Малозначительные преступления имеют значение

Обязательное рассмотрение судами дел о самых разных преступлениях перегружает всю систему. Фото агентства «Москва»

Верховный суд (ВС) РФ обозначил важный недостаток в работе нижестоящих инстанций – механический подход к квалификации «малозначительных» преступлений. Это связано и с отсутствием в уголовном законе четких критериев применения данного понятия, что приводит к правовой неопределенности и субъективизму, которые прикрываются судейским усмотрением. Похожие дела одни суды прекращают, другие же приговаривают обвиняемых к реальным срокам. При этом и ВС демонстрирует различные оценки подобных решений.

ВС призвал нижестоящие суды внимательнее оценивать уровень серьезности преступлений, особенно в связи с их «малозначительностью». Об этом сказано в ч. 2 ст. 14 Уголовного кодекса (УК) РФ. По идее, такой критерий должен работать фильтром, отсеивая формально противоправные действия от общественно опасных деяний.

Однако на практике этот механизм почти не работает. Проблема в том, что закон не проводит четкой границы между «малозначительным» и «опасным», из-за чего даже кража продуктов де-юре приравнивается к преступлениям против жизни и здоровья. При этом все ныне действующие разъяснения ВС по данному поводу носят скорее общий характер, не давая судам четких ориентиров для применения ими своего полномочия в виде судейского усмотрения.

Существующая правовая неопределенность вынуждает судей принимать решения на основе субъективной оценки таких факторов, как размер ущерба, способ совершения преступления, личность виновного и наступившие последствия. Что делает исход дела непредсказуемым для обвиняемых и приводит к разночтениям. Причем противоречия прослеживаются даже в практике самого ВС. Например, в одном деле несовершеннолетняя похитила товар на 5,6 тыс. руб., но затем полностью возместила ущерб, а еще имела положительную характеристику. Мировой суд назначил ей 6 месяцев воспитательных мер, решение поддержали апелляция и кассация. Но тогда ВС прекратил это дело, сочтя оценку тяжести деяния ошибочной. В другом очень похожем деле – о краже бутылки шампанского на 5,9 тыс. руб. позиция ВС оказалась противоположной.

Между тем все эти истории показывают, что судебная система перегружена такими мелкими делами, что отвлекает ее от рассмотрения более серьезных преступлений. Немаловажно, что наказания за малозначительные деяния без высокой общественной опасности ведут к необоснованным судимостям граждан. Однако, как заметили юристы, нюанс тут, возможно, в том, что признание деяния «малозначительным» дает обвиняемому право на реабилитацию. А это влечет за собой бюджетные расходы – от выплат компенсаций до затрат на юридические процедуры. Данное соображение, видимо, дополнительно мотивирует суды избегать подобных решений. Сами же юристы считают, что для решения проблем надо было бы закрепить прямо в уголовном законе критерии малозначительности, а для судов разработать методические рекомендации, унифицируя практику через постановления пленумов ВС.

Управляющий партнер AVG Legal Алексей Гавришев подтвердил «НГ» неоднородность сложившейся практики. В одних случаях при незначительном ущербе суды признают деяние малозначительным и прекращают дело, а в других – при сопоставимых обстоятельствах выносятся обвинительные приговоры. Во многом это связано именно с тем, что суды традиционно ориентированы на формальные признаки преступления – если есть его событие и состав, то дело доходит до приговора. Разъяснения ВС существуют, но они носят общий характер: суды призывают к тому, чтобы учитывать степень общественной опасности, хотя «конкретных количественных или качественных ориентиров не устанавливается». Отсюда и риски, с одной стороны, формального подхода, который приводит к криминализации малозначительных эпизодов и перегружает систему, не отвечая задачам уголовного закона, а с другой – избыточно свободной оценки, при которой возможны злоупотребления и неравномерность правоприменения. Однако институт малозначительности, настаивает Гавришев, крайне важен, он позволяет избежать уголовной ответственности в ситуациях, где вред минимален. И тем самым поддерживает принцип справедливости и соразмерности наказания.

Партнер адвокатского бюро «Интеллектуальный капитал» Андрей Завьялов отметил, что суды редко прекращают уголовные дела из-за «малозначительности» преступлений. И это связано с формальным подходом судей, которые сразу же считают любое деяние опасным, не разбираясь детально. Однако это связано и с возможностью органов предварительного следствия отказывать в возбуждении дел или прекращать их. В современном уголовном праве институт малозначительности постепенно развивается, но УК РФ действительно не содержит четкого определения этого понятия, хотя ВС уже дал судам инструкцию, что учитывать при оценке действий подсудимого. Это мотивы и цели обвиняемого, его личность, поведение после преступления (например, помощь потерпевшему, компенсация вреда), а также другие особенности конкретного преступления.

