – вызывает живейший интерес и рассчитана на массовое потребление. Из очевидной необходимости в нашем медиапространстве истово борются с этим явлением, словно забывая, что оно есть логичное продолжение прежнего мифа. Исторические мифы чрезвычайно живучи, они бывают политически полезны, и все же, хоть они незаметно переползают в учебники и научные работы, строить на мифах систему познаний опасно.
Именно вычислению степени родства мифа и реальной персоны по большому счету посвящено исследование Татьяны Матасовой о греческой царевне Софье, разработке мифа Лжедмитрия I – или, если следовать названию книжной серии, «Версии мировой истории» – посвящен труд Сергея Цветкова «Царевич Дмитрий». Чтобы понять, как устроена и функционирует постправда, нужно посмотреть любой исторический телесериал или спросить себя, что мы знаем о той или иной значительной исторической фигуре. Первая пятерка всплывших в памяти сведений окажется мифом, прямым предком постправды.
13.04.2017 00:01:00
ИСПОДЛОБЬЯ. Хорошо забытое старое
Комментарии для элемента не найдены.
Читайте также
Банки без проблем могут поделиться с государством сверхприбылями
Кредитный бизнес в РФ превратился в источник гарантированной конъюнктурной ренты
Дарья Гармоненко