Тиртей Начну без обиняков. Есть музыка, которая возмутит и пробудит даже мертвого. И это – heavy metal. Бух, бах, тынц-тынц-тынц!
– Да это ж настоящая буржуазная зараза! – надрывается Антигон, отвлекаясь от надувания презервативов. – Аудиооружие массового уничтожения!
– Сумбур вместо музыки, – жеманно поддакивает Алкей, фотографируя сам себя айфоном в стиле ню, – за такое сажать мало!
А сам причинное место ракеткой прикрывает. Но сквозь сетку все равно просвечивает.
Я и взбесился. Так-то оно, конечно, так. Но вы, дескать, – лицемеры. Забыли, как сами стиляжили, джазовали, трепали немытым хайером?! Я еще на вас доносы строчил в райком, проводил воспитательную работу! А ну...
Не успел договорить, как Антигон накинулся на меня с нецензурной бранью и начал нервно натягивать свои презервативы на мои дыхательные пути. И Алкей туда же, дубасит меня ракеткой по кочану. А другой рукой снимает и в Твиттер выкладывает.
Я завыл и забился в угол, как боязливый пингвин. Плачу, зову дружинников. Требую пересмотра... Но я отвлекся от heavy metal.
Итак, город Симферополь. Морг. Репетиция музыкальной группы, исполняющей тяжелый металл. Ну а где им еще репетировать? В самый разгар грохота одно из привезенных тел неожиданно ожило и стало стучаться в дверь холодильника. Рокеры впали в панику и бежали, бросив свою ударную установку с сатанинскими символами.
Ура. Слава трупам постсоветских рабочих! Они оживают, чтобы сказать твердое «нет» скрежету, визгу, уханью и прочим левацким уродствам! Позорно бегут самозванцы от музыки, заслышав грозные стуки воспрявшего народа!
Войдя в экстаз, я начал тоже стучать кулаками по батарее. Батарея лопнула и залила меня кипятком. Алкей с Антигоном смеются. Трупы рабочих торжествуют.