Однако далеко не все правоведы разделяют данную позицию ВС, пояснил «НГ» Завьялов. Некоторые считают, что при решении вопроса о малозначительности суды должны ориентироваться только на общественную опасность совершенного деяния, а «такие обстоятельства, как личность обвиняемого, могут и должны учитываться, например, при назначении наказания». Нижестоящие суды неохотно применяют норму о малозначительности, действительно, из-за права обвиняемого на реабилитацию, что влечет за собой значительные расходы. Но для российского общества институт малозначительности играет важную роль, уверен адвокат, так как нередко даже потерпевшие выступают против сурового наказания. Да и заключение таких людей в исправительные учреждения усложняет их исправление и, наоборот, ведет к маргинализации. Завьялов полагает, что для развития института малозначительности необходимо обязать органы следствия и суды учитывать мнение потерпевших относительно общественной опасности деяния подсудимого. И более детально оценивать последствия действий обвиняемого в суде. А ВС надо продолжать работу по заданию правовых ориентиров нижестоящим инстанциям.

Советник Федеральной палаты адвокатов РФ Борис Золотухин подтвердил «НГ»: несмотря на то что понятие малозначительности в уголовном праве существует давно, практика его применения «крайне редка». Он тоже считает, что причина в отсутствии конкретных дефиниций. А это, дескать, вынуждает правоприменителей самостоятельно и субъективно определять критерии, что создает для них определенные проблемы. При этом малозначительность деяния по своему характеру похожа на обстоятельства, исключающие преступность поведения. Однако прежде всего именно то, что прекращение дела по основанию малозначительности влечет за собой реабилитацию, к сожалению, у наших правоохранителей считается браком в работе, напомнил Золотухин. Это, конечно, сдерживает их от более частого применения данного института уголовного права.

Более того, на сегодняшний день введено несколько подобных институтов – уголовный проступок, сокращенное дознание, особый порядок, судебный штраф, отказ от определения нижнего предела санкций большинства статей УК. Все это, в отличие от прекращения дел в связи с малозначительностью деяния, применяется широко и часто. И это естественным образом сокращает применение института малозначительности, который, настаивает Золотухин, необходимо совершенствовать в части законодательной регламентации. «Мне приходилось читать обоснованные предложения по выделению понятия малозначительности из общего определения понятия преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 14 УК, в отдельную правовую норму», что, по его мнению, выглядит вполне обоснованным в связи с полезностью для общества данной правовой категории. В то же время, заметил Золотухин, звучат и предложения о полном исключении данного института из закона, обоснованные последовательно проводимой либерализацией уголовного права, то есть развитием альтернативных институтов освобождения от ответственности. С этим он категорически не согласен: «Сейчас стоит задача не просто сохранения этой нормы, а ее дальнейшего развития».

Адвокат Андрей Гривцов считает, что основные проблемы в применении института малозначительности – это «наличие обвинительного уклона судебной системы, необходимость соблюдения и достижения статистических показателей». А также чрезмерная загруженность судей, не позволяющая им в полной мере вникнуть в суть уголовного дела и «проникнуться человеческой судьбой». Из-за нечеткости уголовного закона высока доля субъективизма, хотя на самом деле тут не случайность, а задумка законодателя, которую просто, к сожалению, реализуют только в пользу обвинения. Поэтому на практике признание деяния малозначительным – скорее исключение, чаще всего суды ссылаются на отсутствие признаков малозначительности, констатируя, напротив, наличие признаков состава преступления и общественной опасности, пусть и формальных. 

Однако важность данного института, сказал «НГ» Гривцов, в том и состоит, что его применение должно свидетельствовать не о «формальности» правосудия, а о том, что суд вникает в обстоятельства конкретной человеческой жизни, проявляет снисхождение. И все это неразрывно связывается с доверием к судебной системе как таковой. «Развитие института, по моему мнению, связано в первую очередь с решением проблем самой судебной системы. В первую очередь с уходом от статистики и формализма в сторону изучения всех аспектов каждого уголовного дела и личности подсудимого», – подытожил Гривцов.

Адвокат адвокатского бюро «След» Анастасия Первакова подтвердила «НГ», что суды практически никогда не удовлетворяют ходатайства защиты о прекращении уголовных дел по основанию «малозначительности» деяния. Примеры применения этого института крайне редки, к ним относятся кражи на суммы до 10 тыс. руб. и отдельные случаи самоуправства. Она привела такой пример: женщины забрали у мастера по маникюру 18 флаконов гель-лака, пытаясь добиться возврата денег за услуги. Однако такие случаи скорее исключения из правила, сказала Первакова. Решить проблему судейского уклонения, по ее мнению, можно было бы через закрепление в законодательстве четких критериев, согласно которым деяние можно признавать малозначительным.